Вы всегда можете услышать правду от американского политика, если он уже перешагнул семидесятилетний рубеж или оставил надежду стать президентом.
Если бы я все знал… или все говорил…
Я думаю, мы должны говорить правду или хотя бы говорить то, что мы думаем.
См. также «Цели и средства»
Этика состоит из политической этики, коммерческой этики, церковной этики, и этики.
В политике приходится делать много такого, чего не следует делать.
МОРАЛЬНЫЕ ПОБЕДЫ НЕ В СЧЕТ.
Добродетель – выгодна.
Те, кто хочет разделить политику и мораль, никогда не поймут по-настоящему ни того, ни другого.
Государственные мужи повинуются велениям разума. Простые люди повинуются правилам порядочности.
Какими подлецами мы были бы, если бы делали для себя то, что готовы делать для Италии!
Когда человеку действительно стыдно того, что он сделал, он говорит, что это было его долгом.
Из чувства долга люди позволяют себе делать то, что никогда не решились бы сделать из удовольствия.
Не доверяйте первому побуждению – оно почти всегда благородно.
Для тирана и для могущественного города, господствующего над другими городами, все, что выгодно, то и разумно.
Чтобы зайти очень высоко, нужно опуститься очень низко.
Пороки архиепископа вполне могут быть добродетелями главы партии.
В наше время даже порядочный человек – если, конечно, он этого не афиширует, – может приобрести хорошую репутацию.
Россия сумеет отличить кровь на руках палачей от крови на руках добросовестных врачей.
Ничто так не нуждается в нравственности, как политика, и никто так не ненавидит политику, как нравственные люди.
В Англии, если человек не может по крайней мере два раза в неделю разглагольствовать о нравственности перед обширной и вполне безнравственной аудиторией, политическое поприще для него закрыто. В смысле профессии ему остается только ботаника или церковь.
Никогда не делай того, против чего восстает твое окружение и твоя совесть. Найми для этого кого-нибудь другого.
Никсон – это политик с нравственностью частного детектива.
Политическое решение требует морального прикрытия. Аморальное решение требует политического прикрытия.
Достоинство государя не терпит, когда он нарушает устав благонравия: как люди ни развратны, но внутренно не могут уважать развратных.
Это хуже, чем преступление, – это ошибка.
Я воюю с живыми, а не с мертвыми.
Ничто не рождает большей зависти, чем справедливость, ибо ей обычно сопутствует и могущество, и огромное доверие у народа. Справедливых не только уважают, но любят их, верят им, тогда как к храбрым и мудрым питают либо страх, либо недоверие. (…) Именно по этой причине и враждовали с Катоном [Младшим] все видные люди Рима.
Меня называют святым, которого погубила политика. На самом же деле я политик, который делает все возможное, чтобы стать святым.
Малые грехи становятся большими, если их совершают большие люди.
Совестливость и величие всегда были несочетаемы.
Чем совесть чище, тем выше ее продажная цена.
Совесть служит ему не руководителем, а сообщником.
Воровать-то, пожалуйста, воруйте, но совесть элементарную иметь надо.
Одиннадцатая заповедь: не попадайся!
Мы, конечно, все, что можно со своей стороны, делаем, но не все мы можем. То есть мы можем, но совесть нам не позволяет.
Тот, кто решил достичь успеха в политике, должен держать свою совесть под строгим контролем.
На долю ученых, которые становятся политиками, выпадает обыкновенно комическая роль быть чистой совестью политики.
Птица сомнительной нравственности.
Политика во все времена сохраняла злоупотребления, на которые жаловалось правосудие.
Политика аморальна. Вот почему многие ею интересуются.
См. также «Имидж»
[Совет государственному мужу]: Спеши развить и украсить собственный характер, затем что тебе предстоит жить, словно в театре, на глазах у зрителей.
Цари – те же актеры с тем отличием, что в театре мещане и разночинцы играют царей, а во дворцах цари – мещан и разночинцев.
Как вам кажется, хорошо ли я сыграл комедию своей жизни?
Какой артист погибает!
Бывают минуты, когда я просто не могу понять, как могут неактеры делать эту работу.
Это наша ошибка. Нам следовало дать ему роль получше.
Отыграв свою роль, актеры сходят со сцены. В театре.
Старые политики, как старые актеры, оживают при свете рампы.
Посадите его в первый ряд, и он будет аплодировать чему угодно.
Роли шутов лучше всего удаются бывшим королям.