— Все здесь?
— Вроде да.
— Вот только я не болел.
— Как не болел? Ты же сам сказал, что тебе нездоровится.
— Это было по другой причине и инфекция здесь ни при чём.
— Я думал, ты первый заболел.
— Я вообще не болел этой заразой.
С подозрением посмотрел на него. Чего это он вдруг стал выспрашивать? В это время дверь медсекции открылась, и вышел медик. Он осмотрел всех, после чего сказал, что будет вызывать по одному. Я думал, он меня вызовет одним из первых. У меня фамилия начиналась на букву «А», но он вызвал меня последним, и я устал ждать и нервничать. Впрочем, вернувшийся Ники рассказал, что это обычная проверка после болезни и в капсулу его медик не укладывал. После чего я стал спокойно дожидаться своей очереди.
— Присаживайся, — сказал медик, когда я зашёл внутрь и стал осматриваться. Вообще, судя по количеству пассажиров на борту, медсекция должна быть гораздо больше или их должно быть несколько на борту. Впрочем, по непонятным причинам аварцы никогда не делали много медсекций на таких кораблях. Здесь она стандартна, на двадцать капсул.
— Садись, что стоишь? — и он показал на стул рядом с его столом.
— Отвык я от кораблей, — и сел, куда он показал.
— Долго служил в полиции?
— Не очень.
Он снова навёл на меня непонятный прибор, в этот раз полученный результат его явно устроил.
— Отлично. Здоров.
— Жалобы по здоровью есть?
— Нет.
— Как нейросеть работает? Не сбоит?
— Не сбоит, всё в порядке.
— Ты сказал, тебе имплант установили? Что за имплант?
— Регенерации.
Не стал ему говорить, что я установил себе ещё два: на силу и ловкость.
— Новый?
— Нет.
— Понятно теперь, почему не было высыпания. Что у тебя по базам?
— Что было установлено на флоте, то и осталось, за исключением полицейской базы. Думаю, она вас не интересует.
— Эта точно не интересует.
— Больше никаких баз не устанавливал?
— Нет. С кредами были проблемы.
— А на имплант, значит, кредов нашёл?
— Это подарок.
— Везёт же некоторым. Флотские базы обновлял?
— Нет. Не было необходимости.
— С кем ты на борту общаешься?
— Да с кем и раньше, Ники и всё.
— Давно знакомы?
— Полгода где-то.
— А из экипажа нашего корабля кого знаешь?
— Вас и старшего сержанта.
— И больше никого?
— Нет.
— А кто тебе рассказал про колонистов?
— Не понимаю, о каких колонистах речь? Старший сержант меня тоже спрашивал о них и даже отжиматься заставлял.
— А ты ничего об этом не знаешь?
— Слышал краем уха в кают-компании болтали, но так это или нет — не знаю.
— А кто болтал?
— А я их не знаю.
— Это плохо.
— А что это правда?
— Нет, конечно. Кто-то специально такие слухи по кораблю распространяет.
— Да поболтают и перестанут. Какая проблема?
— Ну, не скажи. Ладно, иди к себе в каюту.
Облегчённо выдохнул, когда вышел в коридор. Надо же, и здесь медик и СБ в одном лице. Как мне это рейдер напоминает. Как-то они чересчур остро на это реагируют. Знали бы они, что у меня и запись есть, всё оставшееся время полёта непрерывно отжимался. Видимо, не один скелет стоит у капитана этого корабля в шкафу. Только через неделю полёта выпустили всех новеньких из карантина. Оказалось, что, в отличие от нас, их собрали со всех ближайших систем и служили они по-разному, а не как мы, все в полиции. От нас они практически ничем не отличались — так же, как и мы, раньше были списаны с флота из-за различных ранений.
Ники откровенно набивался мне в друзья. В целом я был не против, но он стал осторожно выяснять, не знаю ли я кого-то из местного экипажа, и я понял, что моя версия с тем, что это я услышал от кого-то в кают-компании, дока не устроила. Тогда я решил сделать ход конём. Когда собрались почти все в кают-компании на обед, отправил на нейросеть Мерфи запись эвакуацией колонистов и с подписью вроде как от Линни. Они сидели рядом. Получив запись, Мерфи удивленно посмотрел на Линни и что-то спросил у того. Тот явно удивился вопросу. После чего Мерфи отправил запись ему. Это не прошло незамеченным со стороны Жэрди. Он также поинтересовался, что за запись и, как я понял, получил её. После чего все соседи у них за столом получили эту запись.
Собственно, на такой эффект я и рассчитывал. Не успел я дойти до своей каюты, когда поступил приказ явиться в кают-компанию. В кают-компании находились практически все, кто был раньше. Последние из покинувших её возвращались обратно. У входа теперь стояли медик и старший сержант. Поначалу у меня появилось подозрение, что собирают всех, чтобы объявить нам наше будущее, но всё оказалось гораздо прозаичнее. Старший сержант назвал всех, кто сидел за одним столом с Мерфи, после чего отправил их всех к первому помощнику капитана. Остальные же приняли упор лежа и начали делать двадцать отжиманий. После чего медик отобрал пятерых, меня в том числе, и забрал их с собой. Остальные продолжили отжимания. Четверых он оставил в коридоре, пригласив только меня в кабинет.
Глава 4
— Блез, у нас проблемы, — сказал он, как только я устроился на стуле.
— Док, вы заболели?
— Сейчас я не Док, а служба безопасности флота.
— С повышением вас, Док.
— Хватит, Блез! Я знаю, что именно ты отправил Мерфи запись.
— Запись? Док, вы точно не заболели? Проверьте себя вон этой штукой.
— Я здоров. Меня интересует, откуда у тебя эта запись?
— Док, я не понимаю, о какой записи вы говорите. Никаких записей никому я не отправлял.
— Блез, ты можешь корчить из себя тупого сколько угодно, но я тебе всё равно не верю. Именно ты решил подставить Мерфи из-за вашего конфликта.
— Глупо отрицать, что я не питаю добрых чувств к Мерфи, и с удовольствием сделал бы ему гадость. Боюсь, здесь мимо, Док. Я никаких записей ему не отправлял.
— А я думаю, это сделал ты. Откуда у тебя эта запись?
— Ещё раз повторяю, я не знаю, о какой записи идёт речь.
— Мне известно, что ты знаком с Торадо.
— А кто это?
— Твой приятель, вы служили вместе на линкоре.
— Док, я не помню никого, с кем служил на линкоре. Никакого Торадо я не знаю.
— Как не знаешь, а вот он тебя прекрасно помнит?
— Может, он и помнит, а я не знаю, кто это.
— Да ладно тебе, Блез. Я знаю, что он сам связался с тобой, это всё есть у искина.
— Док, со мной никто не связывался, это какая-то ошибка.
— Да нет, ошибкой было отправлять запись Мерфи, здесь ты прокололся. Он тебе передал или ты сам скачал?
— Ещё раз повторяю, я не знаю никакого Торадо, никогда не общался с ним и никаких записей от него не получал.
— Зря ты упрямишься, Блез. Это всё выяснить совсем несложно. Все данные сохраняются у искина и скоро будут у меня.
— Проверяйте, я ни в чём не виновен, никаких записей не получал и не отправлял.
— Зря, добровольное признание может смягчить твою участь.
— Док, мне не в чем признаваться.
— Знаешь, я не понимаю, зачем ты это сделал, что так невтерпёж было подставить Мерфи?
— Док, мне это надоело, я требую присутствия адвоката.
— Здесь не полиция, а ты не на гражданке. Умные все стали. Получишь адвоката, но только когда прилетим на базу, а пока ответь на один вопрос.
— Какой?
— Что между тобой и Мерфи произошло? За что ты их избил?
— Всё было с точностью наоборот.
— Они тебя избили?
— Мне в капсуле потом полицейский медик челюсть долго собирала.
— И что им за это было?
— Официально ничего, судья признала их пострадавшими.
— Значит, драку ты начал?
— Я попытался вернуть свой нож. Этот Мерфи — вор и украл его у меня.
— Ваша драка произошла из-за ножа?
— Да, и судья мне нож не вернула, к тому же запретила нам встречаться. Вы, кстати, нарушаете решение суда, держа нас на вместе.
— Это я как-нибудь переживу, а какие последствия для Мерфи были?
— Никаких. Они не получили компенсации, о которых просили, — после чего вспомнил про подарки, что неофициально обрушили на эту троицу Зари с Риной, и улыбнулся. Сам я совершенно случайно узнал об этом. Со мной этой троице сильно не повезло.
— А теперь объясни мне, как ты оказался на смертельных поединках, служа в полиции? Зверский красавчик? Отрицать бесполезно, видел я твои поединки.
— Уже и об этом настучали. Боюсь, я ничем вам не могу помочь. Дело засекречено. Направьте официальный запрос от СБ флота и получите официальный ответ.
— А ты что можешь рассказать?
— Ничего. Всё, что касается этого дела, засекречено.
— А где ты так научился драться?
— Не помню, наверно, базу разучил ещё на линкоре.
— А, по-моему, ты мне всё врёшь.
— Я требую адвоката в соответствии с пунктом 43 частью 5 Устава флота.
— Ладно, секретный ты наш, можешь идти. Думаю, как только искин закончит анализ, мы увидимся снова, и пригласи сюда одного из четверых.
— Заходи, — сказал ближайшему к двери, когда вышел из медсекции.
— Что он хотел? — спросил один из оставшихся в коридоре.
— Запись их какая-то интересует. Не знаю, что за запись.
— Запись? — переспросил он задумчиво, а я прошёл мимо них и отправился в каюту.
Сам я думал о том, сколько он обо мне успел нарыть, и как быстро ему слили всё, что знали обо мне. Интересно, что не так с этой записью? Чего они задергались? Впрочем, основной сюрприз ждал меня в каюте. У меня пропали планшеты из рюкзака. Я сразу же написал заявление о краже искину. После чего через некоторое время искин прислал ответ, что планшеты изъяты службой безопасности для изучения. На что получил повторное заявление в краже, так как изъятие должно было проходить при мне, а это кража. За планшеты я не переживал. Вскрыть их у него не получится. Вся информация на них сама удалится. После чего всё стихло.
На следующий день Ники мне рассказал, что Мерфи и компанию заперли в карцере на три дня. Впрочем, это не помешало им распространить запись, потому что даже мне на нейросеть пришла эта же запись от неизвестного пользователя. Сам я сильно подозревал, что это такая подстава от СБ, но ничего не стал предпринимать. В тот же день мои планшеты появились у меня в рюкзаке. Судя по тому, что все три планшета были девственно чистыми, взломать их у Дока не получилось. Одновременно на всех трёх планшетах я обнаружил примитивную программу слежения. У меня появилась мысль немного переделать программу, чтобы она отправляла Доку одни неприличные картинки, но решил не нарываться лишний раз. Местные на корабле и так ходили злыми.