Альма ЛибремНевеста по собственному желанию
Глава первая
Вопль Паулины, по обыкновению впечатляющий, застал их врасплох. Мать, как раз проходившая мимо с огромным ведром яблок для варенья, застыла, выронила тяжёлую ношу и спешно зажала уши ладонями. Фрукты, громко стуча по полу, разлетелись в разные стороны с жутким грохотом.
Пальцы Брианы дрогнули, и она неровно нанесла мазок крови на тонкое стёклышко.
— Да сколько ж можно! — в сердцах воскликнула девушка, чтобы спустя миг с ужасом заметить, что мать отвела руки от ушей и внимательно на неё смотрела.
Паулина моментально притихла. Даром, что сестрице всего десять, она отлично знала, как заставить Леону разозлиться, а потом подсунуть ей удобную жертву. Вопреки всем приговорам местных шаманов, Бриана сомневалась в болезни девочки. Слишком уж смышлёной она была…
Когда не кричала.
— Это я спрашиваю, сколько можно?! — мигом вспылила мать. — Ты целыми сутками ничего не делаешь, просто сидишь сиднем! Варелл днями и ночами пропадает в баре, я готовлю, убираюсь за вами обеими, а драгоценная Бриана всё не соизволит осчастливить хоть одного жениха своим согласием!
Проклятье. Заметила, а значит, точно не отстанет.
— Почему ты никогда не вычитываешь Паулину? — не удержалась Бриана. — Только на меня и кричишь. Словно я виновата в том, что мы тут живём, и свататься приходят… Эти.
— Имей уважение к отчему дому! — отрезала Леона. — Варелл кормит и поит, между прочим, чужого ребёнка, а тот просто нагло сидит у него на шее! Паулина безумно одарена, и мы должны на неё молиться! Тебе уже девятнадцать, пора…
Бри нахмурилась. Больше разговоров об избранности сестры она ненавидела только беседы о предстоящем замужестве. Да, у её матери были странные вкусы в плане мужчин, но не обязана же дочь их разделять и оставаться навек в этой проклятой деревне!
До семи лет Бриана чувствовала себя самым счастливым человеком на свете. У неё был любимый папа, большой дом, много игрушек и добрая нянюшка. Соседские дети дружили с нею, и они могли часами играть в куклы. Всё закончилось, когда правительство устроило очередную бездумную войну, и у них в доме поселили отряд орков…
Нет, Варелл был хорошим. Добрым, милым, если так можно сказать о двухметровом бритоголовом орке. Наверное, среди своей расы он выделялся и красотой — статный, не горбившился, и кожа насыщенного зелёного цвета, а не как то болото… Но мама-то была человечкой! И чем она думала, когда бросала красавца-баронета и мчалась в Пустошь со своим возлюбленным, ещё и дочку с собой прихватила? Явно тем же, что позволило ей родить Паулину.
Уникальная девочка, как же! Дети у человеческих женщин от орков практически не рождались, а если такое и случалось, то обязательно были особенными, одарёнными магически, но совершенно неуправляемыми. Между прочим, таких в прошлом топили в речках.
Вот и Бриана с удовольствием утопила бы Паулину. Сморщенное, зеленоватое мелкое нечто ещё в первые дни не внушало доверия, а с возрастом сестрёнка становилась только противнее и сильнее, и сравниться с нею могуществу магии не могли даже некоторые шаманы. Сумасшедшая, пусть и источник силы — как хочешь, так и уберегись.
И теперь порог их дома регулярно обивали бесполезные женихи. Но Бриана не собиралась выходить за орка! Папа обещал ей, что заберёт отсюда в город, и Бриана верила, что однажды он всё-таки сумеет — но община не позволяла. Орки твёрдо решили, что девочка, выросшая здесь, обязана выйти за кого-то из них и подарить им ещё одного одарённого ребёнка. То, что Бри выворачивало даже от мысли о том, чтобы разделить брачное ложе с кем-нибудь из них, женихов, разумеется, не волновало… Ещё и мать осуждала, требовала, дабы она быстрее определялась!
— Я работаю, — вместо того, чтобы спорить о замужестве, попыталась оправдаться Бри. — Если я справлюсь с поставленной задачей, то меня могут принять на обучение, и тогда я буду приносить деньги…
— Это не главное предназначение женщины! — Леона скрестила руки на груди. — Денег от тебя никто не просит. Ребёнка — вот что ты должна подарить этому миру. Ещё одно талантливое дитя, такое, как наша драгоценная Пау! Варелл так на тебя надеется, а ты гонишь мальчиков одного за другим. И что тебе надо? Только и знает, как в крови плескаться!
Бри хотела заявить, что она не плещется в крови, а проводит научные исследования, но не успела. Вновь раздался не то крик, не то рев, да такой, что ему позавидовала бы даже Паулина. В этой деревне было только одно существо, которое могло издавать такой звук — сам Варелл Краггар, предводитель боевого отряда деревни — и её, Брианы, отчим.
Мать, забыв в один миг о том, что рассказывала о замужестве, помчалась на улицу — ведь её супруг прибыл с поля боя и, очевидно, привёз дурные вести. Паулина бросилась следом, и было видно, как мелко подрагивало её тело в преддверии очередной истерики — девочка совершенно не умела держать свои эмоции в узде.
Можно было подождать, пока они разберутся между собой, и закончить эксперимент, но Бриана знала, что мама будет ругаться, потому отложила образцы и тоже поплелась на улицу.
С первого взгляда она поняла, что случилось что-то очень дурное. Варелл, бледный аж до желтизны, что было странно до орка, смотрел на жену обезумевшими глазами и хватал ртом воздух.
Испуганный орк — это страшное зрелище. Обычно смелый, готовый разодрать на кусочки за любое прегрешение, Варелл стоял посреди двора прямо в горе песка на коленях, возведя руки к небесам, и что-то кричал. Бриана, хотя и провела больше десяти лет рядом с орками, до сих пор не могла разобрать их говор и не понимала, о чём шла речь. Отчим молился? Проклинал кого-то? Завывания, вырывающиеся из его рта, напоминали звуки, издаваемые мертвецом, поднятым из могилы неопытным шаманом, движения казались угрожающими. Типичная орочья кожа Варелла и вправду на оттенок посветлела, и сквозь яркую зелень смелости пробивалась желтизна страха. На массивном лице мужчины застыла маска ужаса.
Паулина, стоило ей только увидеть отца, бросилась к нему. Оттолкнув по пути мать, девочка тоже возвела руки к небесам и принялась повторять за папой бессмыслицу.
Удивительно, но Варелла это успокоило. Он перестал молиться, посмотрел обеспокоенно на дочь и схватил её своими громадными ручищами за плечи.
— Доченька! — воскликнул он уже на языке, понятному и для жены с падчерицей тоже. — Моя бедная, маленькая доченька!
Бриана с трудом сдержала возмущённое хмыканье. Да уж, Паулину никто не отправит замуж. Во-первых, как большинство полукровок, она безумна, а во-вторых, надежда деревни, будет взывать к дождям и солнцу. Она и сейчас уже может разместить немалую такую тучку над огородом. А что ж случится, когда девочка станет старше? Бри же — просто приложение к матери, производительница. И домой, к папе, отпустить не хотят, и не ценят тоже.
Она мечтала о большой науке. У орков была традиция мыть руки в крови своих врагов — так они становились полноценными бойцами, — и Бриана, тогда ещё маленькая девочка, наблюдая за этим, стремилась изучать свойства алой жидкости, думала, что сумеет по ней определять болезни. И кому нужны её открытия теперь, если Паулина может замахать руками, завизжать, и вся деревня исцелится?
Если б только мама отпустила её к отцу, а не упиралась…
Мотнув головой, Бриана заставила себя сосредоточить взгляд на родственниках. Теперь они выли уже все втроём. Паулину трясло от новой волны магии. Девочка скрутилась на песке, зажмурила глаза и тихо-тихо попискивала. Это скоро должно было смениться визгом, по крайней мере, насколько Бриана знала. Ведь вот она, справедливость: могущественная Пау не могла вылечить себя саму от недуга. Её сознание отказывалось подчиняться общим правилам.
Отчим, обратно позеленевший, склонил тяжёлую голову над дочерью и запустил пальцы в короткие грязные волосы, явно порываясь их вырвать. Он тянул с такой силой, что разболелась бы, наверное, и чугунная голова, не то что обыкновенного орка.
Мать застыла над Паулиной и тихо всхлипывала. На фоне двух орков она смотрелась комично: хрупкая блондинка, нежная, бледнокожая, только руки натруженные, потому что в деревне даже жена баронета быстро забудет о былом уходе.
— Какой позор! — воскликнул Варелл. — Я, орк, предводитель боевого отряда, прошедшего инициацию в полном составе, должен подчиняться!..
Бри хмыкнула. Полная инициация у орков происходила путём омовения в крови убитого врага. Да, помылись они всем отрядом, только всё забывали уточнить, что тогда загнали стадо свиней из соседней деревушки. Домашних свиней, между прочим.
— Что случилось? — не удержалась девушка. — Вы можете внятно объяснить, что произошло?
В ответ грянул гром. Паулина, всегда впитывающая настроение родителей, легко поддалась общей панике и теперь могла разнести всю деревню.
— Да прекратите вы! — Бри схватила за плечи мать, но та только оттолкнула её и заплакала пуще прежнего.
Тогда Бриана бросилась к отчиму. Он-то должен очнуться и сказать, что случилось! И вправду, стоило лишь уцепиться в каменную наощупь руку орка, как тот притих и вполне осознанно посмотрел на Бри своими маленькими чёрными глазами.
— Они хотят забрать мою девочку, — просипел он. — Вот, сама почитай! — и швырнул в руки падчерице пухлый конверт.
Не медля ни секунды, Бриана открыла его и застыла. Взгляд её всё ещё скользил по витиеватым строкам, в мыслях мелькали старые мечты — она столько раз представляла себе, как подобное письмо, написанное известным магом или учёным, придёт к матери, что её вызовут в город для достижения какой-то высокой цели…
— Требуем явиться… — бормотала она, — высокоодарённой госпоже Краггар… в качестве кандидатки в невесты для прохождение конкурсного отбора?!
Она обомлела. Зависть, вспыхнувшая было на секунду в душе, когда Бриана читала о сестре, моментально погасла, оставив по себе только горькое, непонятного происхождения ра