(обиду) (Мф. 5, 44). Исполняющему сие Господь обещал такое воздаяние, которое превышает все прочие обетования, — обещал не Царство только Небесное, не утешение и радость, как прочим, но сыноположение: будете, сказал Он, сынове Отца вашего, Иже есть на небесех (Мф. 5, 45).
Дав же сию заповедь и обещав толикое воздаяние за исполнение ее, Господь Бог наш Иисус Христос, что заповедал и чему научил, то и Сам всесовершенно исполнил, подая нам пример, да и мы будем подражателями Ему сколько нам возможно. Ибо сколько Он претерпел за нас, грешных, зла от иудеев! И Он не только не прогневался на них, но и молился за — них Отцу Своему, вещая: Отче, отпусти им грех сей (Лк. 23, 24).
И все святые, шествуя сим путем (незлобия), обрели ту благодать, что не только не воздавали злом оскорбителям своим, но и благодетельствовали им, и молились за них, и покрывали недостатки их, жаждали исправления их и являли им полную любовь и благорасположение, когда они приходили в чувство и сознавали свой грех".
V. Против духа печали
"Не мал, говорит, нам подвиг в борьбе с духом печали, ибо он ввергает душу нашу в погибель и нечаяние (отчаяние). Если скорбь принесена от людей, должно претерпеть ее благодушно, и за того, кто причинил, молиться, как выше сказано, твердо ведая, что все, бывающее с нами, не без Промысла Божия бывает, и что вообще Бог все, что ни посылает нам, посылает на пользу и на спасение душ наших. И если посылаемое не представляется нам в настоящее время полезным, то последствия совершенно ясно удостоверяют, что истинно полезно нам не то, чего сами желаем, но то, что устрояет Бог. Посему не подобает нам увлекаться человеческими помыслами, но веровать вседушно, что око Господне все видит, что без Его воли ничто не может с нами случиться, и что посылает Он на нас искушения по Своей благости, дабы, претерпев искушения, мы приняли от Него венец".
Ропота. "Без искушений никто и никогда не может получить венца. Посему, будучи искушаемы, да воссылаем о всем благодарение Господу, яко благодетелю и Спасителю нашему. "Уста всегда благодарные, говорит св. Исаак, удостаиваются благословения от Бога, и в сердце благодарящее входит благодать". Всемерно же надобно блюстися от ропота на опечаливших, ибо, говорит тот же святой Отец, Господь Бог терпит все немощи человека, но того, кто всегда предается ропотливости, Он не оставит без наказания".
О грехах своих. "Подобает, говорит преподобный Нил, иметь скорбь, — истинно полезную скорбь о грехах своих, в покаянии, но со благою надеждою на Бога и с твердою уверенностию, что нет греха, побеждающего человеколюбие Божие, и что Он все грехи прощает кающимся и молящимся. Сия скорбь растворяется радостию и утешением; сия скорбь соделывает человека усердным и ревностным ко всякой добродетели; она во всякой болезни и злострадании терпелива и благодушна. Скорбь бо, яже по Бозе, говорит
Апостол, покаяние неотложным во спасение соделывает (2 Кор. 7, 10)".
"Скорбь, противоположную печали, яже по Бозе, — скорбь, от бесов нам наносимую, надлежит всемерно отревать от сердца, как и прочие страсти, молитвою, чтением, общением и собеседованием с духовными людьми. Ибо скорбь, которая не по Бозе, бывает корнем всякого зла. Она, если укоренится в нас, повергнет нас в отчаяние и безнадежность и сделает душу нашу пустою, унылою, слабою, нетерпеливою, к молитве и чтению ленивою и нерасположенною".
VI. Против духа уныния
Если возобладает нами уныние, то душе предлежит великий подвиг. Лют сей дух — дух уныния; а совокупляясь с духом скорби и чрез него подкрепляясь, он Становится лютее и тягостнее. Он нападает с наибольшею силою против живущих в безмолвии. Когда воздвигнутся на душу жестокие волны уныния, человек теряет надежду видеть конец их, и враг влагает ему мысль (убийственную), что велико его страдание в настоящее время, а впоследствии еще увеличится, что он оставлен от Бога, что Бог о нем уже не печется; или, как нашептывает враг, что все происходит в мире без промысла Божия, и то, что приключилось с ним, ни с кем, кроме него, не приключается".
"Нет, говорит он, нет. Бог, яко чадолюбивый Отец, не нас только, грешных, но и святых Своих, от века благоугодивших, как детей Своих поражал духовным жезлом из любви, да более и более преуспевают в добродетелях. О, тяжкое состояние духа не долго бывает; вскоре следует за ним изменение непременное, посещение милости Божией и утешение. Как в злолютый оный час человеку представляется невозможным пребывает долее в своем месте, в своем устроении и деле, враг все, даже самое доброе показывает ему в виде отвратительном, — так и по миновании этого часа все просветляется для него, все начинает иметь для него вид приятный; скорбное исчезает так, как бы его вовсе не было; и он новою возгревается теплотою усердия к доброделанию, и удивляется изменению своему на лучшее.
Тогда решимость его всегда жить свято и богоугодно, становится тверже от той уверенности, что Бог Своею милостию все строит ему на пользу и наводит искушения единственно из любви к нему, для усовершенствования его. Тогда он и любить Бога начинает любовию более пламенною и крепкой, уразумев, что верен Господь и никогда не попускает на нас искушение свыше наших сил (2 Кор. 10, 13)".
"Враг ничего не может сделать нам без Божия попущения; и он опечаляет дух наш не столько, сколько бы ему хотелось, но сколько попустится ему от Бога. Уразумев же сие из собственных опытов, инок более и более умудряется переменами, с духом его происходящими, и доблестно претерпевает всякое скорбное нанесение, ведая, что инок ничем так не может доказать любви своей к Богу, как благодушным перенесением печальных обстоятельств, и что сие возводит его к высшему совершенству. Ибо, как говорит Иоанн Лествичник, "ничто столько не уготовляет иноку венцев, как уныние, если он, ни на что не смотря, неослабно нудит себя к божественному деланию (к молитве и богомыслию)".
"Когда, говорит Преподобный, настанет страшная брань от духа уныния, тогда надобно крепко оградить себя и против духа неблагодарности, опасаясь, чтобы не впасть в хуление; ибо враг во время уныния сим оружием, т. е. оружием хулы и неблагодарности, силится сразить душу. Одолеваемый унынием человек по внушению врага исполняется сомнения, страха и отчаянных помыслов, что он не может быть помилован от Бога, не может получить прощения грехов, избавления от вечных мук и спасения. Многие и другие хульные помыслы, которых нельзя описать, вторгаются в душу и не отступают ни во время, ни после Чтения и службы. Все усилие тогда да употребит инок, чтобы не ввергнуться в отчаяние и не вознерадеть о молитве".
"Сколько есть силы, надлежит молиться; и весьма полезно во время молитвы повергаться лицем. Да молится же унывающий по наставлению великого Варсонофия так: "Господи, виждь скорбь мою и помилуй мя. Боже, помози мне, грешному". Или, по научению Симеона Нового Богослова, так: "Не попусти на меня, Владыко, искушение, или скорби, или болезнь свыше силы моей; но избави от них или даруй мне крепость перенести их с благодарением". Иногда инок, стужаемый от духа уныния, возносит молитву свою, возведя очи свои на небо и простерши руки горе, как научил Григорий Синаит молиться на страсть сию, т. е. страсть уныния, которая равно, как и страсть блудная, есть, говорит сей Отец, самая жестокая. К молитве против уныния приложи чтение и рукоделие, понуждая себя к ним; ибо то и другое великую подают помощь в борьбе сей. Бывает, что и за всем сим нет облегчения душе, боримой унынием: тогда всевозможно надобно крепиться и изо всей силы вопить в молитве".
"Против Духа неблагодарности и хуления стой, так вещая: "Иди за мною, сатано: Господу Богу моему поклонюся, и Тому Единому послужу, и все горькое для меня и прискорбное приемлю с чувством благодарения, как ниспосланное от Него для очищения и изглаждения грехов моих, как написано: гнев Господень подъему, яко согрешил Ему (Мих. 6, 9). Тебе самому, на твою главу, неблагодарение и хула да обратятся, и тебе да вменит их Господь: отступи убо от меня. Бог, создавый меня по образу Своему и по подобию, да низложит и да отженет тебя".
"Тогда переноси свою мысль на иной какой предмет, божественный или простой, человеческий.
Паче же и первее всего душа, желающая угодить Богу, да держится терпения и упования, говорит святый Макарий. Ибо с тем намерением лукавый дух и наводит на нас уныние, чтобы лишить душу упования на Бога: ибо, ведая немощи наши, Бог никогда не допускает душу, уповающую на Него, до низложения напастьми. Если и люди знают, коликую тяжесть наложить ослу, а коликую — верблюду, и налагают на каждого по силе его; если и горшечник знает, сколько времени надлежит держать на огне делаемые им сосуды, дабы излишне передержанные они не растреснулись, не додержанные же не оказались слабыми; если, говорю, и в людях есть довольно на это дело рассуждения; то не тем ли паче разум Господа Бога ведает, какое каждой душе навести искушение, дабы сделать ее годною и способною к Небесному Царствию и удостоить ее не только будущей славы, но и здесь — утешения от Духа Святого. Ведая, да терпим все доблестно и безмолвно, войдя внутрь своей келлии. Впрочем, бывает иногда крайняя нужда, говорит святой Василий Великий, войти в общение и собеседование с каким-либо опытным и назидательным человеком: благовременное и благонамеренное посещение т