Разве Леди не могла вызвать кого-нибудь, кто был поближе?
Мы жертвы своих собственных способностей. Там, где положение становится наиболее угрожающим, ей всегда нужна Гвардия. Она знает, что лучше нас эту работу не сделает никто.
Проклятье и ещё десять раз проклятье.
ГЛАВА 11Можжевельник: Работа в ночь
Шед отдал Крагу только девять из десяти лев. Оставшаяся монета пошла на то, чтобы купить дров и пополнить запасы вина и пива. Его кредиторы тоже почуяли, что у него появились деньги. Но эта небольшая поправка в делах не принесла Шеду облегчения. На следующий раз, чтобы заплатить Крагу, ему опять пришлось брать в долг у ростовщика по имени Гилберт.
Он поймал себя на мысли, что жаждет, чтобы кто-нибудь поскорей скопытился. Ещё один десяток лев позволил бы ему протянуть зиму.
А она была суровой, эта зима. В гавани всё замерло. Работы в Котурне не было. Единственным просветом для Шеда был Аза. Всякий раз, когда Аза выбирался от Крага, он приносил с собой дров, пытаясь купить себе дружбу.
Вошёл Аза, неся свой груз.
— Будь настороже, — доверительно сказал он, наклонившись к Шеду — Краг узнал, что ты занял у Гилберта. — Шед посерел. — У него целая очередь покупателей на «Лилию». Они уже девочек собирают.
Шед кивнул. В это время года содержатели притонов набирали на работу отчаявшихся женщин. А летом, когда матросы уходили в море, они уже были не нужны.
— Ублюдок. Заставил меня поверить, что у меня есть ещё время. Я должен был это предвидеть. А так он получит и мои деньги, и мою «Лилию.» Ублюдок.
— Ну, я тебя предупредил.
— Да. Спасибо, Аза.
Безжалостно, неумолимо навалился день, когда Шед должен был платить. Гилберт отказал ему в займе. Кредиторы помельче буквально осаждали «Лилию». Наверняка это Краг натравил их.
Со стаканом вина он подошёл к Ворону.
— Можно присесть?
По губам Ворона проскользнула тень улыбки.
— Это твоё заведение. С каких это пор ты стал таким дружелюбным?
— Я нервничаю, — соврал Шед. При виде Ворона он просто чувствовал угрызения совести. — Волновался о своих долгах.
Ворон всё прекрасно понял.
— Ты подумал, что я мог бы тебе помочь?
— Да, — почти простонал Шед.
Ворон тихо рассмеялся. Шеду показалось, что он заметил в этом смехе нотки торжества.
— Ладно, Шед. Сегодня?
В голове у Шеда возникла картина, как Сторожа увозят его мать на своей телеге. Он подавил возникшее чувство отвращения к самому себе.
— Ну.
— Ладно. Но на этот раз ты помощник, а не партнёр. — Шед сглотнул, затем кивнул. — Уложишь старушку в постель, потом спустишься обратно вниз. Понял?
— Да, — прошептал Шед.
— Хорошо. А сейчас отойди. Ты меня раздражаешь.
— Да, сэр.
Шед отошёл. Весь остаток дня он не посмел никому взглянуть в глаза.
Резкий ветер завывал в долине, хлестал снежными хлопьями. Сидя в повозке, Шед ужасно дёргался. Погода всё ухудшалась.
— Почему сегодня? — проворчал он.
— Самое лучшее время, — процедил Ворон сквозь зубы. — Никто не заметит.
Он свернул в Свечной переулок, от которого отходило множество узких аллей.
— Здесь хорошее место для охоты. В такую погоду все, кто ползает по аллеям, дохнут как мухи.
Шеда передёрнуло. Он был слишком стар для такого. Но именно поэтому он здесь и находился. Чтобы не проводить потом на улице каждую ночь.
Ворон остановил повозку.
— Посмотри в этом проходе.
Как только Шед перенёс свой вес на ноги, они немедленно заболели. Хорошо. По крайней мере, он хоть что-то чувствует. Значит, ещё не отморозил.
В аллее почти не было света. Он искал, ориентируясь скорее на интуицию, чем на зрение. Он нашёл тело, которое лежало под каким-то навесом, но оно вдруг начало шевелиться и стонать. Шед побежал.
Когда он оказался у телеги, Ворон как раз что-то взваливал на неё. Шед отвёл глаза. Этому мальчику явно не было и двенадцати. Ворон прикрыл тело соломой.
— Это один. Сегодня ночью, по такой погоде, мы должны найти то, что нам нужно.
Шед задушил в себе протест и уселся на своё место. Он думал о матери. Ей не придётся проводить такие ночи на улице.
На следующей аллее он нашёл свой первый труп. Старик упал и замёрз, потому что не смог подняться. С болью в душе Шед потащил тело к повозке.
— Хорошая ночь, — огляделся Ворон. — Никакой конкуренции. Сторожа в такую погоду носа не высунут. — Ворон секунду помолчал. — Есть надежда набрать целую гору жмуриков, — сказал он тихим, мягким голосом.
Они двинулись к берегу, и там каждый из них нашёл ещё по одному трупу.
— Но тебе-то зачем этим заниматься? — спросил Шед.
— Мне тоже нужны деньги. Предстоит дальний путь. А так можно быстро получить большие деньги, и без особого риска.
Шед подумал, что они рискуют гораздо сильнее, чем представляет себе Ворон. Их ведь могут просто на части разорвать.
— Ты ведь не местный, не из Можжевельника?
— С юга. Матрос с потерпевшего крушение корабля.
Шед не поверил. У Ворона был совершенно другой акцент, хотя и не сильный. Но ему не хватило духа назвать этого человека лжецом и выбить из него правду.
Разговор продолжался урывками, то возобновляясь, то прекращаясь. Об истинных мотивах Ворона Шеду не удалось узнать больше ничего.
— Сходи туда, — сказал ему Ворон. — А я посмотрю здесь. Последняя остановка, Шед. Достаточно.
Шед кивнул. Он хотел, чтобы эта ночь поскорее закончилась. К своему отвращению он понял, что начал оценивать людей на улице в качестве нужного ему товара. Он ненавидел их за то, что те умирали в таких чертовски неудобных местах.
Он услышал тихий оклик и быстро повернулся. Ворон нашёл. Этого было достаточно. Шед побежал к телеге.
Ворон уже сидел на ней и ждал. Шед суетливо вскарабкался на своё место, прикрыл лицо от ветра. Ворон хлестнул мулов, и повозка медленно двинулась с места.
Они были уже на полпути к Порту, когда Шед услышал стон.
— Что? — Одно из тел зашевелилось. — О! О чёрт, Ворон!..
— Да он всё равно умрёт.
Шед сгорбился, уставившись на дома, стоявшие на другом берегу реки. Ему хотелось спорить, драться, сделать хоть что-нибудь, чтобы не принимать участия в этом кощунстве.
Полчаса спустя он снова поднял глаза и не узнал места. Вдоль дороги на приличном расстоянии друг от друга стояло несколько больших домов. Их окна были тёмными.
— Где мы?
— Почти на месте. Ещё полчаса, если дорога не будет слишком скользкой.
Шед представил себе, как телега съезжает в кювет. Что тогда? Бросить всё и надеяться, что их не выследят? Угрызения совести сменились страхом.
И тут он понял, где они находятся. Дальше наверх, кроме Чёрного Замка, ничего нет.
— Ворон…
— Что такое?
— Ты приближаешься к Чёрному Замку.
— А куда, ты думал, мы едем?
— Там люди живут?
— Да. А что с тобой?
Ворон — иностранец. Ему не понять, как в Можжевельнике относятся к Чёрному Замку. Люди, которые подходили к нему слишком близко, просто исчезали. В Можжевельнике предпочитали делать вид, что этого места вообще не существует.
Заикаясь, Шед объяснил, чего он боится.
— Только показываешь своё невежество.
Шед посмотрел на чёрный силуэт Замка, который вырисовывался сквозь снежную пелену. Здесь, в горах, снегопад немного ослабел, но ветер стал ещё злее.
— Давай тогда скорей покончим с этим, — уступив, пробормотал трактирщик.
Стали различимы стены, шпили, башни. Нигде ни одного огня. Ворон остановил повозку перед высокими воротами, слез и пошёл вперёд пешком. Он гулко ударил по воротам. Сгорбившись, Шед сидел, надеясь, что Ворону никто не ответит.
Но ворота открылись тотчас же. Ворон забрался на телегу.
— Ну, давайте, мулы.
— Внутрь не пойдём?
— Почему?
— Эй, это нельзя, нет.
— Заткнись, Шед. Если хочешь получить свои деньги, поможешь разгружать.
Шед чуть не захныкал. Они так не договаривались.
Ворон проехал через ворота, завернул направо и остановился под широкой аркой. Единственный фонарь боролся с чернильной темнотой, напиравшей со всех сторон. Ворон спрыгнул вниз. С напряжёнными до предела нервами Шед последовал за ним. Они стащили тела с повозки и свалили их на лежащие рядом каменные плиты.
— Залезай обратно на телегу и держи язык за зубами, — сказал Ворон.
Одно из тел пошевелилось. Шед застонал. Ворон сильно ущипнул его за ногу.
— Заткнись.
Появилась какая-то тень. Длинная и тощая, она была одета в просторные чёрные штаны и свободную рубаху. Фигура осмотрела все тела и, кажется, осталась очень довольна. Тень обернулась к Ворону. На мгновение Шед увидел холодное глянцевое лицо, состоящее из острых углов и теней, с парой мягко светящихся глаз.
— Тридцать, тридцать, сорок, тридцать, семьдесят, — бубнила она.
— Тридцать, тридцать, пятьдесят, тридцать, сто, — возражал Ворон.
— Сорок. Восемьдесят.
— Сорок пять. Девяносто.
— Сорок. Девяносто.
— Договорились.
Они торговались! Насчёт стариков вопросов не возникало. А за молодого этот длинный наотрез отказался давать больше. И вся торговля шла за умирающего человека.
Шед смотрел, как длинный отсчитывает монеты. Вот это повезло! Двести двадцать серебряных! С такими деньгами он сможет бросить «Лилию» и устроиться на новом месте. Он мог вообще выбраться из Котурна.
Ворон ссыпал монеты в карман плаща. Шеду он отдал пять.
— Это всё?
— По-моему, неплохо за одну ночь.
На самом деле такие деньги можно заработать только за месяц упорного труда, но получить только пять из…
— В прошлый раз мы были партнёрами, — сказал Ворон, залезая на место возницы. — Может быть, и ещё будем. Но сегодня ты — нанятый человек. Понял? — В его голосе появилась жёсткость.
Шед кивнул, опять испугавшись.
Ворон тронул телегу с места. Шед почувствовал, что сильно замёрз. Здесь была далеко не адская жара. Он вздрогнул, почувствовав, как жадно наблюдает за ними тот длинный.