Стан Олега. Ночь
Явление 5
Олег, один, стоит опершись на копье. Невдалеке от него Игорь спит, положив голову на щит. Воины вдали.
Гром всё гремит, но отдаленней, глуше;
Бушует кровь, но тише, но ровней!
Утихнешь ли ты, гибельная буря?
Найду ли я потерянный покой?..
О, то была ужасная минута!
Зачем я собрал войско? Для чего
Раскинут стан в долинах Цареграда?..
Как! Цареграда?.. Да! всё помню я!
Мне Цареград бессмертия залогом!..
Бессмертия?.. Всё оживилось вновь!..
Бессмертие – и образ милый девы?
Бессмертие – и бренная краса?
И я забыл, плененный красотою,
Любимую, заветную мечту?
Но я не знаю, что со мною было…
Любовь ли?.. Нет, не то зовут любовью!
Однако образ женщины во мне
Такую бурю страшную воздвигнул;
На Игоря я гневен был. О, Игорь!
(просыпается)
Великий князь!
(Подходит.)
О Игорь! Знаешь ты?
Нет, ты не знаешь про мое безумство.
Вчера – ужасно! – на меня оно
Нашло. Едва теперь лишь ожил я.
Безумство, князь?
Ты любишь, Игорь?
Знаешь
Ты сам, великий князь, мою любовь.
Но ты спокоен, ты идешь со мною
И славы и корысти добывать?
Со мною неразлучен образ девы.
Она во сне мечтается моем —
И счастлив я.
Ты счастлив? Будь же счастлив!
Оставь меня здесь одного, князь Игорь!
Игорь уходит в глубину театра; Олег остается один на авансцене.
Безумству должен быть конец. Я помню:
Когда-то сила дикая жила
В груди моей; железная когда-то
Была, я помню, воля у меня;
Намеренье рождало исполненье, —
Но где же вы?.. Я вызываю вас,
Души моей могучие движенья!
Так! Соберу свои все силы вновь
И с корнем вырву страшное безумье!
Скорее в бой – и меч, и клик, и кровь
Мне возвратят потерянное мною!
Царевна, в одежде дулеба, проходит по сцене. Олег вздрагивает.
Но нет, сильна беда! Не превозмочь!
Царевны образ в грудь мою теснится!
Она близка, над ней летает ночь…
Кто ей теперь в мечтах крылатых снится?
Увижу я тебя, Эллады дочь!
Спрошу тебя! – Всё скоро объяснится.
Во мне кипит взволнованная кровь!
Ужели я узнал тебя, любовь?
(Уходит.)
Явление 10
Те же, без Олега.
Сбывается предчувствие. О боги!
Ужели вы не сжалитесь над ним?
Как женщина бессильная он стонет,
Могучий князь, соседей гордых страх.
Явление 11
Те же и Якун, входит быстро.
Что, что случилось?
(ударяет в щит)
Воины! Восстаньте!
Скажи нам!
Я близ княжьего шатра
С дружиной был. Вдруг, бледный, с диким взором,
Прошел Олег как тень передо мной;
Вошел в шатер и вслед за тем услышал
Я свист меча и грозный князя крик.
Бегу туда. С мечом окровавленным
Стоял Олег. Вблизи лежал дулеб
С рассеченной по плечи головою,
И мне Олег, еще весь полный гнева,
Вскричал тогда: «Скорей, скорей, в поход!
Пусть встанут все; мы двинемся немедля!»
Тревога. Воины встают.
Надежда есть. Богам благодаренье!
Он скоро Цареград теперь возьмет.
Рассветает.
Явление 12
Игорь и Олег.
К оружию, к оружию скорее!
В решительный идем теперь поход.
(Подходит к волхву.)
О мудрый волхв! Как тяжко было мне!
Как горько я страдал! Какая буря
В груди моей гремела в эту ночь!
Но утра свет враждебный мрак сгоняет,
И благодатный солнца луч
Верхи бегущих черных туч
И серебрит и позлащает.
Так и в груди моей настала тишина.
Борьба, как буря, пронеслаея,
И, новой силою полна,
Душа грозней над миром вознеслася.
Теперь спешим под самый Цареград.
Не медли, князь!
Будь проклято медлепье!
(Отходит и говорит с Игорем и Свенельдом.)
Ты думаешь, Олег, что бури нет?
Стремишься ты ко греческой столице?
Да! там царевна; цель твоих желаний
С твоею страстью вместе съединилась;
И ты идешь. А если страсть твоя
Разделится опять с твоею целью?
Тогда… Но может быть… Теперь скорее
К стенам Царьграда! После… Может быть,
К нам не совсем немилостивы боги.
Друзья! В ряды! Всходящую денницу
Приветствуем воинственною песнью!
Олег впереди. С ним Игорь. Воины становятся в ряды.
Скорей, бойцы!
В ряды, бойцы!
Олега слышен щит.
Знаком он нам!
На смерть врагам
Так грозно он звучит!
Наш князь Олег
Чинит набег
На гордый Цареград.
Там злато есть.
Хвала и честь,
Когда он будет взят!
И княжий зов
На злых врагов
Вся слышала земля!
Любимые,
Родимые
Мы бросили поля,
И скромный ряд
Убогих хат,
И мира тишину,
И, взяв с собой
Доспех простой,
Пошли мы на войну.
Богат и нов
Доспех врагов!
От злата, как огонь,
Он весь горит,
И им покрыт
И всадник их и конь!
Но в битве, друг,
Исчезнет вдруг
Роскошный твой наряд;
Не праздник бой,
И меч простой
Не любит пышных лат.
Злаченый щит
Не сохранит
От меткого копья, —
И горе вам,
И слава нам!
Ликуйте же, друзья!
Скорей, бойцы!
В ряды, бойцы!
Олега слышен щит!
Знаком он нам!
На смерть врагам!
Так грозно он звучит.
Стройно уходят.
Вид десятыйМесто пред константинопольскими воротами, которые, с частью стены, видны на сцене
Явление 13
Царь Леон, за ним свита и воины, обойдя стены, подходят к воротам.
Друзья мои! Мы обошли весь город.
Все укрепленья тверды; но едва ль
Им устоять пред этой страшной бурей,
Которая над нами собралась.
Уж близок он, ужасный истребитель.
Уж с севера весь заревом кровавым
Пылает небосклон! Повсюду горе!
Небесный гнев над нами! И царевну
Напрасно ищем мы досель; она
Пошла одна мечтать при лунном свете,
И нет ее с тех пор. Но это кто,
Покрытый пылью, воин молодой?
Явление 14
Те же и царевна, в одежде дулеба.
Узнай меня, родитель мой!
О боже!
Ты это, друг мой? Говори мне, как
Тебя мне возвратило провиденье?
Что значит твой наряд? Откуда ты?
Ах! Я была в плену. Отряд Олега
Меня схватил у цареградских стен.
Я видела виновника набега,
Он не хотел расторгнуть девы плен.
В своем шатре меня оставив, стражем
Он юношу поставил у дверей,
О! То был чудный юноша! Прекрасный,
Задумчивый, чувствительный дулеб!
Ты навсегда в моем остался сердце!
Всю жизнь мою я отдала б тебе!
Сей юноша, проникнут состраданьем,
Спасение мне тайно предложил.
В его наряд скорей переодевшись,
Из стана я враждебного ушла.
Но юноша дулеб! Ах, что с ним сталось?
Он следовать хотел за мной, но нет!
Едва ли он избегнул мести князя.
Мне чудилось, когда я удалялась,
Что слышу я тяжелый стон
И дикий крик свирепого Олега.
Но я спаслася. Выходя из стана,
Увидела я борзого коня.
Стрелою вмиг я на него вскочила,
И он, как вихрь, помчал с собой меня.
Я бег его крылатый устремила
По скрытному кратчайшему пути,
Который даже здесь не всем известен.
Меня само хранило провиденье,
И я опять с тобой, родитель мой!
Царь обнимает ее.
Скажи мне, дочь моя, Олег отсюда
Еще далеко?
Нынче он не может,
Мне кажется, никак сюда прийти.
Шум.
Беда! Беда! Олег! Спасайтесь!
Олег? Ужель?
(Всходит на холм.)
О боже! Чудо! Чудо!
Скорей в ворота, дочь моя, войдем!
Погибли мы!
Быть не может, есть спасенье.
Родитель мой, надежды не теряй.
Я всё скажу тебе.
Войдем скорее.
Явление 15
Олег, с войском, въезжает в ладьях, поставленных на колеса. Паруса надуты ветром. Олег с Игорем впереди. Первый, спустив парус и воткнув копье в землю, останавливает ладью, что делают и прочие. Все выходят из лодок. На стенах часовые.
Вот он, сей град, предмет моих желаний,
Венец трудов! Как робки эти греки!
Они бегут, как овцы, предо мною.
Свенельд! Иди во град, спроси у них,
Чего они желают: чтобы я
Взял приступом их робкую столицу
Или хотят без боя покориться
И город мне на произвол отдать?
Иди!
(К воинам.)
Шатер мой княжеский раскинуть!
Раскидывают шатер, который занимает только небольшую часть сцены, и становят в него походные кресла; Олег садится.
Явление 16
Те же, без Свенельда.
Я близок к цели; я свершу, что должно;
И я бессмертен! Из царьградских стен
Я вырву несравненную царевну!
Она мне скажет свой ответ! Она
Мне скажет: «да», и, счастливый в потомстве,
С своим ее я имя съединю.
Так! Снова я спокоен, полон силы!
Я не страшусь теперь дверей могилы!
Бессмертие! Оно мне слаще вдвое,
Когда вдвоем его я разделю.
Явление 17
Олег, Свенельд и царевна (под мантией).
Великий князь! Ответ несет посол
От греческого государя. Вот он.
С тобой одним он хочет говорить.
(Выходит из шатра.)
Великий князь!
Царевна! Это ты!
(сбрасывая с себя мантию)
Да, это я!
(приняв спокойный вид)
Что принесла ты мне?
Ответ на твой вопрос в шатре. Ты помнишь?
О! Помню я! Какой же?
Да, Олег!
(вскакивая)
Да?
Но одну, позволь, одну лишь просьбу.
О, говори скорей, скорей! Мне тяжко
Твоей минуту не исполнить воли.
Дай обещанье мне.
Изволь, царевна!
Я княжеским своим великим словом
Твою исполнить просьбу обещаю.
(беря его за руку)
От Цареграда с войском удались.
От Цареграда? Боги! Невозможно.
Так просьбы не исполнишь ты моей?
Нет, не могу!
Изволь, Олег! Обратно
Тебе отдам я слово. Но ты знаешь:
Здесь эта просьба есть мое условье!
Мы без того простимся.
О, судьба!
(Берет ее за руку.)
Послушай! Цареград мне должно взять.
Ты понимаешь ли? Мне должно, должно!
Бессмертие мое, бессмертье… слышишь?
И слава вся в грядущем… понимаешь?..
От этого зависят! О царевна!
Не спрашивай подробнее меня!
Я говорю, что это так, и – боги! —
Я должен взять Царьград.
О милый друг!
Мои слова ты не толкуй превратно.
Я не хочу, сама я не хочу,
Чтоб от своей ты отказался славы,
От славы взять великий Цареград.
Но, друг, скажи мне: для чего же нужно
Тебе в него входить и разрушать?
Ты взял его, он твой; он на коленях
Лишь у тебя, Олег, пощады просит.
Итак, скажи, чего ж страшишься ты?
Смотри, я пред тобою на коленях,
Молю тебя о том же, мой Олег!
Да, я твоя! Но только не на пепле,
Не на развалинах родного града.
Сама тебе победы я залог.
Ты взял меня; ты мощною рукою,
Как прах, врагов кичливых разметал;
Твой гордый дух до этих стен проникнул;
Мечом победы добыл ты меня;
И я люблю тебя, великий воин,
Великий князь! Исполнен новых сил,
Ты Цареград великий покорил —
И греческой царевны ты достоин.
Что говоришь ты? Речь твоя сладка!
Твои слова так полны убежденья!
Я близ тебя, как малое дитя,
Робею и тебе во всем покорен.
Но нет, постой, минута велика.
(Подходит к двери шатра.)
Мне нужен, волхв, теперь совет твой мудрый.
Волхв входит в шатер.
Решается теперь судьба моя.
Ты видишь, волхв, я у желанной цели:
Пред нами Цареград. Склонился он
Перед моим мечом победоносным
И молит нас смиренно о пощаде.
Сюда прислал он юного посла;
Сама царевна, видишь, к нам явилась.
Доволен я; град покорился мне.
Итак, мои желания свершились.
Великий князь, ты не взял Цареграда;
Ты не вошел в него как бранный вождь,
С мечом кровавым наголо, с собою
Внося и смерть и разрушенье. Так
Его хотел ты взять. Так должно было.
Я не могу! Раздумал я! Нельзя!
И думаю: не нужно новой крови
И пепла нового и вновь развалин.
Возможность разве не одно и то же,
Что исполненье самое? Не всё ли
Равно, когда я мотылька схвачу
И выпущу потом его на волю?
Он был в моих руках; сомненья нет,
Что раздавить его я был бы в силах,
Когда б хотел. Возможность – то же дело.
Возможности вполне я здесь достиг,
И, мудрый волхв, тебя за тем я призвал,
Чтоб знаменье ты назвал мне, которым
Могу означить лучше я великой
Свой подвиг. Что мне должно сделать здесь,
Чтобы тот день был памятен потомству,
Когда грозила гибель Цареграду?
Великий князь! Ты мудрые слова
Вещаешь мне. Я в думу погружаюсь…
Какая мысль! Нет, эта мысль недаром
Блеснула вдруг в уме моем; но точно
Правдивая и верная то мысль!
Какая мысль?
Твой щит, о мой властитель,
Известен всем. Из серебра он слит,
Вокруг него обвит из злата обруч,
А на щите художник исчеканил
Различные деяния людские.
Известен всем далекий звон его;
На зов его стекаются народы;
Ты на руке несешь его пред ними,
Их предводи в сраженьях роковых.
Итак, сей щит к воротам Цареграда
Прибей, Олег! Я мыслю: заменит
Такое знаменье твоих деяний
И взятие и разоренье града, —
Бессмертен ты тогда.
Великий волхв!
Глубокую ты мысль поведал мне;
Хочу ее немедленно исполнить.
Благодарю тебя, Олег!
О боги!
Не это ль предвкушение уже
Бессмертия? Да! Так блаженным не был
Я никогда доселе.
(Задумывается.)
(сама с собою)
Может быть,
Успею я, когда супругой буду,
Его склонить ко христианской вере;
Язычника – к спасенью привести.
Олег и царевна выходят из шатра.
(обратившись перед тем к воинам)
Друзья мои! Вы видите царевну?
Она победы славной мне залог.
Я как трофей возьму ее с собою.
И, чтоб тесней с победой съединить
Судьбу мою и вместе государства,
Я нареку ее своей супругой.
Довольны ль вы?
Да здравствует Олег!
Олег говорит несколько слов на ухо Свенельду, и тот уходит.
Прелестная! Итак, твоя краса
Сурового Олега победила!
Приветствую тебя!
Благодаренье
Тебе за первый дружеский привет.
Всё войско в строй!
Приносят лестницу и ставят к воротам Царьграда.
Зачем в душе моей
Какое-то тяжелое сомненье,
Какой-то грустный, тайный голос? Боги!
Не обманула ль нас гречанка эта?
Приносят молоток и щит. Олег всходит по лестнице с молотком в руках,
Свенельд со щитом. Стены покрываются народом.
Внимайте мне, о верные мои,
Бесстрашные народы! С ваших стен
Внимайте, греки, речи государя!
Мой Цареград! Я взять его могу —
И не хочу! По в намять дел кровавых,
Битв и побед и, на копен, того,
Что Цареград в моей был полной власти,
Что мой шатер раскинут был у стен,
Моей победы совершенной в память,
Я прибиваю щит свой знаменитый
К высоким цареградским воротам!
Пускай отсель, щитом моим прикрытый,
Смеется он и бурям и врагам!
Пусть в нем с сих пор гремят победы клики:
На нем мой щит красуется великий!
Ликуйте же и радуйтесь, друзья!
Царьград неодолимый покорил я,
Свой грозный щит к его вратам прибил я!
Мечта сбылась! Теперь бессмертен я!
Клики. Олег прибивает щит к воротам Константинополя.
Занавес падает.