— Прости, — вздохнула, подходя наконец-то к своему подъезду, — не поверишь, но я реально забыла. Завтра у меня дежурство, а послезавтра — выходной. У тебя как со временем — может, соберемся на тренировку?
— Утром у меня пары, а к часу я везу своих принцесс к бабушке, — быстро прикинул Артур, — часа в четыре на нашем месте. Если планы изменятся, я позвоню.
— Договорились, — машинально кивнула, доставая из сумки ключи от квартиры, — привет Маське, и не забудь передать Мышке поцелуй от тётушки Осы.
— Обязательно, — рассмеялся друг, окончательно перестав на меня сердиться, — до встречи, тётушка Оса. И больше не забывай звонить, пожалуйста.
С этими словами он отключился. А я вздохнула, запирая за собой дверь. Забудешь тут, как же. А вот напоминание о времени тренировки себе обязательно поставить нужно, а то забегаюсь и точно проморгаю всё на свете. Потом мне плохая память в качестве оправдания не поможет. От гнева Артура в этом случае меня спасет только билет на другой конец света. И то не факт, что друг не отправится следом, чтобы вправить мне мозги.
В квартире, конечно же, было тихо — за прошедшие сутки кактус на подоконнике разговаривать так и не научился, а кроме него дома меня никто не ждал. Это несчастный суккулент выживал в жесточайших условиях тотального игнора, а вот любое другое живое существо рядом со мной рисковало погибнуть от отсутствия заботы и внимания. Поэтому я и не пыталась заводить даже рыбок, хотя их молчаливость меня, безусловно, притягивала.
Но стоило бы быть до конца честной хотя бы с самой собой — я чувствовала себя комфортно в одиночестве. Кроме того, иногда у меня закрадывалось подозрение о проблемах с сенсорной восприимчивостью. В восьми случаях из десяти я предпочитала отдыху в веселой компании чтение интересной книги. Меня раздражали некоторые громкие звуки — вполне привычные и не доставляющие дискомфорта окружающим, мне они резали уши так, что меня всю передергивало. А еще, к примеру, я не могла носить вискозу, шелк и некоторые виды синтетики — от прикосновения к этим тканям по телу бежали противные судороги. Не сказать, что это доставляло мне особые проблемы, но и приятного в подобной «чувствительности» было мало.
Не знаю, почему подобные размышления вообще пришли мне в голову именно этим вечером, но всё то время пока я принимала душ, мысли о собственных странностях не оставляли меня в покое. Отвлек меня только поздний ужин, после которого я, забив на вред подобных действий для фигуры, завалилась на кровать.
А потом, когда у меня совсем уже закрывались глаза, на телефон пришло сообщение от Загорского: «Пациент проснулся, чувствует себя хорошо. Я прослежу за ним до утра. Спокойной ночи, Ольга» .
Я улыбнулась от осознания того, что мужчина сдержал своё обещание. Впрочем, на работе Кирилл всегда был ответственным, странно, что я вообще могла сомневаться в нем.
«Спасибо, Кирилл. Надеюсь, ваше дежурство будет спокойным» — немного помедлив, всё же ответила, хотя и не была уверена, что в ответе вообще нуждались. Но элементарную вежливость ведь никто не отменял, правда?
Так, с улыбкой, я и заснула, сжимая в руках подушку. И снилось мне что-то приятное, судя по настроению, с которым я проснулась наутро и собиралась в больницу.
Когда я приехала на работу, Кирилл уже ждал меня в ординаторской.
— Здравствуйте, Ольга, — усталый и, как мне показалось, немного осунувшийся, он протянул мне пачку документов, — вот все истории болезни. Ночь, не иначе как вашими пожеланиями, была относительно спокойной, так что почти все выписки я оформил — вам останется только отправить пациентов по домам.
— Офигеть, — выдохнула восхищенно, понимая, что меня только что избавили от целой горы бумажной работы, которая никогда мне не нравилась, — Кирилл, вы реально круче, чем фея-крестная! А как там наши вчерашние мотоциклисты?
— Неплохо для тех, кому вчера дважды феерически повезло, — коллега потер переносицу двумя пальцами, — да вы и сами сможете в этом убедиться на осмотре. Вы уж присмотрите и за моим тоже. Надеюсь на вас, Ольга.
— Пост сдал, пост принял, — поспешила кивнуть и добавила, — не волнуйтесь, всё будет хорошо. А вам стоит поторопиться — выходной уже начался, пора хорошенько отдохнуть.
— Хорошего дня, — попрощался мужчина и ушел, а я осталась стоять посреди ординаторской, в обнимку с пачкой историй болезни, хотя вообще-то следовало поторопиться на обход.
Первым делом, конечно же, заглянула ко всем, кого оперировали вчера. Я доверяла Кириллу и была уверена, что он проверил их всех перед уходом, но послеоперационные больные не прощали небрежности — их состояние могло измениться в считанные минуты. Так что, естественно, стоило взглянуть на них своими глазами.
Пока бегала из палаты в палату, не заметила, как пришли практиканты. Петр Аркадьевич перед отпуском предупреждал, что местный медицинский институт отправит в наше отделение нескольких студентов-четверокурсников. Каждому хирургу предстояло взять на себя четырех практикантов. Только вот это предупреждение из моей головы, как оказалось, вылетело.
Во всяком случае, на стоящих передо мной трех парней и девушку в первые несколько минут смотрела я с удивлением. А потом подумала — если судьба преподнесла мне подарок в виде дармовой рабочей силы, отказываться от нее точно не стоило.
— Ну что ж, добро пожаловать в хирургическое отделение, господа практиканты, — поприветствовала ребят, когда разобралась в ситуации, — меня зовут Баринова Ольга Ивановна. Хирург общей практики, в нашем отделении специализируюсь в основном на детской хирургии. Вам я очень советую взять в ординаторской бейджики и написать свои имена — с первого раза мне их не запомнить, не хотелось бы путаться. И ещё… сами определите двоих, кто останется со мной сейчас, а кто придёт на ночь. В следующее дежурство поменяетесь. Как разберетесь с этим, придете в седьмую палату, я буду там.
В седьмую мне нужно было зайти обязательно. Сегодня мы выписывали Кондратьева, и за ним уже скоро должны были приехать родители, а я всё еще не обрадовала мальчишку, да и не попрощалась с ним.
— Доброе утро, разбойники, — поздоровалась уже привычно, проходя в палату.
— Здрасьте, Ольванна, — хором откликнулись мальчишки, и наперебой заголосили, — а где ваша пчелиная шапочка?
— А я сегодня добрый пчёл, — улыбнулась и всё же нацепила на голову хирургическую шапочку, не полосатую, в которой была вчера, а обычную синюю с аппликацией в виде большой осы, — Сашка, три дня прошло. Сегодня едешь домой. Родители скоро тебя заберут, так что можешь собирать вещи.
— Ура! — счастливо завопил мальчишка, разве что от прыжков на кровати воздержался, еще помня о своей операции, — домой!
— Не забывай, что тебе некоторое время не рекомендуется бегать, прыгать и поднимать тяжести, — повторила ему в очередной раз наставление, хотя была уверена, что он и сам вполне способен его пересказать по первому требованию, — я потом ещё напомню об этом твоей маме.
— Я помню, Ольванна, — серьезно кивнул Сашка, — вы хорошая, но лучше я просто так к вам в гости приду, чем ещё на одну операцию.
— Просто так — приходи обязательно, — улыбнулась мальчишке, к которому привыкла, пока он лежал в отделении, — буду рада тебя видеть. А на операцию и правда, не нужно.
В этот момент дверь в палату открылись, и вошли мои практиканты. Двое, как я и просила, парень и девушка. Оба уже с бейджиками, так что я могла теперь прочитать, что зовут их Ксения и Юрий.
— Проходите, не стесняйтесь, — пригласила их и повернулась к пациентам, — товарищи разбойники, знакомьтесь — это наши практиканты, Юра и Ксюша. Сегодня они будут вместе со мной наблюдать за больными этого отделения. Не обижайте их, пожалуйста!
— А то вы снова будете злой пчелой, да? — спросил Коля, семилетний мальчик, голубоглазый и светловолосый, похожий на маленького ангелочка.
— Точно, — фыркнула, сдерживая смех, — чуть что, сразу начну жужжать и жалить. Так, Сашка, сидишь и ждёшь родителей. Когда они приедут, я за тобой кого-нибудь пришлю. Ведите себя хорошо, а мы пошли работать.
Помахала ребятам и пошла к выходу из палаты. Практиканты поспешили следом, видимо — боясь отстать и потеряться. Или остаться наедине с детьми, кто ж знает?
— Так, товарищи практиканты, — в коридоре я остановилась, чтобы быстренько раздать поручения, — сейчас мы с вами продолжим обход, отправим на выписку ещё трёх пациентов. Потом, до обеда, вашей задачей будет следить за пациентами во второй палате — вчера их прооперировали, нужно понаблюдать за состоянием. На обед можете сходить с дежурной медсестрой — она покажет вам местный буфет. В час у меня операция. Если к этому времени не накосячите, пойдете со мной.
— Не накосячим, — замотал головой парень, глядя на меня восторженными глазами, — Ольга Ивановна, вы правда пустите нас в операционную?
— Пущу, — я кивнула, и поспешила предупредить, — на первый раз только посмотреть и проверить, что вы знаете. Дальше — будет видно. Не разочаруйте меня.
— Мы будем стараться, — хором выдохнули студенты, которые, кажется, ничего подобного не ожидали. Им, наверное, казалось, что на практике они будут только бегать с мелкими поручениями, но подобное — точно не в мою смену.
— Вот и славно, — отвернулась от них, направляясь в следующую палату, — значит, продолжаем обход, товарищи, пока я не передумала!
Глава 4
Ольга
После обхода дневная часть дежурства прошла по накатанной. Пока я разбиралась с результатами анализов больных, ждущих операцию, студенты усиленно бдили над мотоциклистами. За ними, в свою очередь, периодически приглядывала дежурная медсестра, так что, если подумать, насчёт их возможных косяков я не переживала.
По всей видимости, оба действительно хотели в операционную, потому что вели себя идеально, все распоряжения выполняли в меру способностей и, что самое главное, не проявляли излишней инициативы. Так что пришлось выполнять обещанное и, после процедуры помывки и переодевания, парочка практикантов заняла места так, чтобы не мешать ни мне, ни ассистенту, ни анестезиологу с операционной сестрой.