— Мы?
— Ты можешь думать как хочешь, — огрызнулась Лилия. — Но я верю, что Морозов вернется.
— Вряд ли он будет рад моему присутствию.
— Так сделай так, чтобы ему не было стыдно за тебя.
Девушка подошла ко мне и принялась завязывать галстук. Потом выругалась и отбросила его прочь.
— Ты чего?
— Не то, — она нахмурилась и отошла к полке, чтобы вернуться с чем-то в руке. — Тут уместен шейный платок.
Она ловко свернула кусок ткани в затейливый узел и затем скрепила его длинной иглой с темной каменной бусиной на конце. Чтобы безделица не выскользнула, на другую сторону девушка надела силиконовый колпачок.
Затем Водянова отступила на пару шагов и осмотрела меня с задумчивым видом.
— Повернись, — приказала она. — Подними руки… Отлично.
— Ты сейчас ведешь себя как моя мать, что выбирала мне костюм на выпускной.
Я улыбнулся, подумав, что примерка костюма в крохотной комнатке обычного отдела в торговом центре выглядела иначе. И та одежда была куда проще. Повернувшись к зеркалу в полный рост, я понял, что разница очевидна.
— Офигеть, — выдал я шепотом.
— Согласна, — хмыкнула Лилия и тут же добавила, — выглядишь достойно семьи Морозовых.
Все же хорошо сшитый костюм сделал из меня другого человека. Я повернулся, расстегнул пуговицы пиджака и кивнул. Отражение повторило мое движение, подтверждая, что это и впрямь я.
— Осталось еще кое-что, — девушка наскоро расчесала мне волосы небольшим гребнем
Потом отошла, чтобы вернуться и оказаться ко мне вплотную. В этот раз я был уверен, что она не собирается касаться меня. Однако Водянова удивила, проведя влажным пальцем по коже за ухом.
— Аромат стоит наносить правильно, — улыбнулась она. — Пройтись по точкам пульсации вен и артерий.
— Почему просто не брызнуть из флакона? — криво усмехнулся я.
— Хороший парфюм очень стойкий и достаточно пары капель. К тому же он содержит масла. Они могут оставлять следы на ткани.
Между нами повис аромат горячего дерева, дымной полыни и амбры. Я вдохнул его и задержал дыхание. Игра света и тени сыграли с моим зрением злую шутку. Мне показалось, что глаза девушки стали больше. В фиалковой глубине качнулись неясные тени…
— Не смотри в бездну, — произнесла сирена едва слышно и прикрыла веки.
Потом отвернулась и отнесла флакон к дальней стене, где и поставила его на полку.
— Машина уже ждет тебя внизу, — ее голос звучал странно. От него в груди гулко забилось сердце.
— Спасибо, — я направился прочь из комнаты, борясь с желанием вернуться и вновь посмотреть в глаза Водяновой.
В гостиной меня ждал Федор. Старик цепко оглядел меня и довольно улыбнулся.
— Вам помогла с выбором Лилия Владимировна
— Порой она меня безумно раздражает, — отозвался я.
— Водянова — особенная девушка, — не стал спорить дворецкий, бросив короткий взгляд мне за спину. — Но Лилия предана семье и переживает за нее намного больше, чем вам кажется.
Я читал между строк и видел, что Федор чуточку напряжен. Он не решился сказать мне о своих сомнениях.
— Все будет хорошо, — твердо пообещал я. — Морозовы еще покажут империи, чего они стоят.
На мгновенье мне показалось, что у старика повлажнели глаза. Его сухая щека дернулась, а губы растянулись в вежливой улыбке.
— Мы все в вас верим, мастер.
Спрашивать, куда вновь запропастился братец, я не стал. Наверняка у него свои заботы, о которых мне не стоит думать. То, что он не следит за каждым моим шагом и не контролирует — уже хорошо.
— Я не подведу, — сказал уже больше для себя, когда вышел на порог и направился к машине на подъездной дорожке.
Петр открыл мне дверь, а потом занял водительское место.
— В Синод, верно? — уточнил он.
Я кивнул.
Мы довольно быстро добрались до города. Улицы оказались загружены транспортом. Группы людей прогуливались по мостовым. На этот раз я сумел рассмотреть множество рекламных баннеров, на которые в прошлый визит в город как-то не обратил внимания. Теперь же видел их слишком много. Над проезжей частью мелькали перетяжки с фамилиями семей ведьмаков, с билбордов улыбались то жизнерадостные Пожарские, то загадочные Воронцовы. Среди всех лиц я даже не сразу узнал младшего Долгорукого. Отчего-то запомнился мне этот крысеныш с искривленным от страха рылом. А на щите автобусной остановки он держал в руке смартфон и лыбился во все свои тридцать два зуба.
На одном из зданий виднелся огромный плакат с красивой девушкой в белой рубашке и короткой юбочкой. Я залюбовался Шереметьевой и подумал, что хотел бы снова ее увидеть вживую. Стоит написать и предложить пообедать вместе.
Однако главное, что я отметил так это массовая реклама ведьмаков. Одни предлагали охранные системы, держа в руках каменные замки, другие зубную пасту, демонстрируя белоснежные улыбки, третьи смотрели с фотографий, усыпанных по краям кофейными зернами.
Каждая семья была лицом какой-нибудь фирмы или товара. Морозовых я нигде не видел. Что меня не особенно удивляло. Не были мы медийными звездами.
— Времена меняются, — пробормотал я, поправляя запонку на манжете рубашки.
Тут я вспомнил о том, что скучал о магазине на диване. Вбил в поиск браузера нужное слово и удивился. Результатов не было. То есть тут не было маркетплейсов? Мелкие магазинчики, конечно же, присутствовали, но большие, где можно заказать все — от пачки риса до лодки, не нашлись. Придется расспросить обо всем Дениса, а если не повезет, то Лилию. Секретарша меня чаще всего раздражала. Каждый разговор с ней грозил перерасти в лекцию или перепалку.
— Мы уже подъезжаем, мастер, — привлек мое внимание водитель.
Михайловский Собор высился в самом центре площади. Справа от него виднелась белая колоннада Манежа. А дальше, у набережной расположились здания Сената и Императорский дворец. За синей лентой реки блестел на солнце шпиль Военно-морской школы.
Напротив собора красовался памятник семьям-основателям. Тем, кого позже назовут великими ведьмаками.
Машина въехала на территорию собора, остановилась, и двое служек тут же подошли к авто. Один из них открыл дверь, помогая мне выйти.
— Спасибо, — пробормотал я.
Выбрался во двор, осмотрелся.
Здание Михайловского собора поражало своей красотой. Особенно выделялись статуи, которые расположились вдоль аллеи героев. Здесь были собраны все влиятельные люди Империи. От древних времён до наших дней. Всего, фигур было около сотни. Императоры, и главы крупных семей, промышленники и выдающиеся представители Синода. Чуть особняком стояли деятели искусства и культуры. Писатели, поэты, режиссеры, композиторы.
Заканчивали композицию ведьмаки. Правда, представители не всех семей удостоились высокой чести стоять в этом ряду.
— Идёмте, мастер, — произнес один из служек. — Я вас провожу. Держите.
Он протянул мне бейджик. Точно такой же, какой мне выдали перед участием в фестивале. Даже надпись была той же:
"Михаил Морозов. Темный ведьмак".
Я взял его, надел и отправился следом за служкой через двор.
Башня Синода высилась за зданием собора. Она была оформлена в стиле колокольни, на крыше которой с мечом в руке возвышался слуга Спасителя.
Провожатый провел меня в холл, мимо поста охраны, к большой статуе основателей. Семь ведьмаков, высеченных в куске камня, грозно взирали на входящих. И от этого взгляда становилось не по себе. Скульптор был настоящим гением, и фигуры выглядели очень реалистично.
По коридорам сновали люди в белых рясах. У всех на груди были бейджи, на которых было написано имя, этаж и отдел.
Служка сопроводил меня до нужного этажа. Остановился у двери с номером 1408 и приложил карточку к электронному замку. Пискнул замок, дверь щёлкнула, и служка впустил меня в зал.
— Добрый день, мастер Морозов. Прошу вас, проходите. Присаживайтесь.
Улыбающийся парень в очках в тонкой золотой оправе указал на кресло.
В комнате меня ждали четверо. Два парня и две девушки в привычных мне уже рясах. Все они приветливо улыбались и казались похожими друг на друга, отчего становилось немного не по себе. У всех четверых в руках были папки.
Зал для совещаний был просторным. С большими окнами, из которых открывался прекрасный вид на город и небо в клочьях облаков.
В центре помещения стоял круглый стол. У стены приютилась доска на колесиках.
Я прошел в комнату и уселся в кресло, в ожидании очередного "очень важного" разговора.
— Итак, Михаил Владимирович, позвольте представиться. Меня зовут Антон, я начальник отдела аналитики. Это Инна, моя помощница, — он указал на стоявшую рядом светловолосую девушку, которая держала в руках жёлтую папку. — Ну, а это Наталья из отдела рекламы и Никита, дизайнер.
Он указал на темноволосых парня и девушку, и те с улыбкой поклонились. Я только кивнул в ответ. И Антон продолжил:
— Отдел аналитики детально изучил ваш последний бой. Ну, тот самый, в котором вы истребили культ. Прекрасная схватка! Какая постановка в кадре! Камера вас любит. Я даже в какой-то момент задумался, что видео постановочное.
Он испытующе посмотрел на меня, но я только неопределенно пожал плечами. И Антон невозмутимо продолжил:
— Ваш рейтинг быстро растет. И мы хотели бы, чтобы количество ваших подписчиков росло ещё быстрее. А вы? Хотите?
Вопрос был глупым и явно риторическим. Но я снова кивнул.
— Тогда вам нужен образ, — вдохновенно продолжил Антон. — Простой, но запоминающийся. Который будет ассоциироваться с вами.
С этими словами он вытащил из папки лист и закрепил его на доске.
На белом полотне оказалась фотография, на которой был изображён парень в длинном черном плаще и высокой шляпе:
— Это… — начал было я, но Антон меня перебил:
— Костюм. Запоминающийся, узнаваемый образ, который идеально подойдёт темному ведьмаку.
— Такой образ был у темного охотника, охотника на вампиров и одного линчевателя. Правда, линчеватель был без шляпы. Все эти персонажи запомнились людям.