На миг в нем проснулась надежда – и тут же опять отчаяние. Влад отбрасывает меня к краю круга и приближается. Сейчас он убьет.
Нет?
Двое в круге застывают статуями. Андре беснуется в своем кресле, но ни Влад, ни Юля не реагируют.
Потом вампир разжимает пальцы – и в руках женщины оказывается крест. Две осиновые палочки и полоска материи вспыхивают силой. Откуда он? Вампир ничего не понимает…
А потом все заливает нежный золотистый свет. И вампиры отворачиваются, не в силах его выдержать. Пелена закрывает круг.
А когда она спадает и Мечислав опять может смотреть туда, в круге остается только один человек. Юля.
Она, то есть я, выглядит жутко потрепанной и усталой. Но держится на ногах. И даже идет к краю круга. Упадет? Выйдет сама?
В любом случае, поединок окончен.
Мечислав спокойно входит в круг. Хотя не совсем спокойно. Все-таки он нервничает из-за этого света. Вдруг он появится опять? Что это было?
Но ничего страшного не происходит. Девушка спокойна, зрачки расширены, вывихнутая рука болтается плетью. Остается только ее вправить.
Я упала в обморок. И мое сознание отметило, что выгляжу я на редкость паршиво. Вся – как будто когтями драли. Кстати, может, так оно и было? Вампиры могут отращивать когти? Ладно, потом спрошу! Мечислав поднял мое тело на руки, осторожно передал Вадиму, а тот обмотал меня поперек талии остатками моих брюк, чтобы крест не выпал. Сам Мечислав повернулся к Андре.
– Полагаю, Андре, что тебе не под силу управлять этим городом. Даже человек, женщина, безмозглая девчонка – и та сильнее твоего вампира.
– Это вызов?! – прорычал Андре.
Лицо его было грозным, голос – достаточно громким и сильным, но в самой глубине его души Мечислав чувствовал неуверенность. И я чувствовала все, как и он в тот момент.
– И как ты догадался? – делано изумился он. – Я полагаю, что первый поединок за мной?
Лицо Андре неожиданно стало… пакостным. Он определенно хотел сказать или сделать нам бяку. Но какую? Это я узнала в следующий же миг.
– Так Юля дралась за твой титул? Или за свою подругу? У нас есть законы, Мечислав! И законы эти гласят, что один поединок должен быть выигран за одно требование.
– Это верно, – подтвердил Мечислав.
– А значит, вы должны выбрать что-то одно. Или вызов – или девчонку.
– Я думаю… – начал Даниэль.
– Я выбираю вызов, – спокойно оборвал его Мечислав. – Не сомневаюсь, что Юля, когда очнется, поддержит меня.
От злости я вылетела из транса и возмущенно уставилась на вампира.
– Ты что себе позволяешь, сволочь клыкастая?! Мне твой поединок даром не сдался, и ты сам это отлично знаешь! Отодвинься от меня немедленно!
Мечислав отодвинулся – и улыбнулся мне.
– Нет, кудряшка, я не сомневаюсь, что ты меня понимаешь. Ты далеко не такая, как Даниэль. Ты очень прагматична. Это я уже понял за время нашего знакомства. И ты отлично понимаешь, что если мы выиграем поединок – ты получишь свою подругу в целости и сохранности.
– Вампиршей?! – взвилась я.
Очень хотелось засветить вампиру по морде, но, во-первых, у меня не было никаких физических возможностей, все тело болело и ломило, а во-вторых, я сегодня уже дралась с вампиром, и меня это не порадовало. Хватит и одного раза. Есть более приятные способы укоротить свою жизнь.
– Она уже сейчас вампирша.
Катька – вампир?! Высшие Силы!
– Откуда вам знать, черт возьми?!
Мечислав не обратил внимания на мою ярость.
– Ты не досмотрела до конца, кудряшка, а у меня не хватит сил показать тебе все еще раз.
При этих словах до меня кое-что дошло. Ярость стихла.
– Минутку! Так что – у меня есть какие-то способности?!
– И огромные! Я полагал, что потрачу гораздо больше сил. Да и в транс люди входят подолгу. Час, два, иногда три.
Я потерла лоб, пытаясь сосредоточиться.
– И что это для меня означает?
– То, что ты должна заниматься магией, кудряшка. Когда все это закончится, я поищу тебе учителя. Или сам попробую тебя учить.
Интересно чему? Камасутре?
– Как мило с вашей стороны.
Ярость опять вскипела во мне.
– А что с моей подругой?!
– После того как я выбрал поединок, Андре сильно разозлился. И просил передать тебе, что тебе повезло. Если бы ты выбрала подругу, мы должны были бы забрать ее с собой. Прошлой ночью, когда вы с Даниэлем сбежали, он все-таки нашел время заняться Катей. Это был второй укус. А сегодня ночью, пока мы ехали к нему – он укусил ее третий раз. И убил. Хотя и не знаю, как именно. И через какое-то время она поднимется вампиром.
– Твою зебру… рыбу… крокодила… вампира бога душу..!
На меня накатила волна боли. Я была во всем виновата! Это я виновата в том, что Катя стала вампиром! Я! Я!! Я!!! Если бы я не пришла к Андре в клуб! Если бы я пошла туда одна! Если бы не изводила Андре, если бы смогла забрать ее, когда мы бежали с Даниэлем… Если бы, если бы, если бы… Я закрыла лицо руками и застонала от ощущения своей вины.
Мечислав накрыл мои ладони своими, мягко отнимая мои пальцы от лица.
– Не надо, кудряшка. Ты ни в чем не виновата. Так было суждено.
– Это для слабаков! – выдохнула я сквозь сжатые ладони. – А сильные сами решают свою судьбу!
– Вы свою судьбу решили – обе. Ты спаслась, кудряшка. Но ты не могла решить ЕЕ судьбу. Если человек безропотно принимает все, что ему написано на роду, он не должен ни на что жаловаться!
– Катя гораздо слабее меня! Что она могла выбрать? Я-то хоть сопротивлялась, а ей и этого не дано было.
– Она родилась обычным человеком. Это не хорошо и не плохо, просто так легли карты.
Мне было тоскливо, тошно и мерзко.
Не вини себя в ее судьбе. Ты не смогла бы ничего изменить.
– А если бы я в какой-то момент пошла другой дорогой? Я могла бы спасти ее!
– Нет. Просто попалась бы сама. И стала бы вампиром. Или рабыней для Андре, выполняющей ВСЕ его желания. А фантазия у него богатая… Знаешь, сколько может вынести вампир, прежде чем умрет?
– Отстань!
Я вся скорчилась, закрыв руками лицо. Слезы сами потекли по щекам. Катька-Катька, я так виновата перед тобой! Я могла бы… если бы… я бы…
Мечислав мягко, но решительно отвел мои ладони от лица, а потом притянул меня к своей груди. И я разрыдалась как последняя истеричка.
Вампир не пытался меня успокоить. Просто гладил по голове, как ребенка, и в его движениях не было ничего сексуального. Видимо, понял, что сейчас я бы и не в такую истерику впала, если бы он попробовал приставать…
Наконец я смогла отлепиться от него и вытерла слезы.
– Катька – любимый, хотя и не единственный ребенок в семье! Каково теперь придется ее родителям?
– Меня это не волнует. И тебе волноваться не стоит. Ты еще слишком слаба, девочка. – Вампир мягко отстранил меня от своего мужественного плеча и взглянул мне в лицо. – Так, нос распух, личико в пятнах, глаза красные и сопли бахромой. Тебе надо еще долго лежать в постели. Весь день. Отдыхать, спать, кушать, смотреть телевизор – и ни о чем не думать.
– Я себя не так плохо чувствую.
– А ты попробуй встать?
Я попробовала – и тут же упала обратно. Все тело пронзила жестокая боль.
– Вы правы. Мне надо выспаться и хотя бы денек на поправку.
– День у тебя будет, кудряшка. А вечером мы опять едем к Андре.
– Зачем?!
– Затем. Должен состояться второй поединок. Борис – и один из людей Андре.
– А Борис – сильный?
– Да, лапочка. Он второй по силе после меня.
– Хорошо. – На моем лице вдруг появилась улыбка. Слабая, кривая, но она была! Я могла гордиться собой! – И вы опять обрядите меня во что-то вроде тех красных штанов?
– А чем они тебе не понравились, малышка?
Как он меня достал своими прозвищами!
– К заднице липли!
Мечислав откинул голову и расхохотался.
– Знаешь, меня уже давно никто так не развлекал, как ты, Юленька.
Неужели? Он даже помнит, как меня зовут! О чудо! О радость!
– А клоуна на дом вызывать не пробовали?
– Как-нибудь попробуем. Лежи, собирайся с силами, а вечером мы отправимся на бал.
Что-то мне не понравилось в его словах. Ну да! Попробуем! Или у вампира мания величия: «Мы, Николай Второй…», или у него есть какие-то планы, которые предполагают наше совместное будущее. Мы! От этого слова у меня начало свербеть в затылке. Я хотела будущее с Даниэлем, а не с этой картинкой из модного журнала.
– А где мы?
– У Снегирева.
– Понятно. А сколько времени?
– Скоро рассвет.
– И Даниэль на улице?! Солнце очень вредно для вампиров!
– Даниэль отлично чувствует наступление рассвета. И не станет рисковать жизнью.
– Будем на это надеяться.
– У Даниэля есть и хорошие особенности. Он может спать днем по собственному желанию. Так что вечером, когда начнут опускаться сумерки, он придет к тебе, кудряшка.
– Это хорошо.
– Тогда постарайся выспаться, красавица. Спи и восстанавливай силы. Тебе они понадобятся следующим вечером. Очень.
Я криво улыбнулась, закрыла глаза и откинулась на подушки. Спать хотелось зверски.
– Спокойной ночи, Мечислав. То есть спокойного дня.
– Спокойного дня, кудряшка. Пусть он будет действительно спокойным.
Последние слова я расслышала уже невнятно. Я проваливалась в глубокий спокойный сон. И открыла глаза только восемь часов спустя.
В окно заглядывало неяркое зимнее солнце. В комнате никого не было, кроме меня. Я попыталась потянуться под одеялом. Получилось. Тело ныло, как будто меня долго колотили (хотя почему – как будто?), но в остальном все было не так и плохо. Я могла двигаться. Даже если руки и ноги сводит судорогами при каждом движении. Комнату эту я отлично знала. Снегирев отводил ее мне каждый раз, когда мы гостили у него. Я кое-как выползла из кровати и направилась в ванну. Душ! Горячий душ! И легкий массаж. А еще – вымыть голову! Обычно я ее мою довольно редко – раз в неделю, а то и реже, чтобы волосы не стали слишком сальными, но сейчас… От волос зверски несло какой-то гарью. И кровью. Этот запах мне вовсе не нравился.