– Ну вот, сделал тебе еще парочку клиентов! – радостно сообщил мистер Дженкинс, убирая диспикер и впиваясь глазами в два баллона покрытых каплями конденсата.
– Спасибо.
– Завтра они тебе отзвонятся, а может уже сегодня. Ну, мои хорошие, идите к папочке!
Дженкинс пододвинул к себе обе порции, переводя взгляд с одного баллона на другой и оттягивая начало процесса.
Наконец, он сделал выбор и выдвинув трубчатый мундштук, сделал первый глоток, после чего чуть запрокинул голову и прикрыв глаза пожевал губами, чтобы лучше почувствовать вкус.
Паркер вздохнул. Ему следовало поскорее съесть свой заказ и убраться, потому что у тех, кто так смаковал столь жесткое пойло, да еще заказывал его такими дозами, вечер заканчивался шумными выступлениями и срабатыванием парализаторов, которые тут в зале стояли в каждом углу.
Эти штуки имели плохой прицел и однажды Паркер был свидетелем того, как парализатор сработал против хулигана, пристававшего к девушке, но гарпун угодил в парня, который пытался эту девушку защитить.
Воспользовавшись суматохой, хулиган убежал, а парализованного парня забрали в полицию и выпустили только наутро, когда в его пользу свидетельствовала девушка.
Но штраф ему, все же, пришлось заплатить, поскольку полицейские системы не ошибаются. Такие дела.
«Имбирь» был хорош и от него щекотало ноздри. А вот целлюлоза оказалась чуть пересушена, поэтому пришлось щедро залить ее соусом и ждать пока начнется реакция.
За столик у окна села небольшая компания – трое мужчин и женщина. Судя по одежде служащие из офисного комплекса. Они сразу стали делать заказы, видимо спешили и тележки-раздатчики засуетились вокруг них, подвозя блюда.
– Ты видел ту красотку?
– Что? – спросил Паркер, разрывая упаковку с модификатором. Его следовало принять не позже трех минут после употребления целлюлозы.
– Ну ту, у выхода. Ты пропустил ее и Генриха.
Паркер взглянул на баллон с «моренго», датчик которого показывал уже меньше половины. Однако Дженкинс был в порядке и язык его не заплетался.
– Я видел женщину и мужчину. Но я их не знаю, – осторожно ответил он.
– Стерва.
– Почему?
– Ее мужик бандит. Вполне преуспевающий с виду бизнесмен, но время от времени применяет свои бандитские штучки. Ну там, избить кого-то куском арматуры или вывезти на заброшенный завод.
– А вы откуда знаете?
– К сожалению имел неосторожность узнать. К счастью, разошлись краями – пришлось заплатить. Но через посредника, поэтому он меня в лицо не видел.
Паркер пожал плечами, не желая развивать тему. Он уже поел и искал повода уйти так, чтобы не обидеть Дженкинса.
– Джон, ты зря пытаешься обойти эту тему, ведь та тварь – она тебя пометила, – сказал новый знакомый Паркера и как-то нехорошо усмехнулся. Потом присосался к мундштуку и покончил с одной «моренго» полностью.
Паркера слегка передернуло. Он пробовал такую выпивку всего пару раз, но более чем на попробовать, его не хватило.
– Не думаю, что они меня заметили, я быстро проскочил в зал и всё.
– Ты просто спроси меня и я тебе расскажу.
– Что именно? – уточнил Паркер. У окна засмеялись и он невольно посмотрел в ту сторону, встретившись взглядом с одним из мужчин.
– А-а! Испугался! – пьяно покачал головой Дженкинс и погрозил пальцем. Его наконец-то взяло.
– Мне нужно домой, кое какие дела доделать…
– Брось, я по глазам твоим вижу, что тебе интересно. И стремно одновременно. Ладно, расскажу. Этот Генрих очень ревнивый и это не удивительно, ведь эта его Эрна, постоянно ввязывается в какие-то приключения со всякими там спортсменами, актерами, звездными блоггерами. И не всем им Генрих может переломать конечности, чтобы потом самому не получить ответку. Слишком крутоватая публика, врубаешься?
– Пока не очень.
– Просто тебе нужно выпить. Хочешь мои полбаллона?
– Я такое не пью.
– А какое?
– «Брен», – ответил Паркер, чтобы только этот Дженкинс отвязался.
Двести монет за порцию – надежный аргумент, но оказалось, что не в этот раз.
– Ну что же, угощать, так угощать. Эй, вы там… Как вас там?! Обслуга! У вас «брен» имеется?
На мгновение все разговоры в кафе стихли и даже тележки-официанты замедлили свой бег. Но затем квадрат заказов на столе осветился розовым – значит заказ был принят.
– Знаешь, за хорошо поговорить, я согласен и раскошелиться, – пояснил Дженкинс и ослабил узел галстука.
Паркер покосился на приставку парализатора, торчащую рядом с камерой наблюдения. И вспомнил, как стал свидетелем неисправности, сначала дорожного регулировщика на перекрестке, а потом рекламного щита. Кто знает, что на уме у этих железок?
Появилась тележка с заветным «бреном» и Дженкинс твердой рукой поставил прозрачный баллон перед Паркером.
Тот поднял удивленные глаза на своего клиента, который в свою очередь, расплылся в довольной улыбке. В баллоне была двойная доза «брена» на четыре сотни лейнов.
– Да-да, парень, теперь ты просто обязан все это выпить.
Паркер кивнул и вытянул мундштук. Жидкость в баллоне качнулась и заиграла тысячами бриллиантовых искр.
– Давай, накатывай! – донеслось со стороны столика у окна. В таких местах заказ «брена» был редкостью и теперь все посетители «Ванды» смотрели на Паркера, ожидая увидеть, как он будет пить дорогущий напиток и какова будет его реакция.
Паркер коснулся губами штуцера и почувствовал, как те слегка онемели – так срабатывал специальный изолятор, предохраняющий лицевые мышцы от спазмов.
«Давай, Джонни, на тебя смотрят,»-подбодрил он себя и осторожно потянул напиток.
Напор оказалась неожиданно большим и пришлось судорожно сделать пару глотков. Паркер даже не понял, почувствовал ли он какой-то вкус или просветление сознания. Как будто теплой воды выпил. Только и всего. Но с некоторым опозданием до него дошло, что вокруг раздаются какие-то крики и аплодисменты. А потом и смех Дженкинса.
Паркер огляделся и понял, что все это относилось к нему, однако теперь его это не смущало. Он поднялся и раскланялся, словно артист в театре и это вызвало еще большее оживление.
– Ты чувствуешь праздник? – спросил Дженкинс.
– Да, спасибо, – ответил Паркер и пригубил еще. – Только вот никак не пойму, что за вкус…
– И не поймешь, нет там никакого вкуса.
– А почему?
– Так задумано. Ну теперь-то поговорим?
– Поговорим, – кивнул Паркер и отодвинул баллон в сторону.
– Короче, та баба, которая стерва, когда не в духе и злится на Генриха, делает вид, что запала на какого-то мужика. Прямо в реальном времени. А он потом того мужика вычисляет и дальше начинаются варианты.
– А чем ей эти мужики не угодили?
– Да ничем. Она взглянула страстно и пошла своей дорогой, а что с ним будет дальше ей не важно. Но нам всем ты теперь нужен и важен. Так что будь внимателен.
– Буду внимателен, раз важен, – серьезно произнес Паркер, потом пододвинул баллон и сделав большой глоток, только теперь почувствовала вкус.
Такой малиновый странноватый, а потом, как будто жареное что-то.
– А тебе-то она понравилась?
– Что? Не помню, – соврал Паркер, потому что прямо в этот момент снова увидел ее лицо и эти большие яркие глаза, пламя которых, как будто опалило его.
И да, он легко представил ее голой, во всех подробностях.
Эта картина показалась ему настолько реалистичной, что он резко откинулся на спинку кресла и сказал:
– Ну ни хрена себе!
– Да, дружок, это «брент.» Он так работает.
– А что этот Генрих здесь делал, если такой крутой?
– Это из-за Эрны. У ее папаши раньше квартира была большая на соседней улице.
– Это там, где деревья?
– Да, точно, бордосские тополя. Эх, как они цветут! Одним словом, у нее что-то типа ностальгии. Приезжает сюда и Генрих за ней тащится – боится опять налево пойдет.
– А ее он не трогает?
– Не трогает, из-за ее отца. Он в региональном совете служит, имеет большой вес. И, кстати, держит один из основных пакетов акций «Ай-Ти энерджи».
Домой Паркер попал около трех ночи. Автоматическому такси пришлось включить вибрацию пассажирского кресла, чтобы разбудить его. Но проснувшись, он сразу выбрался из салона и твердой походкой направился к подъезду.
Уже оказавшись в мастерской, прошелся по всем помещениям, в том числе заглянул в ванную с туалетом и везде зажег свет. Зачем? Ответов у него не было. Просто почувствовал, что так надо.
Потом лег на пол и стал смотреть в потолок, видя там бескрайние космические дали и пролетающие спутники. Большие и малые.
Так он и уснул, ощущая себя под огромным и бескрайним ночным небом, а утром был разбужен от непонятного ощущения, вызванного бившимся в нагрудном кармане диспикером.
Непонятно каким образом тот был поставлен на аварийный вызов.
– Але, кто это?! – слегка испуганно спросил Паркер садясь на полу и щурясь от падавших из окна солнечных лучей.
– Мистер Паркер?
– Да, это я.
– Я по поводу ремонта блоков. Мне рекомендовал вас Тэдди.
– Тэдди?
– Дженкинс.
– А, ну да. Что у вас за блоки? – уточнил Паркер и хотел подняться, но ноги, как будто отказали ему и пришлось ползти до старого кресла, чтобы опершись на него рукой, бросить на сиденье измученное тело.
– Блоки у меня разные. Давно хотел сдать их на переработку, да все как-то руки не доходили, а тут, оказалось, есть специалист, который может их восстановить. Это так?
– Да, я могу это сделать. Так какие блок?
– Линейка «оранж» несколько штук, «панорама» две штуки и один «бе-четыре».
– Хорошо, я понял.
– Хотелось бы начать с «оранж».
– Я понимаю, мистер…
– Раймонд Честер.
– Да, я понимаю вас. Что ж, я сброшу вам адрес и вы…
– Не нужно, Тэдди дал мне ваш адрес. Мало того, я уже десять минут как стою перед вашим подъездом.
– О, извините меня, просто я… Я вчера был с Дженкинсом и мы…
– Я в курсе он звонил мне из офиса.