ждебной среды.
Из дыр в бадье плеснуло белым - пламя, подчиняясь силе, закрутилось в тугой всепожирающий комок, протуберанцами вырываясь сквозь прорехи. Напахнуло жаром, раскаленный металл деформировался, начиная оплывать.
Чувство пустоты в груди заставило меня прерваться, на долю секунды опередив посыл функции. Перевернув бадью, я изучил спекшееся месиво. Понять, что или кого тут сожгли уже невозможно, а несколько прокаленных бляшек от одежды легко потерять. Дело за малым – накидать в бадью мусора, запалить костерок и пусть тлеет помалу. Смена чистит территорию.
-Купятся? – Замес критически смотрел на танец язычков пламени. Обломки неприятно чадили.
-Чтобы понять, надо поверить, что две здоровые туши можно спалить без остатка за минуту, - усмехнулся я. - Ночь, глухой двор, свидетелей нет.
-Пиро, - уважительно сказал тощий.
-Возвращаемся.
Вернулись на кухоньку, где дамы пытались бороться с напряжением. Проняло даже Крысу, старавшуюся не слишком часто срываться к окну. Ива потянула носиком на наше приближение и фыркнула:
-Душок присутствует.
-Мы пилигримы, только с дороги, - кивнул я. – Правда за нами.
-Ждем? – полувопросительно сказал Замес. Верно мыслит камрад. На то и умник.
-Ждем, - хмыкнул я. – Пауза будет не долгой.
Противнику хватило минут 30. Смена успела приобщиться к чаю с закаменевшим овсяным печеньем, когда в дверь вновь засадили. И как бы не с ноги. В ударах чувствовалось праведное нетерпение хозяев по жизни.
Отхлебнув кипятка, я с кружкой на перевес вернулся к порогу. И успел отшагнуть, прежде чем дверь грохнула о пристенку. На этот раз прибыло трое – двое крепышей и ловкач с интеллигентной хитрой мордахой. Неизвестный Сема захотел разобраться в случившемся.
-Где? – резковато спросил хитрый, пытаясь заглянуть внутрь дома.
-Что? – Я шумно отхлебнул, причмокнул.
-Ты сука в игры решил поиграть? – вмешался крепыш справа и показательно тиснул приклад шмалабоя, что держал почти в боевом положении. Ключевое слово «почти» - ребятушки еще недостаточно прочувствовали момент.
-Кого-то потеряли? – уточнил я.
-От Семы Гвоздь Забей, - прищурился ловкач. – Приходили двое, утрясти проблему. Ведь приходили?
-Само собой. Мы перетерли, пришли к консенсусу, и товарищи убыли.
-Куда? – искренне удивился второй здоровяк.
-Туда, – показал я кружкой направо.
-Врешь, – выдохнул хитрован. - За дураков держишь?
-Пошел-ка ты мил человек в жопу, - ответил я вежливо.- Не верите, зайдите и обыщите. Мы пилигримы честные, нам скрывать нечего.
-Мурза! - взревел здоровяк. Хитрован поморщился. – Каюк!
Я приглашающе отступил, балуясь кипяточком. Легкие сомнения выказал лишь ловкач, замешкавшись на пороге. Но глядя на решительный порыв напарников, решился и, состроив грозную моську, ломанул вперед. Какой-то непуганый квартал – точнее все их страхи сосредоточились на черных, что может быть и справедливо, но только не сейчас.
Замес с Шестом обозначили бровями вопрос. Я кивнул:
-Крыса страхует. – И плеснул из кружки ловкачу в лицо.
Он выдохнул, отпадая на стену, но заорать уже не успел. Специфика страховки адепта аэро, заключается в том, что событие не успевает толком начаться. Противник булькнул и попытался посмотреть вниз – на лезвие Малюты в горле. Следом вновь грохнуло.
-Да что б вас, - прошипел я, разворачиваясь к возне.
Замес аки Самсон медленно, но верно загибал вражину на излом, А вот Шест вошел в нехороший клинч – у противника хватило силенок сопротивляться. Что-то нездорово затрещало.
-Н-на, - с оттяжкой сказала Ива и приложила здоровяка кочергой по затылку.
-Ох ты ж… - выдохнул человече непонятно. Попытался оглянуться и дернулся, когда голова провернулась чуть более положенного.
-Зараза, - тощий тяжело дышал. - Крепкий попался.
-Замес? – Я подступил к бойцу. Умник как-то нездорово морщился, отпуская тело упыря.
-Рука.
Ну как же без этого. Ива отложила кочергу и торопливо метнулась к медсумке. Вот каким спрашивается образом? Я обозначил бровями вопрос.
-Вроде связку порвал, - признался Замес. И попытался оправдаться: - С непривычки. Реально здоровые ушлепки.
-Кровь, - подала голос Фрау и с пакетом поспешила к хитровану, поверженному Крысой.
-Во двор. Мелкая, прошвырнись по задней улочке. Только аккуратно.
Пока тащили тела, Крыса успела провести рекогносцировку. И опять враг не озаботился о прикрытии. Невольно начинаешь подозревать худшее. Но то паранойя, да. А дело не ждет.
Отставили бадью с тлеющим мусором, скомпоновали трупы, и пиро выдало огненный болид, что развернулся в заданном объеме яркой белизной. Кружил, потрескивая, шипел, пожирая и наполняя воздух нестерпимым жаром.
Я поводил руками, чувствуя себя шаманом на минималках. Пламя подчинялось, но так и норовило сорваться в безудержный танец.
«Контроль, оператор. Контроль»
Пламя опало, и наступившая тьма резко ударила по глазам. Но моргать некогда – треба вернуть жбан на место и чутка добавить пищи в костерок. Чистка продолжается. Замес по собственной инициативе придирчиво изучил спекшуюся массу пепелища – что-то подправил, разрыхлил, смел и довольно хмыкнул. С тем и вернулись в дом.
Шум улицы, несмотря на позднее время, и не думал стихать. Город не спал, просачиваясь на кухоньку сонмом звуков и отголосков. С минуту слушали – я думал, бойцы утрясали нервное. Первым сдалась Ива:
-Будут еще гости, командир?
-Вероятно, - пожал я плечами. – Но думаю, сперва они озадачатся в попытке осмыслить и понять, какого хера произошло и что лучше предпринять. Две пропажи из двух это уже тенденция.
-Так это если они умные, - справедливо заметила Крыса, поудобнее устраиваясь на табурете.
-Ну как-то они выживали до сих пор, - сказал я с усмешкой. - Значит чуйка есть. Попытались взять свежачок нахрапом, отработали самую простую схему и получили непонятный результат.
-Время подумать, - резюмировал Замес с умным видом.
-Ля ты башка, - фыркнула мелкая. Тощий солидарно фыркнул.
Прошел час, следом второй. Уличная жизнь слегка сбавила обороты. Ввиду отсутствия вражеской активности я отправил подопечных вздремнуть - в приказном порядке, пресекая наметившуюся готовность бдеть во славу смены. Сам устроился за тем же кухонным столиком и принялся методично перебирать амуницию. Чистка, осмотр, подгонка. Лучшая, сука, медитация.
Функция методично торкала бодрящими выплесками, приняв правила и поддерживая оператора. Лепота.
Серость утра наступила внезапно - вроде моргнул, а за окном уже проявились детали. Уличный гомон вновь набрал обороты - бессвязное звуковое месиво из разряда, кто, кого и сколько за ночь. Вроде заезженной пластинки, что повторяется день ото дня.
Из недр дома выбралась Фрау – потерла лицо ладонями, зевнула, ободряюще улыбнулась командиру и загремела посудой. Прям любо-дорого посмотреть. А еще минут через десять в общем звуковом фоне наметились первые агрессивные нотки.
-Буди, - коротко приказал я, смещаясь в коридор. Повращал корпусом, проверяя экипировку, сделал пару махов руками и остался доволен. На безрыбье все сойдет.
Стук, раздавившийся от двери, необъяснимо нес нотки официальности. Вроде как с утра пожаловала уже не шпана, а тот, кто действительно решает вопросы. Даже интересно – какие сюрпризы приготовил новый день
Открыв дверь, я понимающим кивком поприветствовал минорно настроенного гвардии-старшину Бура и двух юных патрульных со злыми лицами. Может не привыкли вписываться спозаранку или просто нагнетают, но их физиономии мне не понравились. Хотя что? Правильно -насрать. Решать будет старшой.
За патрулем на брусчатке мялись еще с пяток персонажей – гневно сопели, сочились агрессией и явно работали на публику, которая начала потихоньку собираться вдоль обочин.
-Чем обязаны? – нарушил я возникшую паузу.
Бур с досадой оглянулся на пятерку, дождался, когда они присмиреют и сухо сказал:
-Гражданин Гвоздь Забей выказал сомнения в вашей благонадежности.
-Гвоздь Забей? – уточнил я.
-Те сука че-то не нравится? – раздалось от пятерки. Голос подал жилистый субъект средних лет. Серый, невзрачный и дюже мутный. К таким, что называется, лучше спиной не поворачиваться, да и передом не стоит, если понимаете.
Один из молодых патрульных резко развернулся и чуть шевельнул шмалабоем. Мутный мгновенно вскинул руки – мол уже совсем тихий, совсем смирный.
-Он, - кивнул Бур. – Говорит послал к тебе людей, порешать вопросы соседства, люди пропали. Подал официальное обращение к патрулю.
Судя по мимике, гвардии старшина с удовольствием бы запихнул обращение истцу в жопу. Но некие правила незыблемы и в трущобах.
-И как с благонадежностью у товарища Семена? – спросил я аккуратно.
Пятерка ватажников переглянулась, готовясь вновь проявить норов. Их, честных горожан, порочит непонятный чужак, который хрен знает откуда и как нарисовался в квартале.
-Средненько у него с благонадежностью, - ровно ответил гвардии-старшина. - Но в плюсе. Как и у вас. Так приходили его люди?
-Разумеется, - показательно вздохнул я. - Сперва двое. Мы порешали вопрос, и они убыли. Затем пришли трое - искали первую двойку. Я показал им куда ушла пропажа и они проследовали.
-Да пиздит, как дышит, - не сдержался Семен. – Не могли они никуда уйти.
-Почему? – ровно спросил гвардии-старшина, и ватажник мгновенно стушевался под тяжелым взглядом. Делиться деталями развода он готов не был, как и ожидалось.
-Зайдите, проверьте, - я приглашающе махнул рукой.
-Не делайте резких движений, – буркнул гвардеец и мотнул головой напарникам. – Обыск. Вариант два.
Пока молодняк рассосался по комнатам, игнорируя смену, выстроившуюся вдоль стенок, Бур задержался в коридорчике и тихо спросил:
-Насколько тщательно искать?
-Как положено, - строго сказал я. И сунул ему блистер с аэро. – Это, чтобы компенсировать ваши усилия.