Акулов рванул следом и сгреб жену в охапку, едва та успела выбежать в гостиную.
— Никуда ты не пойдешь! Я не позволю тебе! Оба не без греха, давай мириться. Да и идти тебе некуда. Ну в самом деле, Лин, хватит страдать фигней.
— Отпусти меня!
Она стала вырываться с гримасой жуткого омерзения на лице, будто ее не родной муж обнимал, а какой-то бомж.
Тимур отпустил, и тогда она выпалила:
— Поживу пока в гостинице. Как-нибудь справлюсь.
Да, Ангелина явно была настроена весьма решительно. Может, переборщил с претензиями? Только вот одно «но»: справляться обиженная женушка решила на его денежки.
— Я прямо сейчас заблокирую карту, которую тебе выдал. Много ты в гостинице проживешь за красивые глаза?
— Ты вообще-то алименты мне должен! — взвизгнула она.
Вот нахалка! Должен он, видите ли.
— Через суд, милая. Просто так ни копейки тебе не дам. И по улицам впустую таскать свою дочь не позволю, — прошипел он, скрестив руки на груди. — Ты остаешься дома, и точка!
Ангелина нервно сглотнула и проговорила сдавленным голосом:
— Но как ты себе это видишь?
— Очень просто, — пожал он плечами. — Ты стираешь из памяти ненужные кадры, и мы живем так, как жили.
Она замерла, видимо, обдумывая его предложение, а потом обиженным голосом простонала:
— Как жили уже не получится…
— А ты постарайся, — усмехнулся он. — Не самый плохой муж у тебя, милая. Живешь как у Христа за пазухой, я тебя не обижаю, пальцем за всё время ни разу не тронул. Отец я хороший, ни слова против не сказал за траты на дочку. Ребенка, кстати, пожалей. Куда ты с ней попрешься, а? Уходить она собралась. Ну смешно, ей богу!
И тут глаза жены всё-таки повлажнели. Она громко всхлипнула, и от этого ее всхлипа внутри у Тимура что-то надломилось, противно заныло. Но эмоций своих не показал, делано равнодушным тоном продолжил:
— Ой, вот только не надо мне этих дешевых манипуляций! Потом поревешь, у подружки в гостях. На меня эти приколы не действуют, ты знаешь. Ты хотела отметить со мной годовщину? Ок, крошка, давай отмечать!
— Я…
— Без «я». Быстро развернулась, пошла на кухню, принесла еду и накрыла в гостиной стол!
Ангелина не тронулась с места.
И тогда он подошел к ней, легко тряхнул за плечи и приказал громовым голосом:
— Про ситуацию в офисе мы забываем, ясно тебе? Чтобы ни слова про это не слышал. Иначе выставлю на улицу в чем есть. Марш на кухню ужин греть. Бегом, я сказал! А я прослежу.
Грубое внушение подействовало лучше всяких расшаркиваний.
Жена вдруг будто бы перезагрузилась, проглотила слезы и убежала на кухню.
Акулов сел за стол и стал ждать.
Через двадцать минут они уже устроились друг напротив друга. На столе красовался пресловутый гусь, точнее то, что от него осталось. Тимур с разочарованием заметил, что самых лакомых кусочков нет. Видно, их Ангелина уже отрезала для сюрприза в офисе.
Сюрприз получился что надо…
В груди шевельнулось чувство вины, но Тимур запил его бокалом вина. И тут приметил, что жена не съела ни кусочка.
— Ешь, я сказал! — Он с силой стукнул ладонью по столу.
С удовольствием наблюдал за тем, как Ангелина засунула в рот кусочек картошки.
— Вот молодец! Умница моя.
Глава 5
Курс на сближение
— Лин, да глотай уже, — прошипел он, зло посматривая на жену.
Та бесконечно долго жевала один и тот же кусочек проклятого гуся, при этом смотрела исключительно себе в тарелку. На Тимура ни разу так и не взглянула. А он, вообще-то, с ней тут разговаривать пытался!
Акулов уже минут десять как распинался на любимую тему супруги — планирование совместного отдыха. Она обожала совместные поездки, а у него вечно не хватало на них времени. Уже август на носу, а они еще ни разу на море не съездили.
— Я понимаю, что был очень занят последние месяцы, но я выделю для тебя и Веры пару недель. Мы можем забронировать отель в Сочи. Или где захочешь. Я даже на заграницу согласен, плевать на деньги. Если хочешь, три недели освобожу, месяц. Лин?
На последние слова жена отреагировала так же, как и на всю предыдущую речь — никак.
Ангелина его совсем не слушала, что ли? Или даже не слышит? Захотелось пару раз хлопнуть в ладони перед ее лицом, чтобы проверить слух.
Тимур уже приготовился снова взорваться, как вдруг в дверь позвонили.
Тут-то жена отмерла, из чего стало понятно: всё она слышала, просто реагировать нужным не посчитала.
Ангелина метнулась к двери, и вскоре из прихожей послышался голос соседки, писк дочки.
«Вовремя…» — прорычал про себя.
Он надеялся хоть как-то помириться с женой до возвращения дочери.
Но вот малышка Вера прошмыгнула в квартиру, и Ангелина ожила.
Тимур наблюдал за тем, как жена квохтала над дочерью. Переодеть, ужином накормить. Ах, она не хочет гуся с картошкой, давай, милая, я сварю тебе кашу. Как? Кашу тоже не хочешь? Вон какая она вкусная, с маслом. Может, яичко тебе отварить? На яичко Вера благосклонно согласилась.
«Зачем она ее так балует… Лучше бы села со мной рядом, поговорила!» — скрежетал зубами Тимур.
Но недовольство оставил при себе. Сидел в гостиной и будто бы читал на планшете новости. На самом деле в оба глаза следил за поведением жены.
С приходом дочери этот вечер стал похож на сотни предыдущих. Жизнь будто бы снова вошла в свою колею.
И Тимур выдохнул.
Дальше ванна для ребенка, звук пения жены из детской. Куда же Вере без песенки на ночь? Не было у них еще такой ночи, когда обошлись бы без песенки.
Акулов пошел в спальню и занял выжидательную позицию.
У него в арсенале имелось безотказное средство примирения с женой, которое годилось для любых разногласий. Секс, секс и еще раз секс. Этой ночью он покажет своей обиженной второй половине, как сильно ее любит, хочет, нуждается в ней. Ангелина обожала постельные баталии, всегда с готовностью отвечала на ласки. Пара-тройка страстных контактов, и она успокоится.
«На утро про секретаршу уже и не вспомнит!» — решил Тимур.
Он долго ждал. За время, которое провел в спальне, Ангелина могла триста раз уложить дочь, принять душ и прийти к нему.
Но ее не было!
Когда стрелка часов приблизилась к двенадцати, терпение Тимура лопнуло. Он откинул одеяло и как был в трусах, так и отправился на поиски супруги.
Нашел быстро — Ангелина лежала на диване в гостиной, почти с головой укрытая легким одеялом, которое крылось в недрах дивана исключительно для незваных гостей.
«Улеглась спать отдельно?!»
Такого в семье Акуловых еще не бывало.
Тимур направился прямиком к жене, собираясь подхватить ее на руки и унести в спальню, где ей и место. Однако когда подошел, Ангелина откинула одеяло и резко села. Оказывается, даже не разделась толком — оказалась в шелковом халатике поверх пеньюара.
— Так и знал, что не спишь! — Тимур встал возле дивана, уперев руки в боки.
— Что тебе нужно?
— Ты! — заявил без обиняков. — Почему тут улеглась? Я хочу тебя.
Ангелина округлила глаза до невозможности и тихо попросила:
— Не надо…
— Еще как надо!
Он попытался схватить ее за руку, но жена каким-то чудом увернулась, вскочила с дивана и юркнула мимо, понеслась прямиком в ванную.
Акулов ринулся следом, но жена успела закрыться.
— Ну что ты как маленькая? Давай поговорим, Лин! — застучал он в дверь.
— А ты разве не всё мне сказал? Я всё поняла с первого раза и никакого секса не хочу!
А потом он услышал звук льющейся воды. Зашла в душ? Или просто делает вид?
Тимур оперся о стену спиной и замер в ожидании. Жена всё не выходила. Ни через десять минут, ни через пятнадцать. И готов был поклясться, что со временем начал различать ее всхлипы.
«Опять рыдать надумала!» — зарычал про себя.
Чем дольше вслушивался в ее всхлипы, тем больше его корежило. Внутри всё сжималось от непривычной, непонятной боли.
Он и хотел бы как-то успокоить Ангелину, но что ей сказать?
Будет глупо, если он вдруг начнет извиняться. Тактика защиты так быстро не меняется, иначе это говорит лишь о слабости адвоката. А слабость свою Тимур Ангелине ни за что не покажет. Он ведь мужчина, глава семьи, в конце-то концов…
Но как бы ему так извернуться, чтобы Лина его простила? Что сделать?
Глава 6
Чего ждать, когда хочешь чуда?
— Лина! — услышала она бас мужа за дверью. — Открой, а?
А потом он громко постучал.
Ангелина вздрогнула, поежилась.
Открыть ему? Сейчас? Не-е-ет. Она попросту не могла этого сделать. Вдруг снова заявит о своих правах на ее тело? Да ее же стошнит, если он попытается к ней прикоснуться. И что тогда сделает Тимур?
Ей так больно, ей так плохо, а он собрался заняться с ней любовью? Как? Как ему даже в голову такое могло прийти?!
Она не боялась, что он разбудит своими стуками Веру. Если та заснула — ее и многоголосый хор не разбудит. Здоровый детский сон. Так что пусть благоверный стучит, сколько ему влезет. Ангелина из ванной не выйдет.
К счастью, через минуту муж угомонился.
«Надоело, наверное…» — с надеждой подумала Ангелина.
Она сидела прямо на коврике. Оглядывала свою гордость — ванную, которую, считай, сама придумала, сама создала, хоть и на деньги Тимура, конечно.
Золотисто-песочный кафель, большая ванна, которые Ангелина отыскала с большущей скидкой, шторка в цвет, вешалки в форме рыб… Каждая мелочь, каждая деталь здесь и в любой другой комнате была выбрана ею, найдена в интернете по самой выгодной цене, куплена, заказана, установлена под ее присмотром. Первые полгода семейной жизни она жила тем, что вила здесь уютное гнездышко. Потом роды, бессонные ночи. Тимур же совершенно не делал скидки на новое положение жены.
Как в том анекдоте, когда мамочка двоих детей просила: дайте полежать в ванне, можно даже воду не наливать, лишь бы хоть несколько минут никто не трогал.