Зверь, попав под власть магии, никак не отреагировал на боль. Повинуясь воле чародейки, он стал разворачиваться и вскоре поплыл в противоположном направлении – к берегу.
– Ты, парень, не зевай, – Лестер несильно пихнул Матвея локтем в бок. – Дело только наполовину сделано, а повсюду Летуны ошиваются. Для них кит первое лакомство, так что если не хочешь, чтобы эти твари твоей добыче шкуру попортили, будь добр – бди. Да и дирижабль от их когтей защищать по-прежнему надо.
Тут капитан китобоев оказался совершенно прав. Большая часть крылатых гремлинов отреспаунилась и теперь жаждала мести, а потому нападали твари куда более отчаянно. Парочка даже умудрилась зацепить Коула, хорошо хоть, что несильно.
Марина весь обратный путь была занята тем, что направляла Водного Единорога, погрузившись в транс. Она застыла посреди гондолы, опустив голову, и напоминала статую, беспрестанно бормочущую.
Наконец добрались до берега. Матвей спустился с гондолы и приблизился к Единорогу, по грудь зайдя в воду. Вблизи пятнадцатиметровое создание казалось настоящим исполином и внушало трепет. Тут же Климова окликнул Лестер и бросил острогу – теперь предстояло умертвить кита, чтобы забрать либо его сущность, либо несколько частей тела: рог, плавники, кровь и легкие. Поскольку ведьма велела сделать Единорога «фундаментом» для будущего чудовища, Матвею нужна была его сущность.
Убивать зверя, хоть и виртуального, оказалось непросто. Тем более что он, подчиненный магии Марины, просто лежал в воде и ждал своей участи. Климов куда больше привык наносить последний удар тем противникам, которые отчаянно сражались за свою жизнь и жаждали отнять ее у него самого. Однако пироманту Бруно все же пришлось пронзить сердце огромного морского животного, после чего сущность Единорога перекочевала в специальный нефритовый артефакт, формой напоминающий человеческое сердце. В точно таких же ждали своего часа Конг и Бонг.
– Славная была охота! – донесся сверху бас Лестера. Матвей поднял голову и увидел капитана, стоящего возле борта гондолы. – Если что, обращайся, здесь еще немало добычи!..
Капитан китобоев отвернулся, и дирижабль стал набирать высоту, после чего медленно поплыл к соседнему острову.
Как только Матвей выбрался из воды, пришло сообщение от ведьмы:
«Ну что же, пиромант Бруно, ты великолепно справился с заданием. Однако это только начало, поскольку мне нужно действительно уникальное существо. К счастью, здесь хватает мобов с потенциалом, в этом плане «МонстерКрафт» – настоящая сокровищница. Тебе предстоит выйти на охоту еще трижды. Но немного позже, сейчас нам необходимо улучшить твое материальное положение. Конг и Бонг засиделись в артефактах, поэтому тебе стоит дать им проявить себя в сражениях с питомцами других игроков. Сейчас я отправлю тебе координаты одной из самых подходящих в этом плане арен…»
Квест первый: Большой зуб - 2
Лозсвудские равнины, взятые в полукольцо поросшими лесом горами, были настоящим царством рудников, шахт и маленьких городков. В самом крупном, Оуптоке, располагалась арена, на которой сражались химеры, только вступившие на долгий и тернистый путь трансформаций. Конг и Бонг пока что принадлежали как раз к числу новичков, а потому НПС-владелец арены Айргуд – приветливый старичок с озорным лицом, одетый в темный костюм-«тройку», – с радостью принял петов Матвея в число участников предстоящего турнира.
До боев оставалось около часа, и Климов за это время основательно закупился хилками и зельями с бафами, истратив большую часть денежного запаса. Однако, в случае победы, расходы с лихвой окупались – победитель турнира получал четырнадцать тысяч пиастров. Для дальнейших планов пироманта Бруно этих денег вполне хватало.
«Надо постараться», – размышлял Матвей, приближаясь к арене – невысоким деревянным трибунам, образующим круг диаметром метров в семьдесят.
Конг и Бонг пока что находились в артефактах, а вот другие участники турнира вовсю хвастались собственноручно созданными питомцами. Климов видел огромного паука с тремя львиными головами и щупальцами кальмара, тролля, ниже пояса переходящего в тело мамонта с крабьими клешнями по бокам, четырехметрового ящера с крыльями гигантской летучей мыши и ядовитыми шипами на хвосте – и еще много всяких невиданных зверей, которых не встретишь даже на неведомых дорожках. Голоса, смех, крики, рык петов, тяжелое дыхание толпы – все это нервировало, притом что раньше Матвей не раз участвовал в подобных мероприятиях и находил в них особую прелесть. Однако это было до того, как безымянная, немного безумная и обладающая невероятной силой женщина решила сделать геймера Климова очередной своей марионеткой…
– Новенький что ли?
Матвея несильно толкнули в бок. Он обернулся и увидел игрока в кожаном шлеме с красными линзами, закрывающими глаза, длиннополом коричневом плаще и с металлической трубой в руках, соединенной гофрированным шлангом с левой стороной груди. Звали коллегу по пиромантскому цеху Ларсом, был он семьдесят первого уровня, а в петах у него оказался здоровенный – больше двух метров в холке – черный бык с головой горгульи, шипастой костяной броней, защищавшей круглые бока, и шестью суставчатыми отростками на спине. Собственные ноги ему заменяли лапы Бирюзовой Виверны, довольно-таки опасной тварюги.
– Да, первый раз на арене, – неохотно ответил Климов.
– Ну а зверье твое где? Или сам драться будешь? – Ларс хохотнул, отчего у Матвея стало еще меньше желания общаться.
Тем не менее, он ответил:
– Зверье спит пока. Призову перед боем, тут и так не протолкнуться.
– Что есть, то есть, – согласился Ларс.
Позади послышались крики, свист, аплодисменты. Матвей обернулся и увидел, что на арену идут трое игроков. Чуть впереди был маг воздуха – с благородным лицом эльфа и длинными платиновыми волосами, одетый в светло-серый костюм летчика начала двадцатого века. Справа от него шел чернобородый и кряжистый геомант в темно-коричневой плащ-палатке, а слева – заклинатель холода, голый по пояс и покрытый инеем. Лицо скрывалось под синим колпаком палача.
– Ну да, куда же без вас… – пробормотал Ларс, хмуро глядя на троицу. Пет-бык, словно почувствовав, что у хозяина испортилось настроение, угрожающе всхрапнул.
– Знакомые? – спросил Матвей, наблюдая за магом воздуха. Его звали Брут, он достиг сто тридцать третьего уровня – довольно солидно, а потому держался товарищ с хорошо видимым пафосом: задранный нос, покер-фейс, отсутствующий взгляд…
– Хуже геморроя такие знакомые. А ты что, их не знаешь?
– Впервые вижу, – равнодушно ответил Климов. – Но, судя по всему, птицы гордые.
– Еще как, – Ларс усмехнулся. – Местные звезды, блин. Мажоры. Главный у них, Брут, сынок какого-то сенатора-губернатора. Так что, сам понимаешь, деньги у него водятся – и в игру он вкладывает такие суммы, что я лет за десять едва заработаю. Постоянно нанимает неписей, охотится на самых редких существ и творит из них совсем уж уникальные гибриды. Народ говорит, у него уже целая ферма и кое-что даже на продажу идет – таким же богатеньким.
– Что он тогда здесь делает? Призовой фонд небольшой, Брут на той же продаже петов куда больше заработает.
– Заработать-то заработает, – Ларс скорчил кислую мину, – а ведь есть еще ЧСВ, и его тоже раскочегаривать надо время от времени. Нравится ему подтверждать статус непобедимого, великого и бла-бла-бла… Да и петов-новичков прокачать никогда не бывает лишним. Сам ведь знаешь, за первую победу плюс уровень, за вторую – плюс два и так по нарастающей. Вот и получается, что за один турнир пет-победитель апается на целых десять левелов. Нормальный такой прокач…
В ответ Матвей лишь кивнул, чувствуя себя все более неуютно. Он прибыл сюда исключительно за победой, и появление серьезного конкурента отнюдь не радовало. Неизвестно, что за «зверушку» припас мажор-Брут. Разумеется, состоящая из неписей судейская коллегия тщательно проверяла характеристики петов и все предназначающиеся им украшения, поскольку существовал определенный – и довольно узкий – коридор с нижней и верхней границами левела, мувсета и так далее. Конг выдерживал «золотую середину», а питомец Брута вполне мог быть сильнее, пусть и ненамного. Плюс – не стоило списывать со счетов боевой опыт самого мага воздуха. Все эти факторы усложняли дело, причем существенно.
Пару минут Матвей предавался мрачным мыслям и отвлекся, лишь получив сообщение:
«Знаю, что такой одаренный игрок, как ты, против читерства, однако иной раз необходимо сделать исключение. Сейчас как раз такой случай, поэтому, для нашего обоюдного спокойствия, я приготовила небольшой подарок. Открой инвентарь».
Климов сделал, как велела ведьма и обнаружил среди небольшого набора амулетов, колец, браслетов и прочей игровой бижутерии, предназначавшейся петам, новый предмет – ошейник из серого металла, украшенный черепами.
«Думаю, ты не будешь против, если я вручу Конгу небольшой предтурнирный подарок, – вновь написала ведьма. – Украшение уникальное, его действие рассчитано исключительно на один бой. Брут и в самом деле опытный суммонер, и у меня нет стопроцентной уверенности, что ты одержишь победу. Это твой самый серьезный конкурент, так что перед сражением с ним надень на Конга мой подарок. Думаю, эффект тебя приятно удивит».
Вскоре организаторы дали турниру старт. Участников оказалось ровно шестнадцать, сражение происходило по олимпийской системе, и вскоре Матвей вывел Конга на первый бой.
Ему противостояла Эльвира, остроухая чародейка-аэромант с фиолетовыми дредами. В качестве бойца она выставила здоровенный слоновий костяк, обвитый десятками ядовитых змей. На месте бивней сверкали голубыми разрядами электричества темные гибкие хлысты.
Зверь оказался очень неповоротливым, хоть и с приличным запасом хитпоинтов. Поэтому для шустрой гориллы, к тому же, способной летать, не составило труда справиться с петом дредоголовой. Матвею даже не пришлось хилить и бафать Конга, он лишь отдавал несложные команды, а весь поединок занял не больше двух минут.