– Что вы от меня хотите? – простонал Ясер. – Где мой сын?
– Заткнись, обрезанный член!… – рявкнули ему в ответ. – Слушай меня внимательно, повторять не стану. Хочешь, чтобы твой выродок остался жив? Тогда делай то, что я тебе сейчас скажу. Во-первых, отзови легавых. Мы можем легко это проверить, у нас в Скотленд-Ярде есть свои люди, так что забудь про свои восточные хитрости. Во-вторых…
В кабинет по-кошачьи тихо вошел Али и показал жестами, что перехватить звонок никак не удается. Вероятно, на другом конце провода стоит какая-то хитрая аппаратура.
А Махлюф– старший уже начал задыхаться, в нем пробудилась задремавшая было астма. Он наивно надеялся, что вот-вот узнает этот голос, сможет разоблачить дерзкого шантажиста, но…
– Во-вторых, даем тебе сутки, чтобы обналичить десять миллионов долларов. В третьих, завтра же ты вылетаешь в Лондон. Один. Никаких телохранителей, никакой прислуги.
– Вы с ума сошли! – воскликнул Ясер. – Вы знаете, что такое десять миллионов долларов наличными? Это два чемодана!…
– Тебе видней, богатенький Пиноккио, – гнусаво захихикал голос. – Потаскаешь чемоданчики, погоняешь жирок. Это полезно, папаша… Ты слышишь меня?
– Слышу…
– Тут один молодой человек хочет с тобой поболтать. Только недолго, ладненько? Два слова.
– Отец… – В трубке раздался приглушенный голос Мухамеда. – Прости меня, отец…
Перед самым отлетом между Ясером и Али состоялась обстоятельная беседа один на один, прямо на взлетной полосе, под визг пропеллеров. Уж там-то их точно никто не мог подслушать.
– Позвольте хотя бы мне поехать с вами!… – настаивал начальник службы безопасности. – Я не имею права отпускать вас одного!…
– Почему одного? Со мной Аллах!… – пытался отшучиваться Махлюф-старший, но в следующий момент его лицо превратилось в серую каменную маску. – Не смей предпринимать каких-либо шагов, не смей!… Я тебя знаю!…
– Ваше слово для меня – приказ, – покорно поклонился Али. – И все же я осмелюсь высказать одно предположение. Не предположение даже, скорей, догадка.
– Ну-ну?…
– Известны случаи, когда дети богатых родителей инсценируют собственное похищение, чтобы вытребовать…
– Не смей говорить такое о моем сыне!… – завизжал Ясер. – Он получал от меня достаточно денег!… Более чем достаточно!…
– К тому же он мог знать номера банковских счетов…
– Не верю!… – отмахнулся от него Махлюф. – Он не такой!… Не такой!…
– Быть может, вы и мне уже не верите?
Ясер не ответил. Резко повернулся и зашагал к трапу.
Самолет скрылся в тревожных предгрозовых облаках, неся на своем борту Ясера Махлюфа и два набитых сотенными купюрами чемодана.
А еще через двадцать минут вслед за своим боссом вылетел и Али. Он так и не смог заставить себя наблюдать за этой критической ситуацией со стороны, он должен был прикрыть Ясера, позаботиться о его безопасности.
Разумеется, Али поставил Скотленд-Ярд в известность о скором прибытии эмира-миллиардера в столицу Великобритании и о том, что тот опасается иметь связь с полицией. И когда Ясер приземлился в Хитроу, его уже ждало наружное наблюдение. Двадцать опытнейших агентов, незаметно сливаясь с людской толпой, взяли его в плотное кольцо…
Ясер в точности исполнял план, полученный от вымогателей по телефону. Он добрался на такси от аэропорта до отеля «Холидей Инн», занял забронированный для него двухкомнатный номер люкс в пентхаусе.
Слежки Махлюф не заметил. Да он и не смотрел по сторонам, сосредоточив все внимание на драгоценных чемоданах.
Едва он закрыл за собой дверь номера, как в спальне затрезвонил телефон.
– С приездом, пузатый, – приветствовал его «родной» голос. – Чемоданчики-то тяжелые? Хе-хе… Ты один?
– Один.
– А те двое, что увязались за тобой от самого аэропорта, а теперь околачиваются на углу?
– Я не знаю, о чем вы говорите!…
Ясер приблизился к окну, сдвинул в сторону тяжелую занавеску. На углу, невдалеке от остановки рейсового автобуса, действительно стояли двое невзрачных мужчин и о чем-то переговаривались.
– Не нравится нам это… – занервничал голос. – Ты хитришь, жучище… Играть с нам вздумал?
– Клянусь Аллахом, я прибыл в Лондон без охраны, а полиции дал отбой еще позавчера! Я совершенно один!
– А если я тебе скажу, что отель оцеплен копами со всех сторон?
– Этого не может быть!…
– А ты выгляни в коридор. Наверняка там болтается пара легавых. Если так, то передай им, что малышка Мухамед собирается скушать сладенькую конфетку, напичканную цианистым калием. Очень вкусную конфетку!…
– Зачем вы издеваетесь надо мной? – вскричал Ясер. – Какое зло я вам причинил?
– Кто-то рождается бедным, а кто-то богатым, – наставительно заметил голос. – Богатые не любят бедных, а бедные ненавидят богатых. Вот и все. Только лишь на этих принципах строится общество, движется вперед мировой прогресс.
– Отдайте сына…
– Короче, планы немножечко поменялись. Сейчас ты выйдешь на улицу, пройдешь несколько шагов в сторону бакалеи. Видишь вывеску?
– Вижу… Зеленая такая, с рогаликом?
– Точно. Так вот, там увидишь ступеньки. Это станция метро. Спустишься на платформу и будешь ждать в том месте, где останавливается первый вагон в сторону Сити. А теперь слушай внимательно. В девятнадцать пятьдесят две подойдет твой поезд… Смотри, не перепутай! Девятнадцать пятьдесят две!…
– Да-да, я запомнил.
– Ты в него не садишься, а лишь закидываешь внутрь чемоданы.
– Дальше?
– А дальше получаешь своего выродка.
– Не понимаю…
– Там поймешь. – В трубке щелкнуло, и наступила тишина.
Ясер взглянул на часы. Без двадцати восемь! Осталось двенадцать минут!…
Не дожидаясь лифта, он пулей слетел по лестнице в холл, по пути чуть не сбив двух широкоплечих «постояльцев». Конечно же станция метро уже была заполнена копами в штатском, они искусно изображали из себя торопящихся пассажиров.
…Али сидел в припаркованном у бакалеи микроавтобусе с затуманенными стеклами. Рядом с ним находился тридцатилетний Брайан Спенсер, шеф отдела по борьбе с терроризмом. Они не сводили глаз с четырех мутноватых экранов, на которые подавалось телеизображение со скрытых телекамер, установленных на станции. Эта новинка влетела Скотленд-Ярду в копеечку, но они надеялись получить от богатого клиента компенсацию.
Вот Ясер вышел на платформу, огляделся, обнаружил схему, по которой определил, в какую сторону Сити, и остановился у предполагаемого первого вагона.
– Как думаешь, нас засекли? – спросил Али.
– Вряд ли, – ответил Спенсер. – Мои ребята работали тихо, без проколов.
– А что с поездом?
– Трое уже на месте.
В девятнадцать пятьдесят две подкатил поезд. Ясер вошел на негнущихся ногах в полупустой вагон. Поставил чемоданы на пол и вышел. Двери закрылись. Поезд отъехал.
Теперь Махлюфу должны были вернуть сына. Правда, с каждой минутой в это верилось все меньше и меньше. Скорей всего, его и на этот раз обманули. Получив десять миллионов, вымогатели не остановятся, они захотят еще и еще… Прав был Али, когда утверждал, что нельзя идти на поводу у шантажистов, что общение с ними ни к чему хорошему не приведет.
И вдруг!…
– Папа!
Ясер невольно вздрогнул, медленно. Его не обманули…
– Сынок!!!
Поезд уже приближался к следующей станции, а к чемоданам так никто и не прикасался. Редкие пассажиры опасливо смотрели в их сторону и на всякий случай пересаживались в дальний конец вагона. Возбужденным шепотом высказывались разные предположения:
– А вдруг там бомба?
– Бросьте, что за вздор! Это какой-нибудь сумасшедший или шутник. Схватил вещи своего друга и…
– Или шотландец. Все шотландцы идиоты.
– Но-но! Я попросил бы! У меня отец родом из Глазго!…
– Ой, извините… Ничего личного.
– Я только что из церкви. Я молился. Меня нельзя убивать.
Если бы они знали, что на самом деле было в чемоданах…
Двери открылись, и вагон мигом опустел. Остались лишь двое мужчин и одна женщина – агенты Скотленд-Ярда.
– Тут что-то не то, – растерянно сказал один из них.
И в следующий миг до них донесся странный гул. Поначалу приглушенный, он вскоре превратился в звенящий грохот. Затряслись стекла. Из тоннеля вылетели клубы черного дыма…
…– Сынок!!!
Ясер раскинул руки, побежал навстречу Мухамеду. У него даже не было сил улыбаться, а лицо свела страшная судорога.
– Не подходи ко мне… Не подходи… Не подходи… – отстраняясь, лепетал парень.
На Махлюфа нельзя было смотреть без слез и содрогания. Паренек буквально иссох, словно из него высосали все соки. Он и так был невысоким, а теперь походил на сгорбленного старичка-лилипута. Его черные ввалившиеся глаза истерично вздрагивали, а тонкие руки со вздутыми прожилками синих вен запахивали воротник уродливого осеннего плаща, будто старались что-то скрыть за пазухой.
– Ты боишься моего гнева? – прошептал Ясер. – Ты думаешь, что я буду ругать тебя?
– Не надо… – Мухамед продолжал пятиться.
– Глупый, не бойся… Ты ни в чем не виноват… Это все я… я… О! Всевышний, что они сделали с моим мальчиком?…
– Отец, у меня… У меня… – Махлюф распахнул плащ.
На его талии туго сидел кожаный ремень, к которому проволокой были прикручены продолговатые пластиковые коробочки…
– Это он! – вскричал Али, указывая пальцем в правый нижний угол экрана. – Он!! Он!!!
– Есть контакт! – Спенсер поднес к губам переговорное устройство. – Прикройте их! И выводите! Выводите немедленно!
Сыщики, прилипшие к голубоватым экранам, увидели все, что происходило в последующие несколько секунд.
Ясер крепко обнимает Мухамеда, но в тот же момент отшатывается. Парень широко открывает рот, что-то кричит, с силой отталкивает отца. Ясер падает, неуклюже поднимается. Тем временем Мухамед быстро идет к лестнице, но его останавливают агенты в штатском. Он им что-то объясняет. Размахивает руками. К ним подбегает Ясер, набрасывается с кулаками на одного из агентов. Его оттаскивают, предъявляют удостоверения.