Боец вернулся быстро. Он принёс маленький котелок с бульоном из полевой кухни. Придётся возиться с Яном, как с ребёнком. Но истощение у парня заметно любому.
— Пей, — приказал я. — И восстанавливай силы.
Ян неловко взял котелок единственной рукой и поставил рядом на скамейку. Боец оставил ложку.
— Я обязан свершить месть, — сказал он, когда боец ушёл. — Это мой долг. Это основа, на которой держится вся власть в этой стране. Но отец учил меня и брата другим вещам. Долг, клятва, присяга, обязанности. Как у тех людей, что пошли за мной на верную смерть, и тех, кто закрывал меня своими телами, чтобы я выжил. Как у тебя, раз ты до сих пор упрямо сражаешься. И я обязан сделать одну вещь.
Я молча ждал, пока он выговорится.
— Я — это я, — произнёс Ян. — Последний из рода Варга, правитель Огрании. Я — это не голос той души, что иногда говорит со мной, не мои предки, не мой погибший брат и никто другой. Поэтому я прошу тебя, чтобы ты помог мне сделать то, что я должен.
— Говори, Ян.
— Я прошу тебя помочь вернуть мне мой город. Освободить моих людей и страну, о которых я совсем забыл. Ведь пока я шёл за одним, я оставил тех, кто в меня верил.
— До имперской столицы сейчас недалеко, — сказал я. — Келвин Рэгвард там. Но сейчас ты просишь идти на север и отвоевать Мардаград. Твоя месть затянется. Ты сам-то хоть выдержишь это? Лучше скажи честно.
— Я убью Келвина Рэгварда, — твёрдо произнёс Ян. — Своей рукой. Но тогда, когда наступит время. Я должен заняться тем, чем был должен с самого начала. Мёртвые никуда не денутся, а живым мы ещё нужны. Моя месть остаётся, я не забуду о ней. Она со мной навсегда. Но пока он подождёт.
— Смотри сюда.
Я сел на корточки и начал раскладывать перед собой битые камни, гильзы и градины, чтобы схематично изобразить карту. Ян взял ложку и попытался есть.
— Я думал об освобождении севера, — сказал я. — Потому что для штурма имперской столицы у нас не хватит людей, а там почти вся армия Хитланда.
Целую горсть камней я высыпал в центр.
— Мы можем получить преимущество, когда перегруппируется армия Бинхая и подойдут свежие силы из Нарландии. Но сначала нужно составить план.
Ян терпеливо ждал, пока я размышлял вслух.
— Если мы высвободим силы из Мардаграда, — я передвинул кусок от градины. — Сможем атаковать с двух сторон. Но всё равно, Рэгвард хитёр. Как он тебя выманил, это просто нечто. Наверняка он даже не планировал, но использовал твоё состояние на всю катушку. Чуть не проиграли.
Коротко глянул на Яна. Он что, смутился?
— И у него какие-то тёрки с советом, — я задумался. — Я до сих пор не понимаю, из-за чего они враждуют. Ты был там, когда его младший брат прибыл к Катерине. О чём они говорили?
Узнаю у неё сам, но связь с Восточной провинцией ещё не работает. Пусть скажет Ян.
— Я не помню, — Ян откашлялся и покраснел. — Я был… я был так зол, что почти ничего не помню.
— А этот твой не помнит? — я потрогал амулет Громовой. — Душа этого Небожителя, которого привязали к тебе?
— Он… — Ян задумался. — Посланник что-то хотел предложить Её Высочеству, но я не дал дослушать. Просто, как только я увидел, что это Рэгвард, хоть и другой… Будь это Келвин, — голос стал жёстче. — Я бы оторвал ему голову прямо там. Но это был не Келвин.
— Младший Рэгвард попал под арест, — сказал я больше сам себе. — Ладно, уточню. Пока приводи себя в порядок, Янек, у нас очень много работы.
Я махнул рукой на прощание и пошёл туда, где взвод гвардейцев караулил единственного пленного.
Смуглый кудрявый парнишка в чёрном мундире с красными полосами в штанах с лампасами был невысокоим, а на фоне здоровенных императорских стрелков и штурмовиков казался ещё меньше.
— Франко Нумер, — произнёс я. — Наследник Великого Дома Нумер и командир Марионетки. Давно не виделись. Ещё с академии.
Он угрюмо посмотрел на меня, но ничего не сказал.
— Я не объявлял тебя изменником как раз на случай, если захвачу в плен, — продолжил я. — Обвинение в государственной измене — это казнь на месте. Но с тобой и Джулио Алькарасом из Калуросы я оставил себе пространство для манёвра. Жаль, что Джулио сбежал, с ним бы я тоже поговорил.
— Можешь меня казнить, но мои люди не сдадутся, — сказал Франко, надменно глядя на меня.
— Не собираюсь, ещё мне не хватало новых кровников. Объявляю тебя своим пленным. Марионетка переходит имперской армии.
— Ты же не думаешь, что я прикажу своим войскам сложить оружие?
— А что, хочешь кровавой бани на своих землях? — спросил я. — Знаешь, северяне злопамятны, а твои люди занимались мародёрством, грабежами и изнасилованиями. Не меньше, чем островитяне и пустынники, которые нас ненавидели.
Он вздрогнул.
— Какое это имеет отношение…
— У меня здесь Ян Варга и Лукас Сантек. Твои люди навредили Аните Сантек, дочери Лукаса и подруге Яна. Наверное, ты даже и не знал об этом. Зато знают они. Я бы даже мог выдать тебя Лукасу, и он убил бы тебя на месте. Но это будет новый виток кровной мести, а мы ещё не разобрались со старой.
Франко начал бледнеть, а я продолжал:
— Имперская столица лежит в центре твоих земель, так что мы пойдём через них. Если убедишь своих вассалов, что не надо сопротивляться, крови среди твоих людей мы избежим. Подумай об этом, время у тебя будет. А пока ты мой пленник.
Я сделал знак, чтобы его увели. Франко никому не объявлял кровную месть, никто не объявлял ему самому. Пусть пока так и остаётся.
Враг отступал быстро, он не стал задерживаться на этом берегу реки Ларва. Зато с той стороны их было очень много, все отступившие после боя войска, а ещё резерв из мощной армии Хитланда. Плюс Печать Огня, которая вскоре вернётся сюда.
Атаковать через реку сейчас — безумие. У нас хоть сейчас и больше Исполинов, но меньше людей и обычных ригг. Да и не люблю форсировать реки, это слишком сложные операции, которые с наскока не решаются.
Хорошая новость — противник хоть и успел порезвиться в Гунжанге, столице Бинхая, но на полноценное разграбление времени не хватило. Да и оккупационный гарнизон сразу сдался, когда туда подошёл Чивэнь, которым управлял Марк.
Не пришлось тратить время на штурм, и можно заняться планированием другой операции.
Я забрался на холм подальше от реки, но откуда всё хорошо видно. Вместо шинели надел только мундир. Ван Чэн недавно пытался вручить мне парадную саблю, но я же предпочитал обходиться револьвером и цепями.
А ещё у меня теперь звание не только имперского генерала, но и маршала Бинхая, которое Ван Чэн дал мне во время ужина после боя.
Во многом, это почётная должность, но приказы обязательны к выполнению. Так что могу командовать некоторыми соединениями армии Бинхая напрямую, если пригодится. А это удобно.
Охрану я отогнал подальше, чтобы с того берега не заметили толпу и не отправили пару ракет. И никто не мешал мне думать и планировать.
У самого истока река Ларва была тонким ручьём, и там казалось, что она пересыхает. Но ниже по течению в неё впадали горные ручьи и реки, и уже рядом с Бинхаем Ларва была очень широкой.
Были броды, по которым могли перейти шагоходы. Вражескую армию и панцирники перевозили на паромах, сожжённые остатки которых видны на том берегу. Противник больше не планировал идти к нам, но он явно позаботился, чтобы и мы не пришли к нему.
Я хотел показать, что готовлю штурм через реку, чтобы отвлечь их войска. Не хотел, чтобы часть вражеского резерва помогла укрепить Мардаград до нашего прибытия туда.
Там уже были наши Паладины и панцирники, которые пришли туда из Нерска. Этого мало для штурма, поэтому часть войск мне придётся отводить отсюда.
Скорее всего, я снова возьму ударную группу, что пришла нам на помощь, только усилю её Исполином, которым управляет Марк.
А пока же мы бомбили другой берег. Тяжёлая артиллерия, а вместе с ней Рейтары и другие шагоходы били по позициям врага. Оттуда отвечали, но не особо охотно. С той стороны доносились взрывы.
Снаряды у нас были и пока мы их не жалели. Бинхай поставил их производство на поток, а ещё с поставками помогла Нарландия, чьи земли не были затронуты войной. Южные соседи Нарландии погрязли в разборках за власть после гибели их наследников, так что нападения оттуда можно не ждать.
Взрывы через реку не прекращались. Вдали, у тех гор, должен быть Красный Дракон. Печать Огня мы пока не засекли. Вряд ли он остался для защиты Мардаграда, скорее всего, он скрывается где-то поблизости.
Больше Исполинов у них не было. У нас же появился ещё один, Марионетка. Но мы едва починили ей приводы ходовой. Потом найдём человека, который сможет перегнать её в Нерск. Только кого? Пилота для этого Исполина у нас не было. Но главное, что она не стреляет по нам, и это уже хорошо.
Наши Исполины иногда показывались в зоне действия врага, чтобы он их заметил. Наверное, я оставлю Ищейку здесь, а с собой возьму Небожителя и Чивэня Марка.
Но ещё не решил. Пока же только вёл обстрелы. Чем больше, тем лучше. Ответный огонь слаб, они ещё не выставили артиллерию на новые позиции. И мы не даём им этого сделать.
Иногда даже казалось, что они так слабо отстреливаются, что хоть прямо сейчас пересекай реку и заканчивай войну одним ударом.
Но нет, если бить, то там, где не ждут. Вот бы сейчас обрушить через берег ещё одну силу Небожителей. Но амулет не восстановился, я тоже не особо полон сил, а Ян так вообще очень ослаб. Я даже побаивался брать его с собой в полёт.
И я точно не хотел приводить на линию фронта Катерину Громову. У неё тоже есть силы Небожителей, но для неё это может быть опасно.
А ведь есть же четвёртый, тот самый Дмитрий Бокан. Но кто он, я до сих пор знал очень мало. Я надеялся допросить маршала Дерайга, когда захвачу его в Мардаграде.
Но этот Бокан явно не собирался отправляться на передовую. Да и сможет ли он что-нибудь нам сделать?
Ветер трепал страницы моей записной книжки. Карандаш сломался, но бинхайский офицер подал мне другой и достал складной ножик, чтобы наточить старый.