Собственно их и не осталось. В конце концов Эльдар просто с наслаждением упал в сугроб глядя на невозможно звёздное небо. Когда замёрз, отправился домой и вырубился на жёсткой постели.
Так он провёл два дня. Приводил дом в порядок. Неизвестно в каком состоянии он явится сюда в следующий раз. Кому-то дом этот показался бы хибарой, но король любил его. Тут они с братом провели, наверное, самые счастливые дни детства. Мар научил его всему: рубить дрова и забивать гвозди, ловить рыбу и готовить.
Счастливые дни. Жаль, что случались они так редко… Эльдар любил само это место. Суровые горы поросшие лесом особенно. Садился, укрывшись меховым плащом, и слушал мир. Всех живых существ, что бегали, летали и сновали вокруг. Они жили, выживали, рождались и умирали. Это было естественно и нормально. Никому из них не приходилось выгрызать себе право просто дышать. Или убивать себе подобных без причины. Такое встречается только у людей.
Глава 5
Король вернулся на положенное ему место через два дня и начал разгребать то, что накопилось за почти что неделю "отсутствия". Брат очень помогал. Морально, в первую очередь. Ребёнка Эльдар не видел, не слышал. Заботу о нём взяли на себя сёстры Гарнарские, а значит, огромный кусок забот отвалился. Им можно доверять, как себе.
Жизнь налаживалась. Он снова чувствовал себя в силах справляться. И даже не удивился, когда ещё через неделю Мар сказал, что им пора возвращаться домой. Понятно, что у них с женой свои дела, заботы. Две недели, отданные ему, были очень важны. Он благодарен, и ценит это. Так и сказал обоим супругам. Альтея потрепала его по щеке, как грустного щенка, и несколько язвительно выдала:
— Не печалься, братец! Мы скоро снова навестим тебя и Арви. А пока… Ты же не будешь против, если Эни останется и поможет тебе с ним?..
Невестка хитро уставилась на него, а он испытал головокружительное облегчение. Плевать, что она видит!.. Средняя Гарнарская, конечно, стерва, но она прекрасно сумеет позаботиться о быте и безопасности сына. Какое счастье, что хотя бы об этом у него не будет болеть голова!
Альтея понимающе подмигнула ему, поцеловала в щёку и отбыла домой в сопровождении мужа и младшей сестры. Мар обнял его на прощание, ободряя.
Поддержка брата и невестки была более, чем к месту. В его "хозяйстве" творился форменный кошмар. Особенно это касалось внешней политики. То, как Альтея отстояла право своё и Гарнара на самоопределение почти год назад, сильно ударило по престижу и безопасности Дормера. Соседи снова посчитали Эльдара слабым правителем и пытались "урвать" то, что считали своим. В любом из смыслов.
Пока, слава богам, до войны не дошло. Но интриги и недомолвки говорили о том, что она вероятна. Было просто жизненно необходимо держать руку на пульсе и не позволить соседям составить коалицию против них.
Альтея нашла время и, со смешком сообщила ему, что ей писали, и не единожды, лабрийцы и насгары, с которыми граничит Гарнар, и предложили, так сказать, поменять "покровителя". Упирая на то, что Дормер слаб. Условия предлагали волшебные.
Эльдар настороженно спросил:
— А ты? И как они представляют себе это, исходя из того, что ты связана с моим братом?
Альтея легко рассмеялась:
— Они достаточно искушены, и понимают, что наша связь работает в обе стороны. Да, я зависима от Адельмара, но и он от меня. А ты, уж прости за откровенность, от него… Они знают, что ради брата ты пойдёшь на что угодно. Стерпишь даже отделение Гарнара и превращение его в полностью самостоятельное государство. А я ведь могу захотеть отомстить за всё, что было… Тем более, что физически это ничем не грозило бы моей паре. Разве что некоторыми моральными страданиями! Всего-то!
Княгиня Гарнара поцеловала в щёку ту самую пару. У которой, к слову сказать, сидела сейчас на коленях. Мар с каменной рожей обнимал супругу и никак не реагировал на возможные коварные планы жены. Разве что, жмурился от удовольствия, когда она целовала или поглаживала его голову и плечи.
Эльдар уже и реагировать перестал на подобное поведение брата и невестки. Им будто физически трудно было друг без друга. Начинали беспокоиться, искать глазами, а найдя, стремились прикоснуться. Хотя бы за руку взять. С родными так и вовсе не церемонились. Альтея забиралась на колени к супругу. А чаще он сам подхватывал и усаживал её. С таким вот каменным лицом. Что свидетельствовало миру: "Дела мне нет, что вы думаете о нас".
Что ж, оба заслужили счастье. Не знает он более цельных натур, чем они. Несмотря на всю кажущуюся неверность и непредсказуемость эльфов, Эльдар доверял Альтее и, кажется, начинал понимать её. Во всяком случае, зачем-то же она рассказала ему это?
Король расслабился. Уселся в кресле удобнее:
— Ну? И что решила моя хитроумная и коварная невестка?
Альтея в ответ только жмурила свои прекрасные глаза:
— Пока ничего…
Мар легонько ущипнул её за… Будем считать спину. Она ойкнула и расхохоталась:
— Ну, я же и говорю, что ничего не решила! Что я дура что-ли отказывать сразу! Пусть прыгают, стараются, отвлекаются и надеются. А главное, рассказывают побольше о том, кто и как готов "помогать" Гарнару отомстить за былое!
Мар с сомнением сморщил нос. Альтея поцеловала этот самый нос:
— Ты, мой милый, слишком уж прямолинеен и чистоплотен. И твои друзья позволяют тебе. Как и заблуждение, что можно обойтись без всего "этого"! — хмыкнула. — На мой взгляд, совершенно зря. Тебе стоит понять, что если этого не делаешь ты, то делает за тебя кто-то другой. Те же Дарбор или Васкин. Или наш Лариди. Они дают понять заинтересованным, что ты в курсе игры. Пока ты держишь такое вот лицо кирпичом, это прокатывает. Но если, не дайте боги, ты откроешь рот и заявишь о своих принципах, ты поставишь под удар себя и своих советников… Лучше уж отрицай всё и рассказывай о любви к брату и Дормеру. Тогда тебя посчитают достойным игроком: коварным и беспринципным!
Альтея ткнула мужа в бок, приглашая его разделить веселье и хорошую шутку. Мар, однако, нахмурился. Эльдар усмехнулся. Он понимал её. Альтея закатила глаза:
— Что же делать, милый, если это так работает? Иногда нужно не сносить людям головы, а думать своей. Да, что угодно, чтобы избежать войны и проблем!
Мар нахмурился сильнее. Эльдар не выдержал:
— Да брось ты, Мар! Сам же творил то же самое при дворе Дормера. Как ловко вы с Марвином обошли всех и усадили мою задницу на трон! Можно сказать, проскочили между струями. И не дождя даже, а огня!
Мар ответил, наконец:
— Я не наивный идиот. Мне не нравится, что она, — кивнул он на жену, — вынуждена заниматься подобным непотребством!
Альтея расцвела, словно супруг признался ей в любви. Хотя, может быть, и да. Что такое любовь, как не желание защищать и оберегать? Она прильнула к мужу и прошептала доверительно, безо всяких игр уже:
— Ну, что ты? Меня учили такому всю жизнь. И оно не пачкает, ничуть. Ничто, на самом деле, не может запачкать, если внутри ты чист…
Странная этика эльфов. Хотя, что-то есть в ней такое. Альтея продолжила свой монолог. Эльдар вслушивался и запоминал дословно, чтобы осмыслить потом. Она иногда "воспитывала" их так. Выдавала некие взгляды и догмы мировосприятия сидхе, которые могли, с её точки зрения, помочь им обоим воспринимать себя или действительность цельно. Вот и сейчас она "учила" королей: настоящего и будущего. А у кого учиться, как не у мудрости королей, что правили этой землёй до них? Мудро правили, без тотальных войн и уничтожения разумных!
Нежно и гипнотически звучал голос эльфийки. И они верили ей. Она сама жила так, и весь её народ:
— Ничто не может запачкать, если ты чист. Ничто не может сломать, если ты знаешь, что стоишь за правду. Никакая цена не будет чрезмерной за то, что действительно важно… А важна верность. Себе. Тем, кого любишь, кто доверяет тебе. Мы всегда верны своим. Безоговорочно. Вы видели это сами, дормерцы, и не раз. И раз уж вышло так, что вы стали "моими", то неужели вы думаете, я передам вас?.. Может быть, это в логике Дормера. Но не в логике сидхе. Мы текучи и быстры, как вода, непостоянны, как пламя. Но слово наше нерушимо. Это знают все…
Последние слова Альтея прошептала, кажется только для мужа, глядя прямо ему в глаза:
— Что мы скрываем, за всеми шутками и мишурой?.. Свою верность. Мы верны "своим" даже за последним порогом. И нет такого, на что не пошли бы мы, ради тех, кого любим…
После той сцены Эльдар напился. Чтобы забыть "лик любви", что снова увидел благодаря брату и эльфийке. Разве можно быть настолько открытым и преданным кому-то? Чтобы целый мир, твой мир, был в глазах другого? Он никогда не хотел подобного, не мечтал даже. Тогда почему так больно? Словно сама душа болит?
Он всегда был рационален. Никогда ни к кому не испытывал всех этих "соплей". Кроме брата, конечно. Мар заслужил его верность ещё в детстве тем, как свирепо и преданно защищал его от всего мира. Не было в нём никакого расчёта. И не могло быть. Незаконному сыну короля только на пользу пошло, если бы младший брат умер.
Он получил бы престол, власть. Всё, чего хотят все. Проблема в том, что Мар не хотел. Он любил маленького Дири и делал всё, чтобы тот выжил. Он и растил его, практически, сам. После первого же покушения на младенца, он забрал его к себе в комнаты. Там они и жили вместе, пока Эльдар не вырос настолько, что мог защитить себя. И пока брат, и Марвин, не вытравили практически всех, кто мог бы посягнуть на маленького принца.
Наследник всему учился от брата. Он научил его не только колоть дрова и разбираться в интригах. Он показал ему, как выглядит смерть. Дири был совсем мал, когда, услышав странный шорох и войдя в гостиную ночью, увидел, как брат укладывает на пол двоих. Мар сказал тогда, что это гости. Они утомились и прилегли отдохнуть.
Принц кивнул и спокойно отправился спать. А чего суетиться? Люди те не могли причинить вреда ни ему, ни брату потому, что были безвозвратно мертвы: у них отсутствовала аура. А брат позаботится об остальном. Жизнь во дворце научила мальчика философски относиться к подобным вещам… И он относительно спокойно пережил то, что сам убил в одиннадцать. Наёмника, что напал на него в собственной комнате. А потом он нашёл того, кто предал и впустил убийцу к ним в покои, и сдал его брату. Того человека он не видел больше.