натирали тела рабов, чтобы придать им сияние и блеск, человеческого пота и крепких сладких духов. Эйрин была чувствительна к запахам сама по себе, а сейчас любой резкий запах для неё был более чем непереносим.
Девушку затошнило.
— Не стоило Вам, сира, идти самой! — не выдержал Советник — Выбрать прислугу…
Эйрин сплюнула липкую слюну в платок.
— Выбирать прислугу ДЛЯ СЕБЯ, буду я САМА! Знаете ли, мне совсем не нужно, чтоб ВАШИ люди однажды попытались убить и меня, и наследника…
Клетки… Люди в них… Это было непереносимо. Неправильно! Отвратительно!
— Какой кошмар… — пробормотала девушка — Какая мерзость! Они же разумная раса, а не животные…
Вдруг внимание её отвлёк резкий девичий крик. Эйрин резко обернулась на него и увидела, как надсмотрщик плетью загоняет в клетку нескольких девушек. Королева устремилась туда, Советник кинулся за ней.
— Что происходит?! — выкрикнула Эйрин, почти подбежав к клеткам.
Надсмотрщик только занёс руку с зажатой в ней кожаной плетью, как в его предплечье, потное и грязное вцепились острые ногти Королевы Экрисса. Повинуясь неожиданному напору, парень опустил руку и выронил плеть на песок. Эйрин склонилась над съёжившейся под ногами невольницей. Девчонка, замотанная в белую ткань, прикрывала руками голову…
— Встань! — велела Королева, отпуская руку надсмотрщика — Быстро.
Девочка поднялась, теперь она стояла перед Королевой Экрисса, опустив голову и сложив на животе закованные цепью тонкие руки.
— Посмотри на меня.
Девочка помотала головой и всхлипнула.
— Сира, она не будет смотреть вам в глаза. — пояснил Советник — Им это запрещено. Такой поступок может быть расценен, как оскорбление Высшей Расы.
— Какая ерунда… — девушка поморщилась — Ладно. Мы покупаем её
Королеву мутило. Но мутило уже не от запахов, а от самой Интикии и её диких, звериных обычаев.
— Твоё имя? — прохрипела она, обращаясь к невольнице.
— Лиона, сира. — девчонка опять попыталась рухнуть на колени.
Королева удержала её за руку:
— Прекрати! Падать ниц каждый раз, когда к тебе обращаются, ни к чему. Поняла?
— Да, сира.
— Хорошо. Теперь пойдём.
Королева двинулась к экипажу, давясь отвращением и тошнотой.
— Гадость, гадость, какая гадость… — бормотала она, забираясь в карету — Кошмар!
… Место, в которое они прибыли, было и в самом деле, тихим. Шпили замка, тонувшего в буйстве зеленой и красной листвы, разноцветье трав и цветов, упирались прямо в небо. Воздух был невероятно чистым и свежим. Где то далеко, очень далеко шумел водопад.
Эта свежесть и чистота навевала покой, умиротворение и сон. Будто и не было нигде страшной Интикии с её странными законами и невольничьими рынками…
И Лоннлейна с его разрухой…
И Эсмонда.
ТОЛЬКО НЕ СЕЙЧАС. Потом. Позже…
Глава 2
Шеннар сидел развалившись в кресле. В комнате, задрапированной кожей, помимо кресла, стояла большая и круглая кровать. В самом центре огромного помещения. Без ножек и спинок, она занимала практически все пространство. По стенам располагались вешалки и маленькие полочки, со всевозможными приспособлениями, крюками, цепями и плетьми. Правда, особое место в комнате занимал стеллаж с кнутами, любимыми игрушками Короля Интикии.
Дверь распахнулась и в комнату ввели новых наложниц. Они визжали и кричали, пытаясь изловчиться и убежать, зная, для чего они здесь, а еще больше боясь пристрастий Короля.
Он махнул рукой слуге, чтобы тот содрал с девушек одежду, обнажив их тела.
Шеннар удовлетворенно кивнул:
— Хорош товар. Только боюсь, это мясо долго не прослужит. Пусть добудут еще. Более крепких и выносливых, а пока оставь мне тех двоих!
Король указал на двух молоденьких девушек, которые жались к друг другу, пытаясь закрыться от испепеляющих огненных глаз.
Он дождался, когда слуга уведет остальных и подошел к наложницам, чтобы разглядеть их поближе. Девчонки были хороши! Но не настолько, чтобы поберечь их. Его немного отталкивала их худоба и маленькие грудки. Он провел по ним руками, заставляя соски набухнуть и лизнул каждый, пробуя на вкус.
— А Вы недурны. — прошипел он рассматривая девушек со всех сторон. — Как Менна и Ламейн… Шшшшш! Не надо меня бояться, я не кусаюсь! Ну, может быть слегка. Или не может. И не слегка — добавил он, резко взмахнув хлыстом.
Наложница не успела среагировать и даже испугаться, как кончик плети с шумом рассек ее ягодицы и алая кровь тонкой струйкой потекла по ноге.
Девушка взвизгнула, закусив от боли указательный палец.
— Это послужит тебе уроком! Не смей закрывать свои прелести от меня. Поняла?
Блондинка кивнула, получая второй удар, только уже по плоскому животу.
Кнут опустился на нежную кожу, оставив красную полоску с выступившими бисеринками крови.
— Божественно… — простонал мучитель, наслаждаясь болью девушки, хлестнул еще.
Более яростно и жестоко.
Девушка молила о пощаде. Вцепившись в руку своего палача, она умоляла прекратить порку.
— Порку? Это еще не порка… На колени, тварь! Высуни язык!
Она повиновалась, показывая маленький, розовый язычок.
— Молодец!
Король провел кнутом по языку, проталкивая кончик в горло.
— Попробуй только! — прервал он ее попытку стиснуть зубы — И смотри на меня.
Шеннар, миллиметр за миллиметром продолжил пропихивать в ее прекрасный ротик свою игрушку. Из глаз наложницы полились слезы, но она старательно выполняла все просьбы повелителя.
— Отлично! Напрочь отсутствует рвотный рефлекс! Ты в выигрышном положении и достойна награды.
Потом те же испытания прошла и другая наложница, темноволосая, но все провалила.
— Кто — то всегда проигрывает. — усмехнулся интиктиец, накручивая черные волосы на руку, заставив девушку кричать от боли и ползти за ним.
Обе сжались в комок, сидя на холодном и бетонном полу. Их тела тряслись, при виде каната, который натягивал Король.
Схватив одну из наложниц, он швырнул ее на кровать, закрепив ее тело, потом подтолкнул темненькую.
— Теперь обслужи ее. Поработай своим язычком.
Блондинка лежала на спине, раздвинув широко ноги и тряслась от страха, пока брюнетка не подползла к ней с высунутым языком.
— Давай, дрянь! Принимайся за дело! Не заставляй меня ждать!
Наложница скривилась от чуть кисловатого запаха, исходящего от другой девушки и стоило кнуту обрушиться на ее спину, дернулась, прижимая язык к клитору.
Ей хотелось умереть, а еще больше блевать, но она старательно вылизывала промежность подруги по несчастью, словно собака. Поедая с жадностью предложенное угощение. Блондинка увлажнилась и ее влага полилась брюнетке в рот, словно фруктовый нектар. Той пришлось все проглотить, дабы не рассердить Короля.
А Шеннар затих, глядя на это зрелище. Полы его халата распахнулись, обнажая вялую плоть, которую он старательно начал поглаживать. Услышав чавкающие звуки, он удовлетворенно кивнул. Продолжил уже лениво и не спеша поглаживать восставший член.
— Хороши чертовки! За ангельскими личиками скрывали такую страсть.
Он подошел вплотную. Грубо погрузил палец в лоно блондинки, забрав её девственность и во второй раз позволяя пролиться крови.
Наложница дернулась от невыносимой боли, захотела убежать, но сильная и цепкая рука обвила хрупкую шею. Прижав девушку к кровати, он лег сверху.
Девушка затихла в его руках, принимая поражение и даже не дернулась, когда вместо пальца там оказался член. Большой и каменный, он растягивал стенки ее влагалища, пытаясь протолкнуться глубже. Двигался быстро, пытаясь сделать как можно больнее, заводясь не на шутку, но и этого ему было мало.
Он оттолкнул использованный и уже ненужный товар в сторону, спихнул ногой с кровати и притянул к себе другую. Его глаза не горели, а полыхали ярким желтым пламенем с полохами красного. Не церемонясь, он уперся членом в ягодицы девушки и вошел в нее. Мощно, рывком.
Однако его ждал очень неприятный сюрприз. Девушка оказалась гнилой и испорченной.
— Сууука! — взревел белый зверь. — Тобой уже пользовались, но надеюсь в другом месте пока еще никого не было. И не заботясь о том, что ей будет больно, вставил свой член в тугое и розовое колечко, разрывая его в нескольких местах. — Да, здесь до меня еще никто не бывал! — удовлетворенно хмыкнул он, насаживаясь сильнее.
Наложница заревела во все горло, дернулась от боли. Тогда Шеннар влепил ей пощечину, да такую сильную, что искры посыпались из глаз. Брюнетка затихла, проваливаясь в глубокий обморок. Но удары и хлыст Короля быстро привели ее в чувство.
Она выдержала весь его бешеный темп, моля об одном, чтобы он прекратил побои. И вторая девушка покорилась ему, затихнув на кровати, пока он обтирался мокрым полотенцем, стирая с себя чужую кровь.
Но ему было мало. Белый смотрел на их тела с запекшейся кровью и хотел большего. Услышать их стоны вновь, их боль и мольбы с криками о помощи.
— Все вы, подстилки одинаковы. — прохрипел он, подвесив брюнетку к потолку и цепляя ее на крюк.
— Это твое наказание, тварь. Теперь ты получишь сполна!
Он с силой сжал грудь, укусил, оставляя на белой коже следы от зубов и снова замахнулся. Хлыст с шумом рассек воздух и опустился на ее лицо, спину грудь, ноги. Превращая белоснежную кожу в кроваво — красное месиво.
Он давно уже обратился, принял истинный облик. Зверя сжигала неимоверная страсть. Недаром Интиктийцы считались беспощадными варварами. Перед тем, как напасть и убить жертву, они с ней долго игрались, забавляясь своим преимуществом и страхом жертвы. Да, именно страх их и возбуждал. И сейчас Король Интикии, Шеннар наслаждался мучениями бедняжки. Глаза девушки затуманились. Жизнь тихонько покидала молодое тело. Душа рвалась на волю, но Король не отпускал ее. Все дело было в магических цепях, на которых висела бедняжка.