— Вы думаете, все так серьезно?
— Свежее кровавое пятно, обнаруженное возле кухни, может указывать на то, что в квартире могла произойти борьба Костромского с нападавшими. Возможно, он отбивался и получил или нанес кому-нибудь травму.
— Но в квартире порядок. И никаких следов борьбы: мебель цела, посуда на месте.
— Да, это не совсем вписывается в мое предположение, но дает почву для размышлений.
— А что если Елизавета подстроила все из-за мести? С хозяином квартиры сама или с чужой помощью расправилась перед его отъездом, чтобы никто сразу не хватился, а теперь изображает страдалицу.
— Все может быть. Сама вряд ли, она слишком хрупка для этого. Вы обратили внимание на его фотографию на стеллаже? Он в кимоно наносит высокий удар ногой в голову противника. Его не так-то просто свалить. Надо опросить соседей. Может что-нибудь слышали перед отъездом. Во сколько обычно самолет вылетает из Иркутска в Бангкок?
— Как правило, ночью или ранним утром. Если расписание не изменилось.
— Тогда и это проверим. Ночью шумы воспринимаются лучше, хотя многие спят крепко.
Рядом с квартирой Николая Петровича проживали парень с девушкой. Они переехали в дом недавно, после свадьбы. Им родители подарили однокомнатную квартиру. Конечно же, они даже ни разу не встречали соседа. Никаких шумов за стенкой они тоже не слышали. Рядом с ними в трехкомнатной квартире проживала странная семейная пара. Им было на вид лет под шестьдесят, но они воспитывали мальчика лет пяти, который их называл папа и мама. Может, конечно, поздний брак, но что-то вызывало сомнения. Они неоднократно видели своего соседа. Иногда к нему приходила какая-то женщина.
— Всегда одна и та же, или были разные? — спросил Краснощеков.
— Вроде одна, а может и разные. Разве их разберешь? — ответил мужчина. — То в платье, то в брюках. Им цвет волос изменить — раз плюнуть, а вы спрашиваете.
Его жена одобрительно заулыбалась.
— Он только на меня смотрит.
Мужчина немного смутился, что-то пробубнил в ответ и ушел гулять с ребенком. В последней квартире на этаже никого не было. Как сказала соседка, там никогда никто не жил. По крайне мере она не видела, чтобы входная массивная металлическая дверь открывалась. Другие жильцы в доме тоже ничего подозрительного не слышали и не видели. Правда один мужчина отметил, что как-то ночью слышал звук пианино, но из квартиры Николая Петровича он распространялся или откуда-то еще, не знает.
Прошло три дня, но никакой новой информации собрать не удалось. Единственно, Краснощеков забрал результаты анализа отпечатков пальцев, обнаруженных на двери кухни, пульте телевизора и в коридоре квартиры возле входной двери.
— В базе данных они не значатся, — объявил Краснощеков. — Один отпечаток ребенка.
— Ребенка? — удивился я.
— Да, именно ребенка. А группа крови оказалась вторая, резус положительный.
— Как и у Елизаветы?! Ничего себе.
— Похоже, ваша версия о ее причастности к исчезновению потерпевшего начинает подтверждаться. Хотя отпечаток ребенка смущает.
— А может это был ее ребенок, или внук? Она могла ждать возвращения хозяина не одна, а например, с сыном или со своей дочерью и внуком.
— А почему вы думаете, что у нее есть внук? — удивился Краснощеков.
— Элементарно Ватсон! — Почему-то в последнее время я засыпал Краснощекова неудачными шутками. — Я ее спросил о детях при первой нашей встрече, когда пошли осматривать квартиру потерпевшего. Вы тогда немного отстали, прощались с Никитой, помните? Она довольно разговорчивая женщина. Подробно мне рассказала о своей семье и о том, что Николай Петрович в последнее время часто говорил, что хочет еще детей. Предлагал даже ей родить, но она отказалась из-за возраста.
— Ну и зря. По-моему, ей еще не поздно. Может и он бы образумился.
— Вы рассуждаете, как типичная женщина.
— Послушайте, Владимир Федорович, хватит на меня вешать всякие ярлыки. Вы с Елизаветой Сергеевной как сговорились.
— Так и есть.
— Я ведь могу и обидеться, — Краснощеков улыбнулся.
— На обиженных воду возят! — отпарировал я. — Правда, так многие женщины думают, как вы предположили. Я думаю, что дети для него лишь повод с ней расстаться. Он ведь и сам понимал, что уже ей поздно рожать.
— Не факт. Могу поспорить. Но давайте вернемся к нашим баранам. Откуда мог взяться детский отпечаток? Надо будет узнать у Елизаветы про ее внука, могла она его взять с собой или нет. Но думаю, это маловероятно. У них отношения и так гладкими не были. Зачем усложнять еще чужим ребенком, если он хотел иметь своих. Тем более, если предположить, что она организовала на него нападение, то вести к нему в квартиру своих детей рука не повернется.
— Это точно. Что-то…
В это время в дверь постучали. Вошла миловидная немного бледная светловолосая девушка невысокого роста лет двадцати в сером плаще и белых босоножках на толстой платформе и остановилась у входа.
— Извините, вы детективное агентство ФЗО?
— Да, — оживился я, — а что вы хотели?
— Понимаете, пропал один очень хороший человек.
— Давайте попробую отгадать. — Я встал, направил на нее руки и сделал несколько па. — Это мужчина. Он поехал отдыхать в Таиланд и не вернулся. Правильно?
Она стала как вкопанная и ошарашенно, не моргая, смотрела на меня.
— Как вы догадались? Вы что, экстрасенс?
— Биоэнергетик, использующий метод дедукции.
— Значит, это правда? С помощью биоэнергетики можно разгадывать неизвестное и предсказывать будущее?
— За других не ручаюсь, а про себя мне больше добавить нечего. Вы сами все видели.
— Да, я видела, — смутилась девушка. — Скажите, а вы сможете сказать: жив он или нет?
— Пока мы не знаем, — вмешался в разговор Краснощеков. — Давайте уточним, говорим мы об одном человеке или нет. Вы разыскиваете Николая Петровича?
— Да. — Ее губы задрожали, бледность усилилась.
— Расскажите, как вы с ним познакомились. Кто он вам?
Она присела в кресло напротив Краснощекова.
— Это было у нас в институте. Он к нам пришел прочитать лекцию…
— Подождите, — перебил я, — вы хотите сказать, что он у вас преподавал?
— Нет. Мы проходили предмет «предпринимательское право». Николая Петровича попросил наш декан, его хороший знакомый, рассказать, как он стал бизнесменом. Он ведь добился большого успеха, его многие в городе знают и уважают. Он прочитал нам великолепную лекцию, а затем долго отвечал на вопросы. Он много шутил, все смеялись, а глаза у самого были очень грустные. Мне стало жаль его. После лекции я к нему подошла, и мы разговорились. Он куда-то спешил, поглядывал на часы, но не уходил. А потом, по-видимому, решил никуда не ездить и пригласил меня вместе поужинать. Так мы познакомились.
— И ваше знакомство продолжилось?
Она внимательно посмотрела на Краснощекова, как будто пыталась разгадать ход его мыслей.
— Да, мы с ним встречались. Ведь он был одинок. Это получилось как-то само собой. Когда я увидела его квартиру, мое сердце заныло. Знаете, сразу чувствовалась квартира холостяка. Вроде бы все есть и в порядке содержится, но сквозит какая-то неустроенность. Понимаете?
— Пыль на мебели, застарелая дыра в линолеуме, кружки с чайным налетом…
Девушка смотрела на Краснощекова как на провидца: благоговейно, с широко раскрытыми глазами, внимая каждому его слову.
— Вот именно это я и увидела. Но как вы догадались?
— Как сказал мой партнер Владимир Федорович — с помощью метода дедукции. — Он торжественно выдержал паузу. — Продолжайте.
— Он очень хотел детей и говорил, что готов создать семью. Я не думаю, что он меня обманывал. — На лице ее было беспокойство, возможно она сомневалась в сказанном. — Но это странное исчезновение…
— Вы знали, что он собирался уехать в отпуск?
— Знала. Он меня приглашал, но я же учусь.
— А про ваши отношения кто-нибудь знал? — спросил Краснощеков.
— Нет, что вы. У нас серьезная разница в возрасте, я понимала, что ему не просто общаться со мной. А я не болтлива.
— А вам? Как вам с ним было общаться? — спросил я.
— Нормально. Он очень интересный человек, заботливый и внимательный мужчина. Думаю, что он выигрывает в сравнении со многими моими сверстниками.
— В том числе и по доходам, — не удержался я.
Она покрылась румянцем.
— Деньги для меня на последнем месте. Конечно, я врать не буду, его финансовая независимость тоже привлекательна. Но еще раз подчеркиваю, это не главное.
— А знала о вас Елизавета Сергеевна?
— Нет, что вы. Она бы не пережила этого.
— Откуда вы про нее узнали?
— Это банально. Моя подружка дружит с ее сыном, который рассказал ей о своей маме и ее друге. Я сразу поняла, о ком идет речь.
— И вас это не смутило?
— А что меня должно было смутить? Он свободный человек, не женат. Он же нормальной ориентации. Дружба между мужчиной и женщиной нередко заканчивается сексом.
— Но когда появились вы, он продолжал с ней встречаться?
— Продолжал, но все реже. У него перед ней тоже есть обязательства. Думаю, что со временем нас жизнь бы развела по разным дорогам. Мне было не очень комфортно от их связи, но по-женски я понимала, что давить на него нельзя.
— Вы не по годам предусмотрительны, — отметил Краснощеков.
— Я знаю жизнь. Моя мама постоянно пилила отца, пока не добилась его ухода из семьи к другой женщине. Он не хотел и долго держался, но всему есть предел. Я росла без отца и знаю, как трудно быть одиноким. В конечном итоге мой отец спился. Он любил маму, меня, но не смог совладать с обстоятельствами. Я ради своего счастья готова чем-то поступиться.
— Например, своей красотой… — вставил я.
— Да, и своей молодостью. Я не хочу, чтобы мои дети были голодранцами. Любовь проходит, остаются только вечные ценности: семья, дети, уверенность в будущем. Вы оглянитесь: вокруг влюбленные инфантильные молокососы столько настрогали детей, что государству не хватает денег помочь всем дурочкам — матерям-одиночкам, поверившим в чистую любовь. А где сейчас эти папы — уроды? Нет, спасибо, мне такой любви не надо.