Глава 1
Аннотация
- Костровский, ты обещал мне жениха!
Когда лучшая подруга жены залетает в кабинет с подобными словами, ждать беды…
Можно ли наступить на одни грабли дважды? Оказалось, можно.
Правда умница-красавица-блондинка Лора не наступала. Это сделала ее подруга. Но она так же перепутала мужчину, встретила вечером не того... а дальше тайга, ночь и дрожащий, тоскливый шепот в ночи: "Женитесь на мне, а?»
ГЛАВА 1
– Костровский, ты мне обещал жениха!
С этими словами Лариса влетела в кабинет Яна.
Мужчина демонстративно медленно откатился на кресле назад и скрестил руки на груди.
– Допустим, не жениха…
– Нет-нет, ты мне тут не увиливай. Ты так и сказал – познакомлю с другом, а он на тебе женится.
Лора подошла к столу и уперлась руками в ребра.
Ян прищурился.
– Та-ак… И что, тебе подгорает?
Ситуация его забавляла.
– Слушай, Ян, дело очень серьезное. Очень.
– Даже так…
– Да.
Лора закатила глаза.
– Ты издеваешься, да?
– Есть немного. А что, так заметно?
– Очень. Ян… Выручай.
Мужчина шумно вздохнул.
– Так в чем дело-то?
– У меня есть мама...
– Благослови бог святую женщину.
– Костровский...
– Что, бриллиантовая моя?
Он перефразировал недавно услышанную от нее фразу.
– Я серьезно. Помоги. Очень-очень тебя прошу.
Для убедительности Лариса сложила руки в просительном жесте напротив груди.
Ян вскинул кверху брови.
– Все настолько критично?
– Еще хуже...
– Ладно, выкладывай.
Лариса была близкой подругой его жены и одновременно занималась рекламой их базы. Отказывать ей себе дороже.
Но в целом Яну не удавалось воспринимать Лорку всерьез. Она была настолько воздушной, шалопутной и легкой на всякий движ, причем только положительный, что не стебать ее было нельзя. Правда, девчонка отлично кусалась в ответ и сама была не против устроить небольшой шабаш.
Взять, например, ее «подарочек» жене Яна.
Проститута заказала… Додумалась, молодец! Пять баллов. Ян был таким злым, что вопрос, как он не свернул шею Лоре, до сих пор оставался открытым.
Но любовь зла, будешь дружить и с подругой жены.
На самом деле, Лорчик ему была симпатична. Хорошая девочка. И тоже холостая.
Пора и честь знать. То есть мужа.
На нее поглядывали. Даже не так. Облизывались, когда она проходила мимо. Шею сворачивали, если она того желала. То есть «наряжалась», если был повод. В остальном… Дитя дитем. Чес-слово.
Глазищи в пол-лица. И наивные. Что пипец…
Нет, ей срочно надо замуж.
А то скоро мужики оголодают и начнут приставать. С недобрыми намерениями.
И главное – нравилась она мужикам. И предложения ей делали, и обхаживали. Вчера только кто-то корзину с цветами притащил. Лорчик носилась по их – не спрашивайте, почему именно по их – с Диной кабинету, счастливая и довольная, ставя тяжеленую корзину то в одно место, то в другое.
Ян скептически за ней наблюдал. Девчонка. Как есть.
А на свидание ни-ни. Ни с кем. Но надо отдать должное – никому она повода не давала. Глазки не строила, не кокетничала. Иногда еще могла и застроить, если видела, что парни филонят. Некоторые прямо намеренно косячили, когда она появлялась на горизонте. Это означало только одно – быть беде.
Девка непристроенная. Без мужика. Красивая. С морем харизмы.
Нет чтобы давно на ком-то выбор остановить. Ничего подобного. Общалась со всеми как с хорошими приятелями. А сегодня нате пожалуйста, заявилась к нему с претензией.
Когда она притащила того проститута на открытие базы, Ян сгоряча пообещал ей жениха. Ну а чего не сделаешь для усмирения женщины?
Кандидаты, конечно, были. Если порыться…
Но тут тоже надо понимать. Если бы она хотела, то давно бы закрутила роман сама.
Лора сначала села на диван. Как примерная школьница, сложила руки на коленях и снова посмотрела на Яна. А вот взгляд ее ему не зашел… Беспомощностью оттуда веяло. Каким-то отчаянием.
Та-ак…
На месте она не усидела. Вскочила, ринулась к кофе-машине.
– Тебе сделать?
Он вздохнул. Какая кружка по счету?..
– Давай.
И лишь после того как Лора поставила перед ним кофе и не забыла добавить две конфетки, как он любил, сказала:
– Я хочу, чтобы жениха нашел ты не мне.
Хорошо, что Ян не успел сделать глоток.
– Еще лучше… Интересно девки пляшут.
– Ян…
– Слушаю дальше.
– Для мамы. Понимаешь?
– Честно? Нихера. Ты уже минут десять бегаешь по кабинету, охаешь, ахаешь, стенаешь, припоминаешь мне мое обещание, а толком ничего не рассказываешь. Может, присядешь, наконец, и успокоишься? Или давай в кофе коньячку тебе плесну.
Лора нахмурилась.
– А давай. Напьюсь, буду буянить. Тогда вспомни, пожалуйста, что сам предложил.
– Я могу и передумать, – усмехнулся Ян, вставая.
Лариса, шумно вздохнув, опустилась-таки в кресло. Светло-русые мелированные волосы заправила за уши, отчего ее лицо еще уязвимее стало.
– То есть замуж выдать надо не тебя, а твою матушку?
– Угу.
Она, закинув кверху лицо, наблюдала, как он наливает коньяк.
– Не жадничай, Костровский.
– Тогда, может, проще тебе рюмку плеснуть? Раз такое дело.
– Не надо… Знаешь же, что я, нервничая, несу всякую ахинею.
– Коньяк не ахинея.
– Мне сегодня еще работать. Ты, главное, выслушай меня.
Он вернулся за стол.
– Выкладывай. Больше не перебиваю.
– Есть такое понятие, как еврейская мама…
– О-о. То есть в тебе еврейская кровь течет?
– Нет-нет, – отмахнулась девушка. – Я к тому, что моя мама – это как еврейская мама, но русская.
– Хм…
– Понимаешь? – с нескрываемой болью в голосе сказала Лора, подаваясь вперед.
– Кажется, да. Твоя мама разведена.
– Да…
– Лет пятнадцать?
– Восемнадцать.
– Отец твой гад, подлец и вообще самый последний человек.
– Угу. – Глаза Ларисы распахнулись.
– И тебе с ним строго запрещено видеться. – Ян сделал паузу, потом не без злорадства продолжил: – Но ты с ним общаешься уже лет пять.
– Четыре года, – на автомате поправила она его и тотчас опомнилась, выпрямила спину и всверлила в мужчину наигранно угрожающий взгляд. – Скажешь об этом моей маме – не прощу. Никогда. Каждый год на юбилей открытия «Крыла неба» буду заказывать Динке подарок…
Ян отпил кофе. Хорошо пошел…
– И у твоей матушки последние годы в приоритете задача выдать тебя замуж.
– Ян, ты гениальный аналитик.
Зараза поспешила спрятать глазки, в которых промелькнул насмешливый блеск.
Ларису кидало из крайности в крайность.
– Сколько лет матери?
– Сорок семь.
– Ого. Молодая еще.
– Вот и я про то, Ян! Давай ее выдадим замуж. Ну пожа-алуйста. – Она снова соединила руки в просительном жесте. – Она мне мозг выносит с восемнадцати лет…
Лора нахмурилась, потом махнула рукой.
– Вру. С двадцати. В восемнадцать она от меня сама отгоняла женихов, считая, что я мелкая. А в двадцать – все-е-е, пора. И с тех пор стабильно раз в квартал она меня с кем-то знакомит. Ян, представляешь? Как в старые добрые времена. Приглашает в гости кого-то из знакомых. Она даже вступила в какой-то там клуб, где великовозрастные мамочки – Господи, прости меня за сарказм и за богохульство, но иначе я уже не могу – объединились с целью устроить личные жизни своих чад. Костровский, ну что ты ржешь?!
Он честно старался сдержаться, но не стерпел. Откинул голову назад и засмеялся в голос.
Лариса терпеливо подождала, пока он отсмеется. За это время, кажется, успела выпить чашку не то с кофе, не то с коньяком.
– Твою мать просто давно никто не трахал.
– Ян!
– Ей сорок семь лет, Лор. Она должна о своих мужиках думать, а не о твоих.
– Ну… – Девушка как-то сникла. – Да. Поэтому я и пришла к тебе. Мама грозится приехать сюда… Поверь, это будет похлеще апокалипсиса.
– Хм, может, ей прямо сюда не надо?
– Страшно, да, страшно? Вот и мне страшно. Я здесь и осталась…
Она не договорила, зажевав нижнюю губу.
Ян больше не смеялся.
– Чтобы она тебя меньше доставала?
– Угу.
– Фото матери есть?
– Есть.
Лариса достала телефон, развернула его экраном к Яну. Мужчина присвистнул.
– Ничего себе.
– Угу…
Плечи Ларисы совсем поникли.
– Не скажешь, что ей сорок семь. Твоя мать охрененно выглядит.
– Знаю. И на самом деле характер у нее не скверный... Просто ей о ком-то заботиться надо. У нее даже еще климакса нет и…
Она зажала рот ладонью.
– Я это вслух сказала, да?
Ян готов был заржать вторично.
– Все намного критичнее, чем может показаться на первый взгляд.
– Все намного критичнее… Ян, милый, подумай, может, мы в кои-то веки выступим свахами, а? Как-нибудь где-нибудь что-нибудь придумаем. Ты же не хочешь, чтобы будущая крестная ваших детей ходила с опухшими глазами ближайшие недели и ныкалась по углам, завидя дорогую женщину?
Для приличия Костровский выдержал паузу. Надо соблюсти лицо. Задачка встала непростая.
В свахи он точно записываться не собирался. Никто из знакомых его по плечу за это не похлопает. Хотя…
– Есть у меня один комбриг…
Кажется, Лариса перестала дышать.
– Суровый мужик…
– Ян, можно мне все-таки коньячку?
– Да пожалуйста.
Он как раз успел подняться, когда в кабинет вошла Дина. Как всегда, при виде жены и ее еще незаметного животика тепло затопило мужчину. Она остановилась в дверях и демонстративно медленно скрестила руки на груди.
– Только не говори, Ян Костровский, что ты спаиваешь мою лучшую подругу.
– Кто кого тут с пути истинного сбивает, – пробубнил Ян.
– Объясните, что происходит?
Через пять минут, когда Дину посвятили в подробности, она поцокала языком.
– Опасная затея. Знаю я тетю Зою… В случае чего я вам не позавидую.