- Извинения приняты, чертушка, – я выдохнул колечко, заставив Нафаню ловить его. Домовой обожал это занятие.
- Ты настоящий шах среди кулинаров, мой друг. Это было потрясно.
- Все для тебя, барин, – домовенок улыбнулся, выпустив из носа струю едкого дыма. – Я же тебя обожаю, смертный.
- Как же. И изводишь своим настроением, – я вернулся к утренней дискотеке. Домовой взгрустнул:
- Ты знаешь причину. Эта находка колдовская, да я маленький. Вот и напала грусть-депрессия.
- Мы обязательно все выясним, Наф. Обещаю, – я поднял руку и погладил Нафанину голову.
- Хороший ты, Андриюшко. Очень. Не то, что прежний мой сосед. Петька. Фууу, – духа передёрнуло от отвращения.
- Забей, – я улыбнулся – Мы обязательно все узнаем. Только не устраивай больше таких погромов.
- Постараюсь, - Нафаня хмыкнув, шлепнул своей ладошкой меня по колену. И, семеня, поплелся в коридор.
Озарение пришло ко мне после очередной затяжки. Я купил пельмени, ибо холодильник был пуст. Из чего тогда приготовлено жаркое было? Домовой невидим и не может прийти просто так в магазин за мясом… Я заревел на всю квартиру:
- Нафаааааанняяяяя!!!!
А злобный дух, хохоча, катался на люстре. Сюрприз удался на славу.
Глава пятая. Новый питомец.
Злой дух с миной партизана не хотел сознаваться, из чего же, все таки, было приготовлено злополучное жаркое. На него не действовали угрозы, мое шипение, даже расставание с яичницей домовой вынес стоически. Пока все не объяснила соседка.
Стоя вечером у подъезда, я с улыбкой выслушивал очередную тираду моей соседки по площадке, Юлии Александровны. Дамой она была внушительных размеров и внушительного возраста, я даже сомневался порой, а не приходится ли она родственницей Нафане. Впрочем, все наше общение сводилось к обычной пятиминутке вечером у подъезда, когда я шел домой с работы. Но в этот раз, Юлия Александровна рассказывала поразительные вещи.
- Представляете, Андрей. Сижу я дома, читаю Ги де Мопассана, и тут слышу, что на чердаке что-то топает. И громко так. Потом грохот какой-то, будто ведро уронили. Я не вытерпела и вышла из квартиры, а на самом верху, где люк-то на крышу, открыто все. Я подумала, что ремонт опять делают или крышу починяют.
- Так, и что было? Удалось узнать? – спросил я, начиная попутно строить свои робкие догадки.
- Да, ужас просто. Топот вдруг прекратился, и тут из отверстия вылезает такой большой голубь, - дама в ужасе заколыхала грудью. – На меня посмотрел, курлыкнул и, закинув мешок на плечо, исчез.
- Видимо вы, просто пересмотрели телевизор, - попытался успокоить я даму. – Вот и привиделось нечто. Давление скачет, бури на солнце, воздух грязный. Причин может быть очень много.
- Да, дорогой. И не говорите. Но мне пора. Начинается сериал. Всего хорошего, Андрей.
- До свидания, Юлия Александровна.
Явившись домой, я сразу захватил Нафаню в плен и принялся говорить, что все знаю, и знаю о том, кто шастал по чердаку в образе громадного голубя. Дух недобро сверкнул глазами и нехотя признался. Дело было так.
- Решил я тебя попотчевать ужином барским, да вином сладким напоить, - начал домовенок. – А мяса, как назло, дома-то нема совсем. Сначала я хотел соседку нашу обокрасть. Когда тут Петька жил, я так и делал. Украду продуктов у соседей и ужин готовлю. Петька все деньги пропивал.
- Так, отставим пока Петьку. Как ты жаркое приготовил, шеф? – не удержавшись, я перебил барабашку.
- Голубей пошел ловить, - усмехнулся Нафаня в ответ. – Распотрошил наволочку, извалялся в перьях, прищепку на нос прицепил. И все дабы на них, окаянных, походить. Ох, барин. Битый час их ловил, пакостников. Обгадили они Нафане шерстку пометом своим зловонным, орали так, что их уже режут. Но штук пять я успел наловить. Поймав, я вылез обратно через дырку на площадку, а там эта стоит, соседка наша, которая дышит тяжело всегда. Увидела меня, и за сердце схватилась. Тут мой черед пришел удивляться, почему она меня увидела. А тут вон оно как, я ж в перьях извалялся, чтобы на голубя походить. Вот она и увидела все эти перья. Я сплюнул и исчез по быстрому. Все ждал, когда ты меня ругать за это начнешь.
Не сдержавшись, я засмеялся. А домовой поняв, что ему ничего не грозит, радостно залез мне на колени.
- Ну, знаешь. Голубей я никогда не ел. Но на будущее, давай обойдемся без таких сюрпризов, - отсмеявшись, заявил я.
Нет, вы не подумайте. Нафаня любит животных. Хотя сам является тем еще зверьком. В старые времена, слыли поверья, что домовые любят зверушек, и любимой скотине заплетали косички, кормили вкусностями, и прочей милостью одаряли. Мой озорной сосед не стал исключением и здесь.
Поздним вечером Нафаня качественно мотал мне нервы.
- Андрейка. Почему ты не заведешь зверушку? Ну, нельзя же так. Я домовой, мне нужно о ком-нибудь заботиться, – вопил дух на всю квартиру. Я отбивался.
- Наф, ты о себе позаботиться не можешь, что уж про зверушек говорить. Кто сегодня возомнил себя великим скульптором и глиной заляпал мою гитару, – коллекционный Гибсон в углу молчаливо поддакивал.
- Художник так видит. Ересь не неси, барин, – домовой пренебрежительно фыркнул, обдав меня волной жуткого дыма от папироски. – В планах у меня создать массивное полотно с тобой в главной роли. «Андрей принимает утренний туалет».
- Я тебе дам, полотно, – отвесив духу шутливый подзатыльник, в который раз, я убедился, что ему все равно. От своих целей Нафаня так быстро не отказывался.
- Андрюшка. Дай зверушку! – начал раскачиваться маятником дух. При этом орал и показывал мне кукиш.
- Будет тебе зверушка. Завтра пойду и куплю. На свое усмотрение. Только отвяжись. У меня проект горит рабочий. Когда его делать, коли ты нудишь под ухом? – я вышвырнул Нафаню из комнаты и засел за работу. Шеф не погладит по моей умной голове за сорванные сроки. Вздохнув, я включил ноутбук.
Всю ночь, сознательно подкрепляя себя кофе и сигаретами, я без устали трудился. Домовой видимо решил не мешать мне и носу не казал. За что я был просто невероятно благодарен. Этот мохнатый эгоист требовал к себе внимания постоянно. И если его не замечали, начинал орать непотребные куплеты родом из своего славного детства.
Сохранив проект и скинув его на флешку, я позволил себе еще одну сигарету. На часах моргала цифра, извещавшая, что сейчас четыре утра. А на работу в семь. Подумав, что заснуть не получится, я залез в Сеть. С лукавой ухмылкой, которой научился у своего соседа, открыл сайт по поиску питомцев, и погрузился в изучение предложений. Довольно сдвинув бровь, увидел интересующую меня объявление.
«Так. Возраст… вес… цена. Годится» - подумал я, вслух произнеся тихо. - Держись троглодит мифологический.
Работа имеет обыкновение преподносить сюрпризы. Это может быть очень легкий день, что тебе придется сидеть и лениво просматривать развлекательные ресурсы, либо в поту работать и доводить до ума сразу несколько проектов. Тяжек труд дизайнера. Да так, что я чуть не забыл зайти за новым питомцем, которого обещал Нафане.
После работы, весело хлюпая ногами по лужам, я нашел искомый адрес. Это была одна из дорогих новостроек в центре города. Здесь не живут простые рабочие или заезжие гости. Тут правят свой бал политики, известные люди, бандиты, или просто богачи без определенного рода занятий. Задумавшись, нажал на домофоне нужный мне номер квартиры.
- Вы в курсе, как за ним ухаживать? – спросила меня изящная мадам бальзаковского возраста, с неизящно торчащей сигареткой в углу рта. – Зверюшки очень требовательны в плане ухода.
- Конечно, – кивнул я. – Я прочел достаточно литературы. И надеюсь, что могу звонить вам за советом.
- Обязательно, дорогой мой. Звони смело, – женщина колыхнула массивным бюстом и протянула мне коробочку. – Я дам вам немного еды для него. А потом сами купите.
Я улыбнулся и принял коробку в свои руки. Из нее доносилось легкое шуршание. Я протянул деньги, и вежливо откланявшись, покинул дорогую квартиру.
Спустя полчаса, я с довольной походкой подходил к дому. В руке была небольшая коробочка с дырочками для вентиляции. Ибо новый питомец был крайне нежный.
В дверях квартиры, подпрыгивая и визжа, меня встречал Нафаня, одетый по такому случаю в майку с картинкой магистра Йоды и словами «Андрей, быть юным падаваном опасно сейчас». Майка была моя, подаренная одной из бывших пассий. Нафанино одухотворенное лицо было чудо как похоже на Йоду. Я не преминул это заметить. Странно, но Наф спокойно пропустил это меж ушей и только поторопил:
- Где, где зверушка, барин? Дай поухаживать, я так ждал. Аж спать не мог, весь счесался, – барабашка преданно смотрел на коробку в моих руках.
- Да. Сейчас. Вот и он. Знакомься – это Олег, – с этими словами я достал из коробки паука птицееда, приятного песочного окраса, размером с мою немаленькую ладошку. Насекомое задумчиво привстало, смотря на Нафаню и его отвисший рот.
Нечеловечий визг потряс стекла в квартире, у соседей, и кажется, что уличным машинам тоже слегка досталось. В мгновение ока, Нафаня оседлал люстру и чуть отдышавшись, заорал:
- Кретин, дебил, имбецил, олигофрен, даун, идиот, осел, дурак! – поток ругательств не иссякал. Я, посмеиваясь, ждал, когда Нафаня угомонится. Паук Олег вообще спал у меня в руке, лишь изредка потираясь лапками.
- Кого ты принес?! Это же хренов паук! Я от них в доме избавляюсь, а он в дом тащит. Тьфу, пакость, срамота, остолопство, – духа вновь понесло в ругань. Он сидел на люстре, отчаянно грозя кулачком в сторону меня и Олега.
- Наф, спускайся. Посмотри, какой он классный. Какой пушистый, – я потерся щекой о спинку паука. Специально выбрал самую флегматичную породу. Мне не хотелось испытать на себе его яд и клыки.
- Нет. И не проси. Я вообще уйду из дома, если ты не уберешь эту мерзость. Или он или я! – домовой демонстративно замолчал.
Я пожал плечами и понес Олега в свою комнату. Устроив ему убежище в коробке из-под кроссовок, и заботливо кинув пару экзотичных червячков покушать, я пошел на кухню.