− Сплю на новом месте, приснись жених невесте, − проговорила я и укрылась одеялом довольная, улыбаясь.
4
Глава 4. Приятные бонусы
Валентин (Вэл)
− Чёрт! – ругнулся я, громко, не сдержавшись, когда чашка выпала из моих рук и рассыпалась на мелкие кусочки, как только «познакомилась» с дорогой кафельной плиткой на полу.
Вот кто меня просил? Ведь знал же, что инициатива наказуема. Так и случилось со мной. Не умел я готовить, нечего было и начинать. Так нет же, захотелось сделать приятное Асе за вчерашнее. Так сказать, извиниться таким образом. Вчера я присел на диван, пока моя фиктивная жена заняла в ванную комнату, зачем-то положил голову на подлокотник и сам не заметил, как уснул. Утром проснулся заботливо укрытый пледом. Чтобы исправить свою вчерашнюю провинность, решил приготовить завтрак для нас двоих. Но всё пошло наперекосяк, стоило мне только взяться за сковородку. Ну куда мне на кухню со своими руками-крюками.
Первое: пригорела яичница. Это полбеды. Соскреб его со сковородки, отмыл посудину и приготовил новую порцию. Когда же взялся заваривать вкусный чай, тут уже руки перестали мне подчиняться. Да, мне нужен напарник, как у Лингвини был Реми№, чтобы сделать хотя бы простой чай. Как итог: рассыпал заварку по всей столешнице, опрокинув железную банку. Хорошо, что на пол не уронил. Шуму было бы. И зачем только я покупал чай в листьях? Чем не угодили в пакетиках? Наверное, дело рук мам Веры.
Я кое-как собрал заварку. Но добить меня решила простая чашка для чая. Достал её из шкафчика. В комплекте с ней шло блюдце. Для чего? И пока я вертел её в руках, гадая, зачем он, чашка, видимо, «обиделась», что всё внимание достается не ей, и решила от меня «сбежать». На пол. Пришлось спешно собирать осколки. Пока об них никто не поранился.
В такой ситуации и застала меня Ася.
− Доброе утро, − услышал сбоку и из рук выпал кусок чашки, которую ещё до этого я сумел выронить и подобрать. И, конечно же, она разбилась ещё на более осколки.
− Стой там, где стоишь, − вытянул я руку, останавливая девушку. – Тут осколки, ещё порежешься.
Сам же смотрел по сторонам, не понимая, с чего начать. Впервые я так растерялся и не был готов к подобной ситуации.
− Где у тебя щетка и совок? – спросила Ася, приблизившись ко мне на пару шагов.
− Если бы я сам знал, − задумался, были ли они у меня вообще.
Хотя, уют в моём жилище создавала мама Вера. Думаю, она-то уж обязательно должна была прикупить мне и щетку, и совок. Ведь без них в хозяйстве не обойтись. Пока я думал над этой проблемой, Ася куда-то ушла, я же наклонился и собрал большие куски керамики.
− Вот, я нашла, − тут же появилась она обратно с сияющей улыбкой на лице, будто не предметы для уборки нашла, а полный кошелек денег. – В ванной комнате были.
Ася тут же принялась подметать разлетевшиеся осколки.
− Давай я сам, − предложил ей, но она лишь отрицательно покачала головой.
− Ты уже помог сам себе, − и она принялась подметать. – Я справлюсь, − и сочувствующая улыбка мне.
− Я не хотел тебя будить, честно, − извинился я, понимая, что, не скорее всего, а точно, моя жена проснулась либо от удара чашки об пол, либо от моего громкого ругательства. – Утром проснулся и понял, что уснул, оставив тебя одну. Вот, таким образом решил извиниться.
Да, теперь я понимал, что это была неудачная попытка. Совсем неудачная.
− Ты же вчера поставил условие, что готовить буду я. Зачем полез то тогда? – поинтересовалась Ася, заканчивая с подметанием. – Уберешь обратно в ванную комнату? В нижний шкафчик, − подсказала она, когда передавала мне в руки щетку с совком.
Сходил. И узнал, что в этом шкафчике есть ещё много чего. Впредь буду знать. Вернулся на кухню обратно, где Ася уже вовсю хлопотала. В моей футболке. В одной футболке. Нет, все стратегические части были закрыты, но длинные ноги-то не скроешь.
Присел на барный стул и начал наблюдать за девушкой со спины. Она скрутила волосы в пучок и умудрилась их заколоть карандашом. Простым карандашом. Вид у неё был до того простой, домашний, уютный, что захотелось взять попкорн, включить какой-нибудь сериал, завалиться вместе с ней на диван и просто наслаждаться временем рядом с ней…
− Что хочешь на завтрак? – не поворачиваясь ко мне лицом, поинтересовалась она.
− А можно и заказать да? – задал вопрос в удивлении и тут же вспомнил совместное утро со Снежаной.
Каждое утро с ней, когда она оставалась у меня, было до того одинаковым с предыдущим вплоть до мелочей. Стакан воды с кусочком лимона, как только проснулась, затем какая-то зелень, словно она козочка и питается одними листочками. И всё. Чем она обедала или ужинала, я не всегда знал. Но Снежана частенько выносила мне мозг с утра, если в моём холодильнике не находилось хотя бы одного ей нужного ингредиента. В последнее время либо я ночевал один, либо перед её приходом заполнял холодильник одними травами.
− Говори, давай свои желания, − рассмеялась Ася, заглядывая в холодильник. – Шикарный завтрак не обещаю, но кое-что вкусненькое обещать могу.
Я лихорадочно стал вспоминать блюда, которые любил, но уже через минуту отказался от своей затеи попросить что-то определённое. С моей стороны это уже будет наглостью.
− Сегодня давай на твой вкус, − и встал со стула. – Я пока приведу себя в порядок.
И ушёл в ванную комнату. Надо принять холодный душ. А то перед глазами так и стояла картина, как Ася, кусая губы, заглядывала в холодильник, даже не подозревая о том, как заманчиво выглядела при этом. Ведь она делала это не специально. Все её движения были естественными, как и забота. Как привыкла себя вести в своём доме, так и здесь: по-домашнему, не стараясь произвести впечатление на кого-то. В отличие от Снежаны. У той все движения были до того искусственными, что иногда казалось будто она не живой человек, а робот.
Наскоро принял душ, оделся и поспешил на кухню на соблазнительные запахи. Взгляд упал на стол. Там меня ожидала стопка блинчиков. Стянул один, но тут же получил по рукам.
− Что не так? – взглянул я на Асю, не понимая, за что я отхватил только что.
− Руки мыл? – с невинной улыбкой смотрела она в мои глаза.
− Я же только после душа, − пробурчал, недовольный тем, что меня отвлекли от блинчиков.
− Тогда ладно, − и Ася убрала вафельное полотенце. – Чай?
− А молока нет? – что-что, его я вот любил с детства.
− Я всё пустила на блинчики, извини, − и поставила передо мной чашку с блюдцем. – И варенье ещё нашла, вишневое.
Откуда было последнее, не трудно было догадаться. Опять мама Вера постаралась. Всё что касалось вишни, я тоже обожал, будь то варенье, пирог или вареники. Но все лишние мысли улетели из головы, стоило откусить первый кусочек. Блинчики таяли во рту. Я даже замычал, заставляя Асю краснеть.
− Ты пока завтракай, я оденусь, − с этими словами она вышла из кухни, оставляя меня одного наедине с блинчиками.
− Ассоль! – крикнул я ей вслед. − С такими блинчиками даже не думай о разводе. Не отпущу!
Ассоль (Ася)
Пряча довольную улыбку, ретировалась из кухни в комнату, где ночевала. С грустью посмотрела на свадебное платье. Больше мне надеть было нечего, придется снова влезть в него же. Радовало то, что брала я простое платье, которое не требовало чужой помощи. И сейчас я с неохотой натягивала на себя, как можно дольше тратя времени. Хотелось, чтобы муж позавтракал спокойно.
− Говори адрес, − спросил Валентин, заводя машину, когда мы собрались и вышли из квартиры.
− Давай сама вобью в навигатор, − предложила я.
− Не надо. Город я знаю на отлично, как свои пять пальцев, и так доедем, − отверг он моё предложение.
Пришлось согласиться с ним и озвучить название улицы. Первые несколько минут мы ехали молча. Но так как квартира, что досталась мне от бабушки, находилась в старой части города, поездка предполагалась минимум на полчаса.
− Расскажи мне о себе, − первой начала я разговор. – А то тест-проверку моего отца мы не пройдем. Надо бы подготовиться. Он любит заявляться в самый неподходящий момент. В этом мой отец мастер, просто ас.
Попыталась улыбнуться, но получилось всё натянуто. Я была вся на нервах. Даже завтракать отказалась, кусок в горло не лез. Молчание отца нервировало. Странно это всё, что он до сих пор не объявился. Это-то меня и пугало сильнее всего. Выжидает или же ему не донесли? Во второе верилось мало. Я знала, что за мной прикреплен какой-то парень, что следует по пятам, только ни разу не могла его вычислить. Потом уже забила на него. В мою жизнь не лезет, а тем, что обо всём докладывает отцу, я смирилась. Думаю, уже и про Валентина отцу известно если не всё, то многое. Мне бы просто хотелось предугадать момент, когда он покажет себя миру, чтобы хоть немножко быть подготовленной.
− По твоим рассказам, хоть готовься или не готовься, то он всё равно не поверит ни тебе, ни мне. Я думаю, что лучше будем импровизировать, − но его слова меня не успокоили. – О себе я не люблю говорить, но так уж быть… Воспитывала меня сестра отца, мама Вера. Родную мать я знаю только по фотографиям. Про день рождение ты знаешь. Люблю молоко и всё, что связано с вишней. Также люблю машины, копаться в них, ремонтировать. У меня своя мастерская.
− Ах, вот оно что! – перебила я его. – Поэтому у этой древней старушки весь внутренний мир поменян?
− Э-э-э, не обижай мою Тыковку, − Валентин провел рукой по панели, словно гладил свою машину. – Не слушай её, моя ты сладкая морковка. Мы её сейчас высадим, − приговаривал он, продолжая гладить машину. – И больше не пустим, даже на метр не дадим приблизиться к тебе. Плохая тётя она, а ты у меня умница. Ни разу меня не подводила.
Я прыснула, Валентин тоже не выдержал и рассмеялся.
− Это моя первая машина, на которую я заработал сам. Тыковка мне досталась за бесплатно. Дед, что продавал её, денег за машину не взял. Я тогда знатно опешил. Жили они небогато, а оплату все равно отверг. Пытался уговорить, в конце уже всунуть ему деньги насильно. Но все мои попытки оказались провальными. Дед и слышать не хотел про деньги, когда узнал, что я беру его машину не на запчасти, а чтобы отремонтировать. Он лишь взял с меня слово, что я его прокачу, когда отремонтирую машину, а деньги, что я принес на покупку, вложиться на запчасти. Собственно, что я и сделал.