Затем он прекращает грести, небрежно встает в полный рост и произносит сдавленным голосом:
— Я любил тебя, Миранда…
И Калибан гордо отвечает ему:
— Тогда этого должно быть достаточно.
До берега доносится крик Фердинанда, еле слышный за плеском волн, врезавшись нам в память до последнего нашего часа.
— Ничто не лишне в жизни этой…
Лодка исчезает из виду.
Но это лишь то, что я написал. А то, как я прожил свою жизнь, — это совсем уже другая история.
Предыдущая
Стр. 4 из 4