Поскольку большое количество тонких труб очень сложно спрятать под землю, их использовали бы в декоративных целях – окружали дома ажурными решетками из газовых труб. Конечно, вся эта система – и внутри дома, и снаружи – была бы очень взрывоопасной, но к риску относились бы так же, как мы сейчас относимся к автокатастрофам – страшно, печально, но это цена прогресса.
Вообразить себе архитектуру, какой она стала бы в таком варианте будущего, нетрудно – посмотрите на Эйфелеву башню. Вот такие вычурные металлические конструкции, начиненные механизмами, наполнили бы города.
Транспорт паровой эпохи тоже сильно отличался бы от современного. Небом правили бы дирижабли, а по дорогам разъезжали бы паровые телеги, способные «заправляться» буквально в чистом поле – набрал хвороста да поехал.
«А как же компьютеры?» – скажете вы. О, без них не обошлось бы. Знаете ли вы, что первый компьютер в современном понимании слова – аппарат для произведения сложных математических вычислений – был сконструирован Чарльзом Бэббиджем еще в XIX веке? Он назывался «дифференцирующая машина». По размерам дифференцирующая машина была такой, как первые послевоенные компьютеры, и умела, между прочим, гораздо больше. Просто из-за стоимости ее производства в тогдашних технологических условиях Бэббидж был вынужден бросить исследования. А случись иначе (если бы нашлись инвесторы или не было мировых войн) – мы с вами, возможно, жили бы в мире механических компьютеров. Домашние аппараты – сконструированные из миллионов мелких деталей и работающие буквально как часы – приводились бы в действие заводом пружины. Промышленные агрегаты-суперкомпьютеры работали бы на паровой тяге.
До наших дней положение не слишком изменилось. Разве что механическую энергию, получаемую от паровых турбин, стали преобразовывать в электрическую – ее, в отличие от «механики», можно хранить, передавать на огромные расстояния, наконец, она универсальна.
Основу современной энергетики составляют тепловые электростанции, совмещающие выполнение двух задач – центральное отопление и выработку электроэнергии. В ТЭС используются нефть, природный газ, торф и уголь, и с помощью турбин нагретый газ или водяной пар преобразуется в энергию генератора. А заодно горячие воздух и вода идут в радиаторы отопления наших квартир.
Совмещение централизованного теплоснабжения и производства электроэнергии – не новая идея. Не будь электрификации, и до теплопровода никто не додумался бы. Самые первые электростанции работали на тепле от сгорания угля и торфа. Сначала горячий пар просто «вылетал в трубу», предварительно раскрутив турбину генератора, а потом его стали использовать для обогрева помещений.
Теплоэлектростанция – широко опробованный и распространенный метод, этакий «дедушкин вариант», который, может, и не способен угнаться за нуждами дня нынешнего, но дело свое знает и делает его как следует. Только в последнее время люди стали задумываться о том, что вообще-то у ТЭС есть весьма существенные минусы. Вполне возможно, что уже в ближайшем будущем человечеству нужно будет отказаться от такого метода получения энергии.
Во-первых, недра не вечны. Торф, нефть и каменный уголь в земной коре постепенно заканчиваются – мы их выгребаем оттуда уже больше ста лет, и все это время нам казалось, что так будет продолжаться до конца света. Планы, через сколько лет закончится нефть и что надо будет тогда делать, строят министерства энергетики всех развитых стран. Войны последних лет идут главным образом за новые месторождения углеводородов. Так уж устроен человек – если про завтрашний день он еще способен подумать, то день послезавтрашний его обычно не интересует.
Во-вторых, теплоэлектростанции вредны для окружающей среды. Из труб ТЭС в атмосферу выбрасывается огромное количество дыма и копоти. Мы дышим этим грязным воздухом, и эта же грязь с дождями оседает на растения и почву. Кроме того, для экологии вредны процессы, с помощью которых топливо добывается и транспортируется, – бурение, прокладка трубопроводов, создание хранилищ. Помимо прочего, ТЭС сжигают атмосферный кислород, так что они частично виновны в «душном» воздухе современных городов.
Что же выбрасывается из труб ТЭС? Легче сказать, что НЕ выбрасывается. В дыме электростанций содержатся оксиды азота и серы, радиоактивные элементы, тяжелые металлы… И все это ради того, чтобы дома у нас горели лампочки и работали телевизоры. Вероятно, 100 лет назад можно было не обращать на это внимания – и заводов было меньше, и урон от них не так заметен, – но сейчас мириться с устаревшими методами добычи энергии просто нельзя. Уже много лет на крупных зарубежных заводах ставятся фильтры, очищающие дым, идущий из труб. Это не панацея, но лучше, чем ничего. Впрочем, «уловленные» токсины все равно нужно куда-то девать. И вместо свалок в атмосфере делают свалки на земле.
Там, где полезных ископаемых поменьше, а бурных рек побольше, делают ставку на гидравлические электростанции. Громадные плотины на горных реках тоже не проходят для природы незамеченными, но вреда от них все-таки поменьше. Тем не менее экологи говорят о необратимых изменениях флоры и фауны в районах электростанций, о локальных изменениях климата (связанных с влажностью воздуха), а также о загрязнении воды и огромном вреде для рыбы.
Здесь, конечно, главное – знать меру. В Швейцарии количество ГЭС не меньше, чем в бывшем Советском Союзе, однако вреда природе они почти не наносят. Почему? Потому что построены с умом и постоянно модернизируются.
Не бойтесь АЭС!
Наконец, «третий кит» современной энергетики – одиозные атомные электростанции. Впрочем, одиозными их можно назвать только у нас: после Чернобыльской трагедии мы боимся атомных станций как огня. И совершенно напрасно. Вся планета пользуется «мирным атомом», во многих странах АЭС – основной источник электричества. Опасность аварии, безусловно, существует. Но, во-первых, мы же не отказываемся от автотранспорта только потому, что на дорогах возможны катастрофы (и вероятность их гораздо выше), а, во-вторых, в случае масштабной аварии на ТЭС или ГЭС последствия для регионов, где они расположены, будут еще страшнее, чем Чернобыль.
Чем же выгодны атомные электростанции?
Во-первых – и это очень важно, – площадями и объемами. Тепловая электростанция большой мощности «съедает» в день несколько железнодорожных составов каменного угля. АЭС, дающая такой же объем энергии, расходует в год один-два кубометра топлива, причем его можно будет после переработки применять повторно. Значит, топливо проще хранить и перевозить, а сами электростанции можно размещать где угодно. Это в противовес огромным площадям, которые нужны каждой теплостанции для хранения топлива, а также для его добычи.
Во-вторых, объем вредных выбросов во время нормальной работы атомной станции ничтожен. Как ни парадоксально это звучит, но он меньше, чем у электростанций, работающих на каменном угле. В угле естественным образом содержатся радиоактивные элементы, которые с отработанным дымом попадают в атмосферу.
Кроме того, атомные станции не вторгаются в экологический баланс Земли: не выедают недра, не снижают скорости ветров и течения рек. За одним, но очень важным исключением – до сих пор стоит ребром вопрос переработки и хранения радиоактивных отходов. По существу, именно он и тормозит всеобщий мировой переход на «атом» в качестве источника энергии.
Решение – термоядерный реактор
Проблема отходов, равно как и аварийности, со временем будет решена. Нет, не усовершенствованием существующих атомных электростанций, а переходом на реакторы другого типа – термоядерные. Не буду вдаваться в сложные вопросы физики, описывающие разницу между старыми и новыми атомными электростанциями. Просто скажу, что обычные ядерные реакторы изобрел человек. А примеры термоядерного синтеза есть в природе. Самый простой из них – наше Солнце.
Термоядерные реакторы обладают массой преимуществ и не имеют недостатков по сравнению с нынешними электростанциями любого типа. В качестве топлива для них нужен водород, запасы которого практически неисчерпаемы. Опасность аварии – нулевая, причем это не красивые слова. Термоядерный реактор просто выключается и перестает работать, если происходит его разгерметизация или сбой в работе оборудования, – такая это «капризная» технология. Продуктов сгорания реакция не производит, к тому же отходов получается гораздо меньше, а время, через которое они станут безопасны в радиационном плане, сокращается.
Хотя до этого еще далеко, но сейчас уже можно размышлять о термоядерных источниках электричества, не превышающих по размеру современную аккумуляторную батарею для автомобиля. При этом энергии такая «батарейка» вырабатывает достаточно, чтобы обеспечивать светом и теплом целый район современного города. И проблема «неоткуда взять энергию» будет уже звучать как «некуда ее девать».
Так почему же, спросите вы, у нас до сих пор не воцарился энергетический рай? Ответ прост – вкладывать деньги в реакторы завтрашнего дня невыгодно для того, кто хочет прибыли «как можно больше и прямо сейчас». Такие инвесторы скорее обратятся к нефтедобывающей промышленности. А без большого финансирования атомной энергетике очень трудно двигаться вперед: на компьютерных моделях технологии не опробуешь, поэтому нужно строить настоящие реакторы.
В поисках альтернативы
Помимо основных путей развития энергетики, в мире идет постоянный поиск новых источников энергии. Причем желательно таких, которые «не заканчиваются», как, к примеру, не заканчивается река, питающая гидроэлектростанцию. Энергия будущего должна быть условно бесконечной и при этом экологичной. Поиски ведутся в самых разных направлениях, ни одно из которых не является однозначно приоритетным. Ведь сами подумайте – «что русскому хорошо, то немцу смерть», и для разных регионов годятся разные методы добычи энергии. Это правило соблюдается и сейчас – там,