Я обернулся. Денис сидел на берегу и спокойно пил отвар из фляжки:
— Это не злые духи, — пояснил он и сделал глоток.
— Пришел в себя? — уточнил я.
Парень кивнул:
— Ксения Васильевна творит настоящие чудеса.
Девушка густо покраснела и хмыкнула. Потом смахнула с волос ошалевшего от всполохов света мотылька. Деловито застегнула курточку и направилась к убитому мной упырю. Включила камеру:
— До чего же мерзкие твари, — произнесла она, снимая одно из тел. — Дорогие зрители, Вы вряд ли когда-то встречали подобных существ. На ваших глазах…
Серова неловко оступилась раненой ногой и с коротким криком повалилась на землю. Денисом рванул к ней. Я же поднял ее, ставя на ноги. И заметил на раненой лодыжке расплывающиеся пятно крови. То ли рана открылась, то ли девушка испачкалась в крови упыря. Хотел было помочь стряхнуть с одежды тину, но девушка резко вырвалась. И снова чуть не упала.
— Вот зачем ты полезла…— начал было брат, но осекся, поймав полный обиды взгляд княжны.
— Надо бы смыть грязь, — предложил я.
— Я не неженка. И испачкаться не боюсь, — возмутилась девушка и тут же озаботилась. — Камера цела?
Морозов-старший поднял аппарат и протянул его журналистке. Она тотчас забыла обо всем и сдувая песчинки с бесценной аппаратуры. Спустя минуту она продолжила съемку.
— Звони старосте, — произнес я, обращаясь к брату. — Нам нужен большой черный мешок для этого господина. Надеюсь, местный лекарь хоть что-то понимает в анатомии. Он нам пригодится. Желательно трезвым.
— Будет в сознании — уже хлеб.
Глава 4 Лекарь
Староста явился на место боя спустя пять минут. Он прибыл в сопровождении десятка дюжих селян, и увидев его, я с трудом удержался от улыбки: от добродушного мужичка, который встречал нас у ворот дома, не осталось и следа. Вместо него передо мной стоял дядька в "горке", с кепкой-восьмиклинкой на голове, и карабином в руке.
— Ну, милсдари ведьмаки? Как успехи? — важно поинтересовался он.
— Этих убили, — Денис указал на останки обугленных тел, и упыря, которого я добил косой. — Но думаю, на том берегу их осталось ещё много.
Он указал за широкую ленту реки, на скрытый за густым туманом берег.
От этих слов староста заметно побледнел и отшатнулся. А от былой серьезности и уверенности не осталось и следа. Дрогнувшим голосом уточнил:
— Ну вы ведь поможете нам, милсдари? — запричитал он. — Ведь поможете?
— Постараемся, — ответил я. — Но для этого, нам нужно побольше узнать про этих тварей.
Я пнул ботинком единственный уцелевший труп, и продолжил:
— И для этого, нам нужен мешок. Надеюсь, ваш лекарь сведущ в анатомии?
Староста сдвинул на лоб кепку и задумчиво почесал в затылке:
— Да вроде бы чему-то обучен, — неуверенно произнес Ильич наконец. — Нет, как лекарь-то он превосходный, а вот как анатом... Вроде бы в академиях Снежинских учился.
— Надеюсь, этих знаний нам хватит, — ответил я и тут же уточнил:
— Вы нашли мешок?
Ильич кивнул и обернулся к мужикам. Те с опаской подошли к мертвецу. Один из селян достал мешок и расстелил его на земле.
Денис шагнул было к мертвецу, но я его остановил. Вызвал двойника, и темный силуэт без труда поднял тело, переложил его в мешок. И тут же растворился:
— Вот теперь нормально, — заключил я. Мужики переглянулись и с опаской взялись за углы куля. Потащили его прочь. Мы же направились следом.
— Иван Ильич, что же вы не предупредили нас, что нежить эта силой владеет? — как бы между прочим, начал я разговор.
Староста удивлённо посмотрел на меня:
— Какой такой силой, Михаил Владимирович? Отродясь у них силы никакой не было.
— Ну как не было? — мягко поправил его я. — Когда они из реки выбрались, то могли защиту создавать. А один из безмозговых этих ещё и криомастером оказался. Пытался меня иглами ледяными прибить.
От моих слов глаза старосты стали похожи по размеру на большие монеты:
— Какой ещё криомастер? — глупо уточнил он, обводя нас взглядом. — Вы, верно, меня разыгрываете, Михаил Владимирович. Защиты магические они ставить умеют, это верно. Как и другая нежить. Но щиты те слабенькие, так что наши дружинники хоть с трудом, но справлялись с ними. Но чтобы безмозговые эти магией кидались… да не было такого ни разу.
"А ведь не врёт староста. Он и правда не знал ни о чем таком, — подтвердил Александр. — Уж я-то ложь бы мигом учуял. На этом берегу зомби что-то ослабляет. Поэтому деревня и простояла так долго".
Мы с Денисом переглянулись. И судя по выражению лица брата, он был того же мнения, что и наставник.
На этом я решил допрос окончить. И остаток дороги мы прошли молча. Тем более, идти до местной лечебницы было недалеко.
Лечебница больше походила на барак. Длинное здание с железной крышей, выкрашенной в красный цвет, было обнесено невысоким забором из редкого штакетника. На пороге, освещенном большой лампочкой с банкой вместо плафона, стоял мужик в белом халате, напяленным на тельняшку. Он флегматично смотрел на приближающуюся процессию и курил. Кольца сизого дыма поднимались высоко и таяли в темноте. Рядом с лекарем сидел толстый серый кот и неспешно намывал усатую морду. При нашем появлении он оттер ногу хозяина и скользнул под навес, где рядами лежали дрова.
— Здрав будь, Лапин, — сказал староста, толкнул калитку, которая тотчас упала наземь. — Ох…
— Да все никак руки не дойдут починить, — лекарь расслабленно пожал плечами, и щелчком пальцев отправил окурок в стоявую у нижней ступени, большую консервную банку с надписью «Иваси».
— Так ты мужиков попроси…
— Да те мужики обо мне вспоминают, только когда им прокапаться надо или зашить порез какой, — с детской обидой сообщил Лапин, а потом махнул рукой. — Чего надобно?
— Тут к нам ведьмаки пожаловали, — пояснил староста и указал в нашу сторону. — И еще гости пришли из-за реки.
При упоминании пришлых лекарь вмиг посерьезнел и неожиданно прытко зашагал нам навстречу. От него пахнуло до того густым перегаром, что я невольно занюхал рукав.
— Здравы будьте, — отрапортовал медик и посмотрел на нас. — Кто ранен?
— Ни у кого нет серьезных повреждений, — пояснил я. — Только княжна Серова повредила ногу в доме Семеныча.
— Глупости, — фыркнула девушка, но оперлась на руку князя и скривилась. — Небольшая царапина.
— Обработаем, — кивнул Лапин. — А кого принесли-то?
— Так пришлого, — староста дал знак работягам, и они потащили мешок в сторону лечебницы.
— Стало быть, на вскрытие? — серьезно уточнил мужчина и крикнул помощникам, — несите через задние двери. Там не заперто. И уложите на стол посредине.
— Прошу простить, господа и дама, — Иван Ильич откашлялся, привлекая внимание. — Мне надо сообщить народу на площади, что опасность миновала и разобраться в ситуации.
— Спасибо за содействие, — тут же кивнул Денис. — Мы воспользуемся вашим предложением устроиться на ночлег, если оно в силе.
— Конечно, милсдари. Будем вас ожидать, а вы пока занимайтесь своими ведьмачьими делами.
— Уж извините за вторжение, — вежливо обратился я к лекарю. — Но нам нужно знать, чем этот упырь отличался от обычных.
— А вы полагаете, что есть отличия? — мужчина сделал знак следовать за ним и направился к порогу.
Он слегка покачивался и остановился у рукомойника, который по местным обычаям висел на стене дома рядом с порогом. Мужчина щедрыми пригоршнями плеснул себе в лицо воду, а потом фыркнул и тряхнул головой.
— Вы хорошо себя чувствуете? — озаботилась Ксения.
— Могло быть и лучше, княжна, — мужчина криво усмехнулся. — Сегодня я немного не в форме. Но работать это не помешает. Уж будьте спокойны.
Он утерся полотенцем и повернулся к нам.
— Меня зовут Лапин. Просто по фамилии. И вы не заморачивайтесь с именем.
— Михаил Морозов, — представился я и указал на брата, а потом на журналистку, — князь Денис Морозов и Ксения Серова.
— Знавал я Владимира, батюшку вашего, — усмехнулся лекарь. — Суровый мужик. И похоже, мертвый, раз старший сын князем сделался.
— Он пропал, — сухо поправил его брат.
— Все мы однажды пропадаем, — философски заметил Лапин, заходя в здание. — Очень надеюсь, что батюшка ваш найдется. Потому как он умел быть…
Тут он замолчал, словно вспомнив о чем-то.
— Вы работали в Снежинске? — неожиданно спросила Ксения. — Я припоминаю об одной истории, где фигурировала такая же фамилия. Тот случай, когда нашли убитую девицу…
— Фигурировала моя фамилия, — грубовато перебил ее лекарь, сделав особое ударение на слове "моя". — И предвосхищая ваши вопросы, любопытная княжна, девушек было несколько. И в убийстве каждой обвинили лекаря, который никогда бы не оставил столько улик. Не такой уж я глупый. Но Синоду был нужен козел отпущения. И почему не сделать его из того, кто поддерживал мятежных ведьмаков?
Мужчина посмотрел на Дениса, который помрачнел от сказанного.
Серова попыталась было что-то уточнить, но брат мягко сжал ее локоть и заявил:
— Мы тут по другому поводу. Господин Лапин наверняка даст вам интервью в следующий раз, когда…
— Очень вряд ли, — проворчал лекарь и уже громче добавил, — проходите по коридору прямо в прозекторскую. А я приму лекарство.
— Опохмелиться решили? — язвительно уточнила Ксения.
— Выпить нашатыря с водой, — ответил лекарь, нисколько не смущаясь того, что его поймали с поличным. — Мне нужна трезвая голова.
— Что ж, — девушка скинула руку князя и подошла к Лапину.
Тот не успел понять, что происходит, как на его голове оказались целительные ладони. Я тотчас зажмурился, беспокоясь, что глаза потом и впрямь будут болеть как после сварки. Даже сквозь закрытые веки я ощутил мерцание света.
— Ох, — выдохнул лекарь.
Он попятился и едва не упал, но вовремя успел ухватиться за дверной косяк.
— Легче? — нетерпеливо уточнила Ксения и, не дожидаясь ответа, пошла по коридору.