Я не стал описывать обыденные интимные отношения в японской семье, потому что с таким же успехом можно рассказывать об интимных отношениях в семье, скажем, польской, ограничившись лишь некоторыми статистическими данными. То, что для нас нормально, — сегодня за некоторым исключением нормально и для них тоже. «Нормальных» семей в Японии — большинство, «ненормальных» — значительно меньше. Из-за этого может показаться, что книга непропорционально много внимания уделяет рассказу о различных «извращениях». Но всего-навсего японская сексуальная палитра богаче красками.
Предвосхищая «критику» в свой адрес, скажу сразу, что это не значит, что я сам «извращенец» или что мне импонируют все виды сладострастных ухищрений, описанные в этой книге. Нет, автор лишь старался рассказать о самых распространенных из них в современной Японии. Прочитайте книгу, и вы убедитесь, что такой рассказ обоснован, выполнен не из желания эпатировать публику и многое из того, о чем говорится в книге, — не совсем то, что понимают под этими словами на Западе.
Я обошел стороной, ограничившись короткими комментариями, такие проблемы, как сексуальное насилие на работе или в семье, потому что считаю, что это более социологические темы, чем те, над которыми мы размышляли в этот раз. Точно так же, много рассуждая о «перверсиях», я оставил в стороне копрофилию и зоофилию, хотя последняя в Японии непопулярна, а вот к услугам любителей первой есть специальные клубы, но не на всё даже у автора хватило моральных сил, да и совсем не это являлось основной целью написания «Обнаженной Японии».
Главной задачей при работе над этой книгой была попытка объяснить, что такое японская сексуальная традиция, откуда она взялась, как развивалась и к чему привела. Попытаться проанализировать проблемы, которые возникли или могут возникнуть в связи с особенностями японского отношения к сексу у самих японцев и во всем мире. Я отвел целую главу для описания растущей взаимной тяги японских мужчин и русских девушек — насущной, как мне кажется, проблеме двусторонних приватных отношений. Сделал небольшое приложение для фанатов «японского секса», которых все больше и больше в России, и по мере написания этого приложения я окончательно понял, что чаще всего они фанатеют от мифа.
Выполненная работа получилась во многом компилятивная, но по-иному и быть не могло — обширная историческая часть и анализ современных исследований и мнений на исследуемую тему этому способствовали. Для второго издания в книге исправлены некоторые ошибки и неточности и написана новая глава — о семейном и несемейном сексе современных японцев. Немало в книге и цитат из исторической и художественной литературы, прежде всего на русском языке. Причина этого проста: если цитаты убрать, получится разговор о сексе за столом на кухне, чего не хотелось бы, а иных свидетельств, кроме литературы, японская история эротики почти не оставила. Вдобавок вы узнаете, где прочитать о заинтересовавших вас нюансах подробнее.
Надеюсь, что в итоге автору все же удалось достичь желаемого. По крайней мере, я получил массу удовлетворения от этой работы. Желаю того же и вам и верю, что это только начало!
Александр Куланов
Эта книга была бы невозможна без исследований и помощи Кристины Белоглазовой, Елены Ватолиной, Натальи Величко, Сергея Гриса, Александра Долина, Андрея Ефанова, Игоря Курая, Александра Мещерякова, Вадима Смоленского, Андрея Стрешнева, Юрия Тавровского, Натальи Устиновой, Андрея Фесюна, Натали Тикуси, Анастасии и Михаила Кальчевых, Ольги Васильевой и других россиян и многих наших японских друзей, пожелавших по понятным причинам остаться неизвестными.
Отдельная благодарность профессорам Э. В. Молодяковой и А. Н. Мещерякову за предоставленные материалы из личных коллекций сюнга, А. Н.Фесюну — за особенно подробное исследование Ёсивары, к которому отсылаем всех желающих узнать о жизни этого квартала любви подробнее.
Японские имена и фамилии приведены в книге по японскому образцу — сначала фамилия, потом имя — и в именительном падеже.
Глава 1. Страна божественного секса
Плотная подгонка
Точно так же, как почти любая европейская или, шире, христианская традиция может быть истолкована с опорой на канонические тексты Библии, а при невозможности — на неканонические, апокрифические Евангелия, так и большинство современных японских традиций, представлений о мире, нравственных основ и практических ценностей этого народа можно объяснить, ссылаясь на канонические тексты древней японской культуры синто: «Кодзики» («Записи о деяниях древности») и «Нихонги» («Анналы Японии»). Впрочем, и в самой Японии многие относятся к самому слову «синто» односторонне — по-европейски и по-американски. Эта исконно японская религия, японское язычество, была сильно скомпрометирована в эпоху милитаризма — в конце XIX — начале XX века, когда она отождествлялась с идеологической поддержкой военной политики. Хотя после официального отказа императора Сева от титула «Живого бога» прошло более шестидесяти лет, многие японцы и неяпонцы до сих пор поворачиваются спиной ко всему, что связано с синто. Эта тема не имела бы для нас никакого интереса (ведь наша книга совсем не о политике), если бы не одно «но»: по объему и качеству мировоззренческих догм «эпохи богов», когда закладывались все основные морально-нравственные ценности японцев и формировался их взгляд на мир, в том числе и на свой внутренний мир, эти две книги вполне можно назвать священным писанием японской культуры. А раз так, то, точно так же, как и в христианском Священном Писании, мы можем найти в них многое из того, что пояснит нам основы формирования японской сексуальной культуры.
Европейцев в ней завораживали и продолжают магнетизировать многие вещи, но, пожалуй, самый распространенный миф касается даже не загадочного мастерства средневековых проституток-юдзё и не скрытого от глаз посторонних (а иностранец в Японии всегда посторонний, он — гайдзин, то есть человек извне) эротического мастерства танцовщиц-гейш, а самого отношения японцев к сексу.
Именно это — отношение японского народа к сексу, которое в своем истинном качестве практически неизвестно за пределами Японии, где его заменяют мифы о сексуальности японцев, — и шокирует больше всего европейцев и американцев, приезжающих в эту страну и желающих своими глазами и прочими органами получения информации проверить справедливость легенды. Рассуждения о том, насколько сексуальны или нет современные японцы, еще впереди, но главный принцип отмечается наблюдателями сразу: местные жители не относятся к половой любви как к чему-то сакральному, в высшей мере вожделенному или сугубо интимному. Секс для японца — часть повседневной жизни, и часть далеко не самая важная, по крайней мере не определяющая сегодня его жизненный путь.
Европейского или американского обывателя, воспитанного на «культуре вины», на библейском мифе о змее-иску-сителе, где в одном названии сразу запечатлелись и ужас, смешанный с отвращением перед скользким гадом, и презрение к провокатору, на основополагающем для иудео-христианской морали понятии «плотского греха», такое отношение к сексу надолго выбивает из колеи, заставляя мучиться бессмысленным вопросом: «А нормальные ли люди эти японцы вообще?»
Интересно, что сами японцы, впервые соприкоснувшиеся с христианством довольно давно — в XVI веке, поначалу вовсе не обращали внимания на эту реакцию и на сексуальные запреты далекой для них библейской культуры. Лишь позже, в Новое время, отсчет которого довольно точно можно начинать с буржуазной революции 1868 года, они весьма рьяно принялись выполнять нравственные рекомендации христианства, усваивавшиеся в комплекте с набором западных новшеств вроде ношения европейской одежды или строительства линкоров. Но, как и многое в Японии, это была лишь видимость, картинка, которую японцы показывали иностранцам, чтобы не отличаться от полезных для страны проводников прогресса.
Многие исследователи сравнивают отношение японцев к сексу с отношением к выполнению физиологических функций организма, да и автору этой книги опрошенные молодые японцы чаще всего заявляли, что «секс — это что-то вроде чистки зубов, только значительно реже». На первый взгляд это удивительно, но лишь на первый взгляд. В соответствии с традиционными географическими и религиозно-мифологическими представлениями японцев сама их страна — результат не чего иного, как божественного соития высших сил, поистине она — Страна божественного секса.
Синто исходит из святости природы и богоугодности всего естественного, натурального, в том числе и плотской любви — почему бы и нет? Сами по себе синтоистские боги и богини просты и понятны, а их желания естественны. «Кодзики» и «Нихонги» недвусмысленно дают понять, что и устроены боги как люди, и активно используют разницу в строении своих тел, к взаимному удовольствию: влюбляются, сходятся, изменяют, отбивают возлюбленных — иногда близких родственников и родственниц, рожают острова, богов и людей. Греха, плотского греха, да и какого-либо другого в этом деле просто нет и быть не может! Именно поэтому разумеется, что бесчисленным поколениям японцев провозглашение дозволенности только супружеской любви, да к тому же только для продолжения рода, или иные ограничения сексуальной жизни, принятые у европейцев, казались поистине варварскими, идущими против воли богов — ведь те занимались любовью не только плодотворно, но и почти без ограничений. Хотя кое-какие тонкости в этом деле существовали и в самые древние, легендарные времена. Чтобы разобраться, какие именно, стоит обратиться к истокам — к Первому свитку «Кодзики» — «Запискам о деяниях древности» (712 год н.э.): «Тут все небесные боги своим повелением двум богам Идза-наги-но микото и Идзанами-но микото: “Закончите дело с этой носящейся [по морским волнам] землей и превратите ее в твердь”, молвив, драгоценное копье им пожаловав, так поручили.
Потому оба бога, ступив на Небесный Плавучий Мост, то драгоценное копье погрузили, и, вращая его, хлюп-хлюп — месили [морскую] воду, и когда вытащили [его], вода, капавшая с кончика копья, сгустившись, стала островом. Это Оногородзима — Сам Собой Сгустившийся остров»