Мы сделали по глотку, и я тяжело вздохнула:
— Как думаешь, сегодня с нами случились все неприятности мира, или еще что-то осталось?
— Осталось самое главное, — Даня облокотился на стойку, явно рассчитывая на поцелуй. — Это мы. Поэтому давай забудем обо всем и проведем здесь несколько незабываемых дней?
Он нежно поцеловал меня.
— Но мы не сделали с тобой самое главное… — чтобы скрыть вот-вот готовые появиться слезы, я прикусила губу.
Даня улыбнулся и дотронулся до моей щеки:
— Мы с тобою вдвоем, и это самое главное. Или ты предпочла бы быть в другом месте с кем-то еще? — его глаза предостерегающе сузились.
— Ну что за ерунда!
Опять он ребячится! Я развернулась и пошла к камину.
В это самое время раздался щелчок, и в доме стало темно. Я замерла, пытаясь сообразить, что произошло, и услышала тихий Данин смех.
Еще спустя мгновение рация зашумела, и сквозь посторонние звуки прорвался голос смотрителя:
— Прием, прием! Даниил, вы слышите меня? Свет отключили во всем районе. Электрики пока не знают причину, возможно, обрыв линии. У нас это все не быстро. Так что… Это… Не волнуйтесь… В столе на кухне есть свечи.
Воцарилась тишина.
У меня уже не осталось сил, чтобы переживать. Я прикрыла глаза и потерла виски.
Даня включил на телефоне фонарик и нашел в столе несколько упаковок свечей и спички. Скоро дом озарился теплым светом десятка свечей. Даня расставил их по всем комнатам, отчего обстановка стала очень романтичной.
— Я думаю, тебе тоже стоит переодеться, — ласково сказал он, снимая с моих плеч так хорошо согревавшую меня шубу.
— Я не могу, — удерживая его руку, сказала я.
— Почему?
— Потому что тогда я испорчу подарок тебе, — под его взглядом я опустила глаза.
Даня нежно взял меня за подбородок и поднял мою голову.
— Тогда, я думаю, самое время дарить подарки…
Он склонился и поцеловал меня долгим, приглашающим поцелуем.
На краешке моего сознания еще крутились мысли по поводу испорченной свадьбы, реакции гостей и близких, но все они исчезли, как только Даня притянул меня к себе, лаская нежными поцелуями мою шею.
Он повернул меня спиной к себе и терпеливо расстегнул все застежки на платье. Скользнув руками по моим плечам, отправил его на пол.
Вдруг он остановился, и я медленно повернулась, чтобы понять, что случилось.
Даня в полном стопоре смотрел на меня, не отрываясь.
Лена была права: он сойдет с ума, увидев меня в этом белье.
— И все это время на тебе было одето … это? — наконец хрипло проговорил он.
Я залилась румянцем, хорошо в свете свечей это было не так заметно.
— Угу…
— Элька… — Даня сделал шаг ко мне, но я отступила назад.
«Подарок» еще не подарен.
Я спустила с плеча бретель, увлекая вниз тонкое кружево ручной работы. Даня, не моргая, замер.
Я не раз видела в кино, как девушки, соблазняя мужчин, изящно раздеваются, но сама подобным никогда не занималась, и проделать это оказалось не так-то просто. И все же мой не избалованный подобным мужчина, кажется, был в восторге.
Когда и так едва прикрывающее меня белье оказалось на полу, он нервно сглотнул.
На цыпочках я сделала шаг к нему и, потянувшись, расстегнула пуговицу на джинсах. Даня порывисто вдохнул, но выдохнуть, кажется, забыл.
— Я так понимаю: трогать тебя нельзя… — немного разочарованно прошептал он.
— Все правильно, — ответила так же тихо. — Только смотреть…
То, как плескались в его глазах страсть и желание, сдерживаемые неимоверным усилием воли, только сильнее возбуждало меня. С ним мне хотелось быть смелее, быть самой собой. Сейчас все, что я делала казалось простым и забавным.
Сняв с Дани всю одежду, я взяла его за руку и повела к постели.
Сегодня мне хотелось во всем вести его, и это оказалось чертовски приятно и безумно возбуждающе! Даня был удивительно послушным и податливым. Отойдя от первого шока, вызванного моим смелым поведением, он вкрутился в игру и выполнил все идеально.
Копившееся и доведенное до максимума напряжение взорвалось в нас одновременной разрядкой. Я слышала свое имя, произнесенное много раз хрипло и с любовью, я слышала его стоны и бешеный стук его сердца… Я чувствовала легкость и негу.
— Ты самая прекрасная девушка на свете, и ты моя, — прошептал мне на ухо Даня, прижимая к себе.
— Если рассуждать официальными категориями, то я все еще совершенно свободна… — лениво ввернула я очевидное.
— Элька! — с угрозой в голосе почти прорычал Даня. — Я тебя за твой язычок когда-нибудь так накажу…
Я тихо засмеялась. Меня наконец-то начали отпускать неурядицы сегодняшнего дня.
— Как думаешь, я рано сдалась?
— Думаю, что несмотря на то, что давно знаю тебя, ты все равно находишь способ удивить меня.
Я провела пальцем по его губам и, завернувшись в одеяло, села на него верхом. — Сколько же ты денег потратил на нашу горе-свадьбу?
Даня приподнялся на подушках и усадил меня поудобнее.
— Лучше тебе не знать…
— Что?..
— Иначе ты сочтешь меня транжирой и разорителем семейного бюджета, — он улыбался, лаская под одеялом мои бедра.
— Я и так считаю тебя транжирой!
— Я хочу тратить на тебя все деньги, которые у меня есть.
— Мне столько не нужно.
— Какое счастье! Мне досталась кристально некорыстная жена!
— Я еще не твоя жена, — ради его выражения лица я готова была еще сотню раз произносить нечто похожее.
— Все, Данилова, доигралась!
Даня скинул меня с себя и прижав всем своим весом, заставил забыть обо всем на свете, тая от его ласк и поцелуев.
Эпилог
Счастье не может быть вечным.
Но каждый счастливый миг приближает нас к Вечности…
Эля проснулась, когда солнце уже заливало всю комнату теплым и ярким светом.
По всему ее телу разливалась приятная усталость, а от воспоминаний прошлой ночи мурашки пробежали вдоль позвоночника.
Она повернулась и увидела безмятежно спящего Даню. Поборов в себе сильное желание поцеловать его, она с наслаждением рассматривала красивое любимое лицо: высокий лоб, неприлично длинные для парня ресницы, острые скулы, волевой подбородок, непослушную светлую челку…
Она была влюблена! Даже сейчас, спустя столько лет и событий — ее сердце стучало как после их первого поцелуя.
Больше терпеть сил не было. Она потянулась и дотронулась до его мягких, пахнущих утром, губ.
Не открывая глаз, Даня ответил на ее поцелуй и тут же обнял, притянув к себе.
— Доброе утро, любимая, — хриплым голосом сказал он.
— Доброе утро, любимый, — ответила она.
И эти слова прозвучали для них обоих как самые красивые звуки на свете.
— Я хочу тебя, — шепнул он в ее нетерпеливые губы.
— И я тебя…
Он улыбался, потому что эта сладкая, пахнущая летом девочка была рядом. Они встречали так уже шестой день, и если бы Даня мог, то выкупил бы этот дом и запер неугомонную Элю здесь навечно!
Вдвоем, вдали от работы, сердобольных родственников и друзей, да даже от всех других людей, они были абсолютно счастливы: и когда готовили вместе на маленькой кухне, и когда ужинали на полу у камина, где потом занимались любовью, и когда катались с горки на большом тюбинге, и когда читали, укрывшись одним пледом, и когда смотрели старые фильмы на допотопном телевизоре, и когда болтали о разном, не замечая, что уже светает…
Эля оказалась страшной хохотушкой! Рассмешить ее мог простой детский анекдот или нелепая история, случившаяся с его знакомым. Он обожал смотреть, как, смеясь, она морщит носик, отчего становится до невозможности милой…
Пора было уезжать.
С обеда Эля заметно погрустнела. Вместо того, чтобы складывать вещи в сумки, она бесцельно ходила по дому из стороны в сторону и подолгу останавливалась у окна в спальне.
Все эти дни она была очень счастлива тут. Время пролетело как один взмах ресниц. Оставленные позади мысли об их бегстве с собственной свадьбы и о том, что ждет после возвращения на работе, — снова прокрались в ее голову.
Даня тихо подошел и, обняв сзади, положил подбородок ей на плечо.
— Не грусти, любимая!
Эля положила свои руки поверх его и тяжело вздохнула:
— Ты же будешь рядом, когда мне придется разговаривать с родителями?
Даня усмехнулся:
— Ну, конечно, трусишка моя! Хочешь, скажу, что это была моя идея?
— Они не поверят. Как сказал папа накануне: он еще не видел парня, который так хотел жениться на своей девушке…
Они оба улыбнулись.
— Тогда у меня есть идея… — он поцеловал ее в шею. — Соглашайся сейчас же!
— Больше информации, пожалуйста! — Эля повернулась к нему и заглянула в глаза.
— Завтра. Ты все узнаешь завтра…
На следующий день, как только рассвело, они услышали шум мотора хивуса и в последний раз пробежались взглядом по библиотеке, спальне и кухне. Расставаться с этим местом было тяжело.
А потом — дорога с чередой перелесков, небольшими деревнями, полями, конца и края которым не было. Они держались за руки и молчали.
Вместо привычной дороги к дому, Даня свернул в центр и остановился во дворе административного здания.
Эля удивленно посмотрела на него. Он же, заглушив машину, вышел и открыв пассажирскую дверь, протянул ей руку:
— Пошли…
— Куда?
— Закончим то, что так пафосно начали.
Эля распахнула глаза:
— Даня…
— Выходи за меня, Эля Данилова.
Мгновение она отходила от шока, а потом протянула ему руку.
Сотрудники местного ЗАГСа уже готовились уходить по домам. День был будний, и текущая работа была закончена. В это самое время в кабинет вошли парень и девушка.
— Здравствуйте, вы заявление подать? — спросила Инга Сергеевна, заменяющая заведующую, которая так некстати сломала неделю назад ногу.
— Нет, мы пожениться, — уверенно сказал молодой человек.
— Ну, дорогие мои, у нас для этого целая процедура существует. Сначала…