Некет ОрияОбходя его острые грани
Глава 1
— Ты должна будешь на следующем балу притвориться своим братом! — зашла в мои покои матушка....
Как я докатилась до этого? Что происходит? Обо всем по порядку.
Мое имя Элеонора — Элизабет де Валуа, старшая дочь известного ювелирного мастера империи Жан Поля де Валуа....
Если быть точнее, несчастная, одинокая и презираемая в некоторой мере родителями старшая дочь.
Отец всегда мечтал о наследнике, поэтому, когда родилась я, он был очень разочарован. Но его разочарование длилось недолго, спустя 4 долгих по их меркам, и коротких по моим года, на свет появился мой младший брат Жан Андреас де Валуа. С детства окруженный заботой, любовью и баловством, он достиг 16-летия ужасным человеком. Азартный, бестактный... Он просиял в обществе уже и без своего первого выхода, и вот, накануне официального бала с высокопоставленными лицами, исчез. "Может быть, он себя в карты проиграл?" — злобно подумала я, услышав от матери новость о том, что уже третий день он не возвращается. Конечно же, тайно его уже ищут и ждут писем с требованиями выкупа, но по факту, скорее всего, он затянулся в какую-то сомнительную, малознатную компанию и решил, что его путь лежит не через власть семьи, а через траты её денег. Как только у него они закончатся, он обязательно вернется. Не надо думать, что я плохая сестра, что я не люблю своего брата. Напротив, я слишком хорошо его знаю и поэтому спокойна. Его забрать могут, только если применят невероятную силу. Он скользкий, юркий и безшабашный. Впрочем, это у нас семейное. Особой строгостью я тоже не обладаю.
Поэтому, когда мне дали вдоволь насладиться гардеробной с мужской одеждой и украшениями, к которым я как представительница ювелирного мастерства питала невероятную привязанность, я и вовсе забыла о том, что я всего лишь Клеопатра при безшабашном Птолемее.
Я обожаю красивые украшения, красивую одежду... А тут дорогие ткани, приятные на ощупь... Мужские камзолы, расшитые золотом, шелковые рубашки, узкие брюки, высокие сапоги. Я минут 10 просто наглаживала и мяла коллекцию нарядов брата... Женские платья делаются из более мягких и нежных материалов, а тут я получила настоящий тактильный экстаз. Бисер и стеклярус покалывали пальцы и слегка царапали кожу ладоней, грубоватые нити с добавлением металлов, шелковые галстуки, атласные вставки, грубый бархат, пушистые воротники... Я едва не визжала от внутреннего восторга, это невероятно! Но когда открылась огромная шкатулка с мужскими украшениями, сделанными не только нашей семьей, но и другими ювелирами, я едва не бахнулась в обморок: броши, запонки, подвески, часы, браслеты, перстни, кольца... Безумная мысль, чтобы всеми ими обвешаться и... Служанка смотрела на меня как на какую-то извращенку.
"Госпожа сказала помочь вам, если что-то потребуется", — напомнила о своем присутствии девушка.
Стать своим братом... Думаю, не составит труда, но те, кто его знали близко, легко меня разоблачат. Мы оба светловолосы, светлоглазы, у нас есть общие черты. Мне повезло тем, что я не круглолицая, поэтому парочка мазков тенями и гримом, и мои скулы будут выглядеть мужественее. Разница в 10 сантиметров в росте легко заместится высоким каблуком или платформой. Вон, на спектаклях девушки играют самых красивых мужчин на свете... Думаю, театральности мне занимать ни у кого не придется. А фигуру легко замаскировать при помощи корсета, вставок под плечи и этих костюмов. Мужской этикет... Я частенько смотрела, как отец беседует с гостями, да и моя коллекция романов, в которых описаны идеальные мужчины с прекрасными манерами, думаю, лишними не были. Да и вообще, мужчиной быть не так уж и сложно. Особенно если у тебя есть титул и деньги.
Я скинула легкое домашнее платье, оставшись в легкой поддевной сорочке, и посмотрелась на себя в зеркало с легкой улыбкой. Стройная фигура облегалась пудровой тканью платья, выпирая незначительно в некоторых местах. Видимо, от волос придется отказаться. Я посмотрела на служанку и безжалостно приказала: "Сделай прическу, как у брата". Служанка поспешила за ножницами. Я посмотрела ещё раз на себя, Андреас красив и немного угловат, что добавляет ему некой женственности. Думаю, его минус будет моим плюсом, если бы он был огромным, как рыцарь, я бы вряд ли смогла стать его заменой.
Я вытянула из шкафа тёмно-синий камзол, расшитый серебром, и черные брюки. Выглядит он внушительно, в моих глазах блеснул огонек.
— Сегодня родится новый граф де Валуа! — сказала я, бросая на стул одежду и поворачиваясь к зеркалу, оценивающе глядя на свое лицо. Оно нежное, но я могу это исправить. Брат всегда подводит глаза, чтобы казаться более "загадочным", и обожает всякие приблуды, вроде пудры и карандаша для бровей. Что ж, я покажу, что значит быть более утонченным... Я могу скопировать его жесты... Служанка пришла с набором инструментов, чтобы исправить мою причёску. Спустя мгновение она отступила, и я посмотрела на новую себя и довольно улыбнулась. Я надела одежду, камзол сидел немного свободно, но я подтянула его поясом. Брюки длинноваты, но не важно. Я поправила воротник и усмехнулась. Мне придется говорить голосом немного ниже и быть ещё бесшабашнее. Он же всегда так говорил, как книжный герой, что-то вроде: "Что ж, сегодня я не в руке!". Я посмотрела с этой фразой на служанку, и она закивала головой.
— Впереди важное событие, нужно придумать легенду для "Элизабет", — сказала я, посмотрев на служанку.
— Дамам порой нездоровится, — скромно сказала она, и я улыбнулась, мне предстоит стать на какое-то время настоящим мужчиной... Это так волнительно!
Глава 2
Бал был в самом разгаре, когда в дверях появилась фигура, привлекшая внимание. Это был граф Андреас де Валуа, а точнее, его сестра Элизабет, искусно замаскированная под него.
Бархатный камзол, накладные плечи, даже специально подобранные сапоги, чтобы казаться выше, — все это было создано для идеальной маскировки. Каждый шаг графа был элегантен. Дамы посматривали в его сторону с восхищением, такая грация и у мужчины... Правда, слухи о сомнительной репутации Андреаса пробрались и сюда, он был известен как «игрок» и «ходок», поэтому девушки не спешили подходить, чтобы случайно не показаться легкомысленными и падкими на красоту. Взгляд Элизабет скользил по залу, выискивая знакомые лица. В отличие от брата, она уже два раза выходила в свет на балу и даже успела завести некоторые знакомства, чтобы понимать, с какими людьми стоит держать дистанцию, а с какими лучше идти на контакт. Однако, став мужчиной, она лишилась возможности найти в зале хоть одного человека, который с радостью бы поделился с ней ценной информацией. Мужчина должен сам собраться и сориентироваться. Элизабет наткнулась взглядом на него...
Герцог Валериус фон Цоллерн. Легенда среди знати, он был воплощением всего, что Элизабет представляла в своем идеале: сильный, уверенный, загадочный и, конечно же, совершенно недосягаемый. Вокруг него витала аура неприступности, о которой шептались все дамы. Его взгляд был пронзительный, осанка безупречной. Он гордо стоял у окна и казался высеченным из мрамора. Элизабет почувствовала, как сердце пропустило удар. Но тут она заметила, что за ней пристально наблюдает какая-то дама. Элизабет поспешила занять нейтральную позицию в зале, но оказалась в окружении мужчин, которые решили пообщаться с перспективным инвестором, коим являлся потомок рода Валуа. Ошарашенная тем, насколько скучными и непонятными могут быть речи мужчин, Элизабет кивала, как болванчик, неловко улыбаясь. Ей хотелось говорить о чём-то девичьем или хотя бы о том, какие последние модные нововведения использует ювелирная мастерская, но вместо этого все говорили о каких-то рудниках, сражениях и новых заводах... Казалось, вместе с танцующими парами кружились и мысли о том, как бы поскорее закончить эту нелепую игру во всепонимающего человека. Элизабет стала медленно отступать назад, понимая, что мужчины переключились на споры друг с другом. Она изящно улизнула и, резко повернувшись, оказалась прямо перед герцогом. Паника охватила её. Что сказать? Как по этикету приветствовать высокопоставленную особу?
Глаза Элизабет упали на перстень герцога. Тонкая работа, с изящными узорами. Кажется, этому украшению около сотни лет.
«Он просто великолепен!» — прошептала одними губами Элеонора, глядя на перстень. Герцог Валериус, сохранявший до этого невозмутимое выражение лица, слегка приподнял бровь. В его глазах мелькнуло замешательство. Он медленно опустил взгляд на свой перстень, а затем посмотрел на Элизабет, пытаясь понять, что она на самом деле думает. Элизабета же, осознав всю нелепость сказанного, почувствовала, как краснеет. Она надеялась, что герцог сочтет её эксцентричным чудаком, а не подозрительной особой.
Герцог посмотрел на Элизабет, словно обдумывая её поведение. Она уже приготовилась к холодному ответу или насмешке, но вместо этого герцог произнес:
— Мой перстень, граф? Вы весьма наблюдательны. И, должен признаться, выбираете весьма интересный способ завязать разговор.
В голосе герцога не было раздражения, лишь небольшая ирония. Элизабета почувствовала, как напряжение спало. Возможно, она не так уж и сильно провалилась. Мужчины ведь делают друг другу комплименты?
— Наблюдательность — это то, что отличает истинного ценителя, Ваше Высочество, — смело сказала Элеонора, стараясь придать своему голосу более глубокий, мужской тембр, — а ваш перстень... Он действительно заслуживает отдельного внимания. Не каждый день встретишь такую безупречную работу.
Герцог слегка улыбнулся, эта улыбка показалась Элеоноре не холодной, а теплой. Он не был таким неприступным, как о нём говорили. Или, по крайней мере, её странный интерес сумел пробить эту броню.
— Вы правы, граф, — ответил Валериус, — не каждый день. И должен признаться, что мало кто обращает внимания на мой перстень.
Элеонора почувствовала, как ее щеки вновь покрывает румянец. Она заинтересовала неприступного, холодного герцога. Это было неожиданно и приятно.