Счастлив тиран, который умрет у себя дома своей смертью.
Не орошай мой прах слезой печали:
Ведь, будь я жив, ты был бы жив едва ли.
Это уже не событие, а всего лишь строка новостей.
Рождение Ленина было самым большим несчастьем России, а вторым по значению – его смерть.
Лишь очень немногие своей кончиной доставили столько радости столь многим.
Порой достаточно одному-единственному человеку закрыть глаза, чтобы у миллионов глаза открылись.
Я бы не поверил, что Гитлер умер, даже если бы услышал это от него самого.
Смерть тирана кладет конец его могуществу; смерть святого кладет начало его могуществу.
Он жил слишком мало, чтобы доказать свою неспособность быть президентом.
Господин Президент, Президент умер.
Правители смертны – государство вечно.
См. также «Правительство»
Государство есть совокупность граждан, достаточная для самодовлеющего существования.
Государство есть некая совокупность объединившихся частных домов и сильно лишь в том случае, если преуспевают его граждане – каждый в отдельности.
Тот, кто в силу своей природы (…) живет вне государства, (…) либо животное, либо божество.
Государство есть то человеческое сообщество, которое (…) претендует (с успехом) на монополию легитимного физического насилия.
Государство есть машина для угнетения одного класса другим.
Государства – самые холодные из чудовищ.
Государство существует не для того, чтобы превращать земную жизнь в рай, а для того, чтобы помешать ей окончательно превратиться в ад.
Инструменты, которыми располагает государство, слишком велики для небольших задач и слишком малы для больших.
Если государство могущественно, оно нас расплющивает. Если государство слабо, мы погибли.
Где существует тиран, там не просто дурное государство, а вообще не существует никакого государства.
Чем более растягивается связь общественная, тем более она слабеет; и вообще государство малое относительно сильнее большого.
Есть два признака благополучия государства: богатство и доверие к государству.
Государства – это большие машины, которые движутся медленно.
Маленькие машины работают лучше больших, потому что в последних сильнее трение. Так же и относительно государств.
Государственный корабль – единственный, который дает течь на самом верху.
Как в человеке, так и в государстве, тяжелее всего болезнь, начинающаяся с головы.
Внутренние распри в государстве возникают не по причине мелочей, но из мелочей.
Государство в государстве.
Два всадника, сидя на одном коне, дерутся друг с другом – прекрасная аллегория государственного устройства!
Государственная политика – одноглазый циклоп, и единственный глаз у него на затылке!
Всякое государство (…) есть народное достояние.
Внешняя правда – Государству, внутренняя правда – Земле.
Пока есть государство, нет свободы. Когда будет свобода, не будет государства.
Как носители власти до сих пор смешивают у нас себя с государством, так большинство тех, кто боролся и борется с ними, смешивали и смешивают государство с носителями власти.
Заполняя налоговую декларацию, не забудь в графе «Иждивенцы» написать «государство».
Государство пухло, а народ хирел.
Государство получило технические возможности, до которых оно не доросло ни нравственно, ни интеллектуально, – и экспериментирует с ними, как режиссеры на заре немого кино.
Государство – это я.
Мы – не собрание усталых людей, мы – государство.
Государство – это мы.
Государство – это не я!
См. также «Единоличная власть»; «Монархи»
Нет более жалкого государства, чем управляемое тиранически, и более благополучного, чем то, в котором правят цари.
Чем меньше полномочий у царской власти, тем она долговечнее.
Истинные цари боятся за подданных, а тираны – подданных.
Абсолютная монархия есть самая совершенная форма правления, если бы не случайности рождения.
Монархия – лучший из худших видов правления.
Царствуй, но не управляй.
Монархия погибает, когда государь, относя все единственно к себе, сводит государство к своей столице, столицу к своему двору, а свой двор – к своей особе.
Королевский двор можно определить как компанию прекрасно воспитанных, изысканно одетых попрошаек.
«Как вам нравится это торжество?» – «Очень хорошо, Ваше Величество, жаль только, что недостает сегодня 300 тысяч людей, которые сложили свои головы, чтобы сделать подобные церемонии невозможными».
Трон – всего лишь кресло, обитое бархатом.