Паспортистка выбрала второй вариант:
— Я вас слушаю.
Что ж, Алина выбрала верную тактику. Конечно, она бы и так узнала, кто прописан в ее квартире, но не сегодня, а лишь послезавтра, поскольку по собственному опыту знаю, официальные лица чтят приемные дни как нечто святое.
— Нас с коллегой интересует такая информация. Кто прописан в квартире номер шесть в доме номер пять по проспекту Маяковского.
— Сейчас никто, — паспортистка ответила, не колеблясь. — Квартира продана. Людмила Попова, прежняя хозяйка, на днях выписалась, а новые жильцы еще не прописались. Хотите, посмотрите документы.
— Спасибо, мы вам верим. Нам пора.
Мы вышли из конторы. Алина не скрывала своей радости.
— А ты говорила, что Людмила аферистка. Как хорошо, что она выписалась и никого там не оставила. Кроме скелета, разумеется. Теперь едем по старому адресу и в лоб ее спросим, что за сувениры она мне оставила.
Через пятнадцать минут мы высадились из Алининого автомобиля в ее старом дворе. Не знаю, как ей, а мне двор нравился. Хотя фасад дома и выходил на оживленную магистраль города, сам двор был уютным, с большим количеством зелени. Прямо перед окнами бывшей Алининой квартиры рос старый тополь. Летом, когда было жарко, он своей мощной кроной надежно укрывал окна от палящего солнца. Даже в тридцатиградусную жару в комнатах было свежо и прохладно.
А еще в этом дворе была прекрасная детская площадка. В прежние годы мы с Аней часто приходили сюда на прогулку, благо, сами живем неподалеку. От воспоминаний, связанных с прошлым, у меня защемило сердце.
— Алина, не жалко? Двор такой чудесный.
— Не трави душу! Пошли, — Алина шмыгнула в родной подъезд, я припустила за ней.
— Как ты думаешь, она дома? — бросила я вдогонку.
— Проверим.
Когда я взобралась на третий этаж, Алина уже давила на кнопку звонка. Открывать нам не собирались. Мы постояли еще несколько минут и спустились вниз.
— Что будем делать? Ждать?
— Не знаю, — неуверенно ответила Алина.
— Здравствуй, Алиночка. Соскучилась? — раздался за нашими спинами старческий голос.
Из подъезда вышла Антонина Петровна, бывшая соседка Блиновых.
— Здравствуйте, Антонина Петровна. Я заскочила по делу к вашей новой соседке, да, видно, ее дома нет, а она мне так нужна.
— Алиночка, не одна ты ее ждешь. С утра ей привезли холодильник из магазина, а ее дома не оказалось. Ушла рано и свет не выключила.
— То есть как не выключила?
— А вот так. Я в пять встаю, молоко во двор рано привозят, в шесть утра. Я вышла во двор без пяти шесть. Еще темно было. У тебя на кухне свет горит, то есть — у нее. Машина с молоком сегодня что-то припозднилась. Пока покупала, пока со всеми переговорила, уже восемь часов было. Я хотела домой идти, но тут во двор грузовичок въехал. Водитель спросил в каком подъезде твоя квартира. Я ему ответила. Он звонил, звонил, да так и уехал с холодильником. Скорей всего, она мимо меня проскочила, я ее еще не очень хорошо запомнила. Молодая высокая блондинка, кажется, в очках ходит. Ну, да бог с ней, ушла и ушла. Теперь ей опять придется оплачивать грузовик, чтобы холодильник привезти.
— А свет?
— Что свет? — Антонина Петровна удивленно посмотрела на меня. — Ах, ну да, свет до сих пор горит. Значит, не возвращалась.
— Да, скорей всего. До свидания, Антонина Петровна, — Алина стала спешно прощаться с соседкой. — Вы в магазин торопитесь?
— На базар, Алиночка.
— Давайте мы вас подвезем?
Я ничего не понимала. Алина торопилась запихнуть соседку в машину. Неужели так растрогалась, увидев человека, с которым жила на одной площадке долгие годы?
— Что копаешься? Быстро садись, — поторопила меня Блинова.
За считанные минуты доставив Антонину Петровну к Центральному рынку, Алина развернула автомобиль и помчалась обратно по старому адресу.
— Что ты задумала?
— Я? Попасть в свою квартиру.
— Она уже не твоя! — попыталась я предостеречь Алину от необдуманного поступка.
— Ты же сама говорила, что Людмила аферистка.
— Нет, это одна из версий.
— Вот и проверим!
— Каким образом?
— Зайдем в квартиру и поищем документы. Я Санькин комплект не отдала, а поменять замки она еще не успела.
— А если хозяйка дома?
— Спросим ее в лоб. Если нет — зайдем.
— А если застукают в чужой квартире?
— Если бы да кабы… Нам что, в первый раз ориентироваться на месте? Вылезай живо! — прикрикнула на меня подруга, выпорхнула из автомобиля сама и, на ходу нашаривая в сумке ключи, побежала наверх.
Для порядка позвонив несколько раз в дверь, Алина дрожащей от нетерпения рукой вставила в замочную скважину ключ. Механический поворот ключа, щелчок и вот — до боли знакомая прихожая. Только зеркала нет и обуви значительно меньше. У Алины обычно скапливается перед дверью столько туфель, ботинок и кроссовок, что можно предположить, будто в квартире проживает народа в пять раз больше, чем на самом деле. Сейчас на забытом Алиной коврике стояла одна лишь пара женских сапожек.
— Заходи, — зашептала Алина и первой проскользнула внутрь. Благополучно попав в квартиру, мы отдышались. Свет действительно горел в прихожей, в кухне и гостиной, но хозяйки видно не было. И слава богу, неизвестно, как бы она отреагировала на наше вторжение. Вряд ли бы ее устроила сказочка о том, что Алина что-то забыла в прежней квартире. Жди законных хозяев и не пользуйся дубликатом ключей. Лично я бы возмутилась, увидев в своей квартире старых хозяев, бесцеремонно открывающих дверь своими ключами.
— Ну, и что теперь? — с опаской поглядывая на входную дверь, спросила я.
— Ищем, — кратко ответила Алина.
— Что?
— Паспорт, документы.
— А если она ушла с паспортом?
— Марина, ты ищи, спрашивать будешь потом, — огрызнулась Алина и зашла в гостиную.
По всему, Людмила обустраивать свое жилище пока не собиралась. Везде валялись коробки, ящики, сумки, в большинстве пустые. Зато центр занимала огромная куча, сложенная из разных предметов: статуэток, вазочек, рамок с фотографиями, шкатулок и подсвечников. Похоже, Людмила что-то искала и для удобства вывалила все на пол.
— Однако, новая хозяйка особа не очень аккуратная, — подметила Алина.
Мебели как таковой в комнате не было, лишь диван, придвинутый к стене, и телевизор, не подключенный к электросети.
Алина прошла мимо ящиков, заглянула в них:
— Посуда, книги, тряпки. Марина, возможно, ты права. Я не вижу коробки или папки с документами. Посмотрим, что в куче. Тут тоже нет.
— Что будем делать?
— Пойдем пройдемся по другим комнатам.
В остальных комнатах было то же: ящики, коробки. Правда, в бывшей Санькиной комнате стоял платяной шкаф и матрац, брошенный на пол. Очевидно, в этой комнате Людмила намеревалась устроить спальную комнату.
В кухне нас поджидал сюрприз. На кухонном столе лежала дамская сумочка с полным набором документов.
— Вот это удача, — Алина извлекла из сумки паспорт. — Попова Людмила Ивановна. Двадцать шесть лет. Надо же! А я думала, она значительно старше. Смотрим прописку. С проспекта Маяковского она выписана. А прописана там была полгода назад, в октябре прошлого года…
— Так мало прожила?
— Получается. До этого жила на улице Горького, — Алина пожала плечами и вновь запустила руку в сумку. — Документы на квартиру, записная книжка, кошелек, ключи от этой квартиры.
— Странно. Алина, а сколько комплектов ключей ты отдавала Людмиле?
— Один. Свой комплект ключей Вадим незадолго до переезда потерял, ты ведь знаешь, какой он рассеянный. О Санькином комплекте я как-то забыла.
— Замки Людмила поменять не успела, — рассуждала я. — Значит, эти ключи единственные?
— Да, — растерянно ответила Алина и оглянулась назад.
Я заговорила совсем тихо:
— Без кошелька и ключей она никуда не могла уйти. Она здесь, в квартире.
— Где? — резонно спросила Алина. — Мы все комнаты обошли. Ее нет.
— Туалет или ванная. Скорее — ванная. Мы звонили в дверь, она мылась. Мы зашли и испугали ее. Теперь она сидит там и клацает зубами. Ой, как неловко получилось.
— Сейчас все объясним, — Алина подскочила к двери в ванную и начала через дверь громко орать: — Людмила Ивановна, вы нас не бойтесь. Это я — Алина. Я пришла… Черт! За чем я пришла? — зашептала мне в ухо Алина.
— Принесла запасной комплект ключей, — подсказала я.
— Принесла запасной комплект ключей, — громко повторила за мной Алина. — Думала, вас нет. Хотела положить на стол. Вы меня слышите? Людмила Ивановна?
Никто не отвечал. Вода, кстати, тоже не журчала.
— Уснула, что ли? — Алина с недоумением посмотрела на меня.
— Алина, так орать, и чтоб человек не проснулся? Может, она не верит, что это ты? Покажись ей.
Алина осторожно приоткрыла дверь и засунула голову в ванную. Голова ее пробыла за дверью недолго, секунды две — от силы.
— Т-т-там, т-т-там, там… — почему-то стала заикаться Алина, высунувшись из ванной и спешно захлопнув за собой дверь.
Первое, что мне бросилось в глаза, это доверху наполненная бурой жидкостью ванна. Над поверхностью воды возвышались колени. Голова запрокинута и лежала на бортике ванны. Мокрые волосы частично покрывали обескровленное лицо. Никаких сомнений — вода была смешана с кровью. На полу валялись окровавленные маникюрные ножницы.
— Черт, похоже, она себе вены вскрыла. Алина, ты где?
Блинову я нашла в кухне перед раскрытой форточкой. Она глубоко дышала, пытаясь утихомирить свой разбушевавшийся желудок.
— Меня сейчас стошнит.
— Не здесь. Уходить надо.
— Ага, — не раздумывая, согласилась Алина и первая вылетела из кухни.
На столе лежали выложенные из сумки паспорт, документы на квартиру, записная книжка и ключи. Я поддалась искушению и стянула со стола записную книжку. Вдруг пригодится?
Закрывать квартиру на ключ Алина не стала — дверь захлопывалась автоматически.