В каком-то смысле организация безопасности карточной системы представлялась идеальной. С одной стороны, индивидуальные данные, перенесенные в цифровую форму, представляли очень сложный, трудно читаемый многослойный электронный код. С другой стороны, код можно было достаточно легко подтвердить, пройдя тесты на специальной аппаратуре в правительственных центрах идентификации.
Впрочем, размышляла Катрина Бета, система тотальной реинкарнации и тут внесла свои коррективы. Ведь в момент хеб-седа многие когнаты перемещали свой разум не в собственные клонированные тела с аналогичным ДНК, а в принципиально иные оболочки. На этот случай для перезаписи биологических кодировок финансистами Нуля был веден дополнительный цифровой код. Последний, впрочем, не слишком отрывался от «личности» владельца, поскольку соответствовал номеру, под которым регистрировался в Искусственном Мироздании любой рожденный или «произведенный» в ней человек. Номер, под которым каждый хомо сапиенс распознавался в Сети, номер его нейрошунта, номер его собственной жизни. При реинкарнации Сеть запоминала этот код и присваивала его новому телу, сохраняя в новом шунте.
Именно последняя особенность пластиковых карт внушала Кэти надежду на успех ее воровского предприятия: она хотела снять деньги с расчетных счетов убитых. Подумав об этом, девушка мысленно покачала головой. «Прикончить, а потом использовать документы, чтобы обобрать банк, — упрекнула она себя, — ей-богу, это сродни грабежу кладбищ».
Оставалось надеяться, что в старом пенсионном кластере стоит оборудование не из числа самых лучших и надежных моделей, а банковская машина запросит только цифровой код, считанный с шунтов покойников, и не станет сверять данные «получателя» с биологическими характеристиками подлинного владельца.
«Похоже, сегодня мне понадобятся все способности господа Гора», — подумала Катрина, помня, что Гор являлся не просто тшеди, но тшеди машинным, то есть способным влиять не на разум людей, а на поток электронов внутри схем и сетей. «Впрочем, — продолжила она размышления, — для начала попробуем по-простому. Без экстрасенсорики — пальцами». Еще раз, украдкой оглядевшись по сторонам, беглая рабыня согнулась над голоэкраном.
Уличный аппарат на окраине города, одиноко громоздящийся на тротуаре полупустынной улицы, плавно переходящей в шоссе и чуть далее, за последними домами, устремлявшейся куда-то в сторону и вверх, в небеса, принадлежал к разряду старых, не очень удачных, громоздких, но в то же время почти вечных синтетических устройств. Предметы, порождаемые в недрах удивительной, но совершенно обыденной для Искусственного Мироздания машины, не просто выдавались, а сотворялись ей почти буквально из пустоты, если понимать под таковой отсутствие привычных атомов и молекул. Источником энергии для одиноких синтез-аппаратов являлась орбитальная станция, болтавшаяся примерно в двухстах километрах выше Семенхары в космосе, и способная передавать поток электронов внутрь удаленных устройств.
Катрина совершенно не задумывалась над научной стороной подобных технологий по целому ряду причин. Как беглой проститутке, ей не хватало знаний и образования. Как человека практичного, ее интересовал только фактический результат. Кроме синтетической функции всякий уличный аппарат являлся ячейкой СИНК, информационной сети, следовательно, он был подключен к финансовой системе, в данный момент интересовавшей Катрину Бету прежде всего остального.
Простое прикосновение пальцев заставило темный экран мгновенно вспыхнуть. Над поверхностью Единого сервисного аппарата всплыла яркая надпись:
Добрый день!
Для активации программы связи нажмите «1».
Для синтеза товаров по каталогу нажмите «2».
Для активации финансовой программы нажмите «3».
Недолго думая, Кэти решительно ткнула изящным грязноватым пальцем в «тройку». Программа банка тут же активировалась и ответила тихим мелодичной музыкой, а также ожидаемым столбиком из запрашиваемых данных:
Спасибо.
Теперь введите:
1. Ваше имя.
2. Идентификационный номер (пароль личного доступа к карте).
Катрина вздохнула и послушно застучала по клавишам. Имя было ей известно из пенсионной метрики, идентификационный номер — автоматически считывался господом Гором с шунтов убитых. Время уходило, но раз нужны деньги, подумала она, следует рисковать.
Её пальчик отстучал:
Имя: Тим Амблер.
Номер регистрационной идентификации: 692–1457–6832953.
Ввод данных.
Аппарат немного пожужжал, обдумывая ситуацию. Наконец выдал:
Ошибка.
Анализ дополнительно запрошенных сведений не вполне соответствует введенной Вами информации.
Повторите попытку.
И снова — столбик из данных, на этот раз расширенный:
1. Введите имя.
2. Введите личный код.
3. Введите округ Вашей регистрации.
4. Введите место Вашей постоянной работы.
5. Введите имя поручившегося за вас работодателя.
6. Введите Вашу должность на текущую дату.
По всей видимости, полуразумный уличный механизм был соединен с неким диагностическим оборудованием, сравнивающим биологические характеристики клиента с архивными данными. В разных кластерах Корпорации дела с подобной машинерией обстояли по-разному, только результат сейчас получался один — отсутствие денег. С другой стороны, аппарат, возможно, просто медленно работал от старости.
Катрина вздохнула — она надеялась, что обналичивание пройдет проще. Ну что же…
Девушка прищурилась, и мир снова уже привычно поплыл. Показателем эффективности экстрасенсорного воздействия тшеди являлась вовсе не мощь их мистической силы, а умение ею пользоваться: работа с пси-энергией не походила на мышечную работу накачанных рук — суммарная энергия ментального удара в любом случае оказывалась минимальной. По мощности — не сильнее заряда пальчиковой батарейки. Максимальными же при пси-ударе получались точность и скорость.
Сложнейшей из самостоятельно выполняемых операций в личном перечне экстрасенсорных достижений Катрины Беты до этой секунды являлось простое отключение и включение энергопитания, примитивное «дерганье рубильников» — и этот прием, слава богу, выходил у нее неплохо. Просто «видеть» и даже «лететь» вдоль энергетических линий, составляющих кровеносную и «нейронную» системы глобальной Сети, изучая ее структуру и слизывая с магнитных баз запретную информацию, все это было ерундой по сравнению с настоящим действом, с управлением машинерией.
«Мне удалось это во вселенной Эливинера, — решила Кэти, — удастся и сейчас!»
Она сконцентрировалась. Гор и Каталина спали в ее мозгу, их можно было разбудить, но почему-то все захотелось сделать одной. Самой, лично!
И она рухнула вниз. По сетям, в недра прожорливого Единого аппарата. Безвольное тело осталось выше, оно застыло, чуть покачиваясь, как в наркотическом опьянении, впившись руками в стойку, вонзив раскрытые, бездумные глаза в опалесцирующий экран.
Ниже. Ниже. Правее. Еще правее. Теперь выше.
Вот он, процессор! Нащупав его, она мысленно разбила устройство на геометрические зоны, соединенные энергетическими сетями в отдельные пакеты, контактирующие с прочими как единые комплексы-схемы. Определив таким образом механические составляющие компьютерного мозга, Кэти медленно и очень осторожно прощупала каждую из них.
Спустя почти восемь секунд — время, немыслимо долгое, учитывая скорость работы электроники и ее собственного, удивительным образом синхронизировавшегося с машиной мозга, — она победно вздохнула: участок, ответственный за проверку владельцев карт по биологических характеристикам, лежал прямо под ней!
Разбираться далее не имело смысла. Не мудрствуя лукаво, Катрина сделала то, что стало уже привычным. И хотя в целом операция оказалась тоньше и сложнее всего, что ей приходилось совершать ранее, итоговый результат не слишком отдалился от знакомого «рубильника». Кэти просто блокировала нужный участок электронного мозга, отведя в стороны бегущие к микросхеме по оптоволокну электроны.
Обезумевшая машина, казалось, вздрогнула от ужаса. Огоньки замигали, пропел зуммер, программная оболочка впала в глубокую кому и… Единый сервисный аппарат начал перезагрузку.
Уже через минуту, как только снова вспыхнула надпись «ВХОД», Кэти смело набрала на клавиатуре:
Имя: Тим Амблер.
Личный код: 692–1457–6832953.
Округ: Гошаль.
Место работы: компания «Бессмертие-25» г-на Минциберга.
Должность: ведущий специалист по клонированию.
Но, тем не менее, ещё пару секунд изнасилованная вторжением чуждого разума машина не сдавалась. Катрина разозлилась.
— Давай, твою мать, — процедила она сквозь зубы и долбанула по железяке кулаком, сопроводив свой удар накалом всех линий Единого сервисного аппарата — так же как восемь часов назад кипятила электронные линии в лайнере «Аякс-Демархия».
И машина сдалась!
То ли столкнувшись с гневной реакцией человека, то ли физически испугавшись ментального воздействия тшеди (именно испугавшись — назвать происходящее иначе Катрина бы не смогла), а также перегрева собственных линий и схем, аппарат пал и ответил интонациями побежденного:
Извините за задержку в обслуживании.
Тим Амблер. Идентификация личности завершена.
Желаете:
1. Обналичить сумму с расчетного счета?
2. Синтезировать товар согласно прайсу?
3. Отправить сообщение?
Кэти нажала «один» — разумеется, обналичить.
Несколько мгновений спустя все состояние господина Амблера, вернее все, что имелось у него на расчетном счету, лежало в синтез-лотке Единого сервисного аппарата. Еще через пару минут то же самое было проделано с остальными пятью банковскими картами, и общее состояние Кэти теперь составляло почти сто семнадцать тысяч душ. Пластиковые купюры лежали в приёмном лотке аппарата и выглядели как новые (ассигнации Корпорации делались именно пластиковыми — они не горели, не гнили, не обесцвечивались со временем и даже не тонули).