- Простите нас за это недоразумение, господин. Неделю назад нам пришло письмо от верховного жреца, от отца нашего. Он велел нам забрать из дома жертвенницу и, продержав ее пять дней взаперти под храмом, в последний день января провести по всем правилам ритуал дарения. Мы очень сожалеем, что доставили вам и господину Аластру столько хлопот. Примите наши искренние извинения.
- Да все отлично, всякое бывает, - добродушно сказал Ретео. - Вы, главное, важные письма больше не жгите в камине. А то мало ли, можете вдруг нарушить какую-нибудь волю тех, кто выше вас по статусу, и оказаться в петле.
Жрец побледнел, кивнул и ушел, низко кланяясь. Пока они грузились в дилижанс, Ретео облегченно вздохнул и отпустил наконец боящуюся шевельнуться Леду.
- Ну и проблем же с тобой, а, - со смешком сказал он. - Но не переживай. Мы на твоей стороне, красавица. Не всем нравится то, что графиней станет жертвенница, так что терпи и постарайся, когда выйдешь замуж, не отходить от Аластра. У нашего графа много влиятельных друзей, вслучае чего они придут нам на выручку. Иди домой. Я заходить не буду. Давай, а то дрожишь уже вся.
Леда отдала Ретео его цилиндр и на негнущихся ногах сделала пару шагов в сторону дом. Щелкнул кнутом возница, и синий дилижанс лениво двинулся в сторону города. Лошадь Ретео фыркнула, отвечая на ржание храмовой упряжки. Девушка обернулась и увидела, как казначей поднимает растоптанные письма. Она недоуменно подняла брови.
- Отправлю тем, кто их послал, - усмехнулся Ретео. - Пусть посмотрят, как Мелунас относится к их приказам. Мы с Аластром давно уже пытаемся отправить его в отставку и поставить более вменяемого человека. Теперь, вот, благодаря тебе, есть повод.
Нерешительно улыбнувшись, Леда выдохнула:
- Спасибо.
А потом, развернувшись, поковыляла в сторону своего дома, где ее уже ждала до пределов взвинченная Латена и забившаяся под лавку шипящая Мурыська.
Часть 1. Жертвенница. Глава 10
Всю ночь перед свадьбой Леда не могла сомкнуть глаз. Она ворочалась с бока на бок, но никак не могла успокоиться. Когда она забывалась прерывистым, тяжелым сном ей снились всякие гадости. То возвращался дилижанс со жрецами, то Аластр отказывался на ней жениться прямо в храме, то ее начинал варить в котле с кипящим маслом Мелунас. В конце концов, едва дождавшись рассвета, она соскочила с печи и принялась кругами ходить по комнате.
На самом деле ее беспокоило не только то, что она выходила вот так внезапно замуж за почти незнакомого мужчину. Два дня назад граф прислал ей белоснежное платье и нитки, чтобы его ушить. Леда ушила, даже успела вышить немного традиционных свадебных узоров по низу юбки. Однако под платье полагался кринолин, которого у девушки в жизни не было, да и быть не могло. Не имелось у девушки и приличной сорочки, которую она не постыдилась бы надеть под такую красоту. О своих старых, застиранных панталонах Леда вообще старалась не задумываться.
Проблема, однако, решилась сама собой. Стоило солнышку выкатиться на голубое, холодное небо, как в дверь постучали. Леда как раз ждала своих подруг и тут же открыла, даже не выглянув окно. Она очень удивилась, когда на пороге обнаружились две незнакомки в добротных полушубках. Одна их них держала кринолин, вторая прижимала к себе здоровенную сумку.
Увидев ее, незнакомки учтиво поклонились и старшая представилась:
- Здравствуйте, госпожа. Меня зовут Лила, а это - Бэкка. Граф Аластр прислал нас к вам.
- Что ж, проходите, - сказала удивленно Леда.
Она отошла в сторону, и служанки проскользнули в дом. Они скинули свои дешевые кожаные сапожки, возложили на лавку полушубки и повернулись к Леде. Старшей было уже к тридцати - вроде не девица, но и женщиной не назовешь. Волосы Лилы были заплетены в тугую рыжую косу, доходящую ей до поясницы, щеки покрывали оспинки от прыщей, а на кончике носа красовалась темная родинка. Второй нельзя было дать и пятнадцати - совсем еще девчонка. Она была такая же рыжая и на удивление прыщавая. Обе одеты в одинаковые черные платья и белые накрахмаленные фартуки. Леда предположила, что они - кровные сестры. Девушки же почти одновременно ей улыбнулись, одинаково продемонстрировали красные десны.
- Рады познакомиться с вами, госпожа, - сказала Лила. - Граф Аластр назначил нас вашими служанками. Мы будем помогать вам сегодня готовиться к свадьбе.
Очень непривычным показалось Леде ее обращение.
«А ведь я теперь и правда госпожа, - подумалось ей. - И леди».
- Я тоже рада с вами познакомиться, - неуверенно ответила Леда. - Что ж... и... как вы будете меня ... готовить?
Служанки переглянулись и снова заулыбались.
- Что ж, давайте-ка сначала вас причешем, - сказала Лила. - Вы в баню вчера ходили?
- От вас так приятно пахнет, - сказала Бэкка по-детски просто. - Я думала, что от деревенских девушек плохо пахнет.
- А ну молчи, мелюзга, - поругала ее Лила. - Деревенские почистоплотнее нас будут, - а потом, обратившись к Леде, вежливо попросила. - Садитесь, госпожа, на стул. Сейчас я мигов вас расчешу и переплету.
Леда на это только пожала плечами и покорно села. Лила споро расплела ее черные волосы. Очень странным Леде казалось происходящее. Раньше ее изредка расчесывала Латена или ее мать, но кроме них жертвенница никого к своим волосам не допускала. Тем более никому и никогда не позволяла помогать себе одеваться, считая это верхом несамостоятельности.
Служанки молчали. Тишина начинала давить на Леду, и она решила, воспользовавшись случаем, завязать разговор:
- А вы давно у графа работаете?
- Мы-то? - хмыкнула Лила. - Да всего-то две недели. Он нас специально для вас нанял. Раньше мы старой вдове служили, но она как раз на днях преставилась, ведьма старая.
Бэкка хихикнула, а Лила погрозила ей кулаком.
- Ясно, - расстроилась Леда. - А... что о графе сказать можете?
- А что о нем скажешь, - вздохнула Лила, - граф как граф. Властный, но вроде справедливый. Поначалу думали - все, выкинет нас с Беккой ко псам, отправит дальше работу искать. Хмурый ходил как туча. Ан нет, оставил.
Вопросы у Леды иссякли. Она вздохнула, посмотрела с тоскою в окно - не идут ли подружки. С ними то все было бы повеселее, чем с этими горничными. Однако Лила вдруг, понизив голос, сказала:
- Знаю я, о чем вы спросить меня хотите, госпожа. Знаю, да ответов на ваши вопросы у меня нет. Мы с Беккой, честно говоря, тоже всех спрашивали - а как прочие жены графа померли. Да только вот в замке из старых слуг один кобель Ретео, начальник стражи Горн да старая портниха. Остальные - все как на подбор не больше полугода работают. Как умерла последняя-то жена, он, видать, всю прислугу сменил. Так что не знаю ничего, не спрашивайте даже. У Ретео, вон, выведайте. Он вроде к вашей персоне благосклонно относится. Впрочем, он благосклонен ко всему женскому полу вне зависимости от возраста и положения в обществе.
Леда хотела еще что-то спросить, да тут в дверь постучали. Бекка поднялась с лавки, где до этого сидела, и вежливо спросила.
- Госпожа, мне открыть?
- Да-да, это подруги мои пришли, - сказала Леда. - Открой, пожалуйста.
- Хорошо, госпожа, - зарделась Бекка и ринулась к двери.
- Давайте-ка вы без пожалуйста, - тихо сказала ей Лила. - Нам очень приятно, да люди вас не поймут. Вы же сегодня графиней станете. К тому же за то, что мы ваши поручения выполняем, нам неплохо платят. Так что приказывайте не стесняясь. Хорошо?
- Хо... хорошо, - запнулась Леда.
Латена, стоило ей войти в избушку, тут же принялась восхищаться прической Леды, Аника мечтательно закатила свое «вот бы и мне служанку». Сами горничные хихикали и перешучивались с подругами Леды. Жертвеннице же казалось, что о ее существовании вообще забыли. В четыре пары рук ее кормили, поили, причесывали, одевали, обували, заплетали и украшали. Шпильки с атласными цветами в прическу, тяжелый кринолин, белоснежные панталоны с кружевами и сорочка, довольно простое свадебное платье светлее снега - все за какие-то пару часов оказалось на ней. Ее опрыскали сладко пахнущими духами, и Леда опознала в них запах, исходивший пару дней назад от Ретео. Видимо, Игрид пользовалась такими же, и от этого девушке стало смешно.
Леде припудрили лицо, подвели специальной краской губы, затенили угольком веки. И вот, когда все приготовления были закончены, ее поставили в центре комнаты и принялись охать и ахать, какая же она красивая. Самой же Леде казалось, что ее будто бы и нет в комнате. Латена есть, Аника есть, сестры горничные тоже есть, даже кошка есть. А она где-то далеко, не с ними, не здесь и не сейчас. Потому, когда к дому подъехала карета, она даже не побежала вместе со всеми к окну, а лишь отрешенно повернулась в сторону двери. Та вскоре открылась и в избушку, которую она покидала навсегда, вошел граф Аластр, ее жених.
Часть 1. Жертвенница. Глава 11
Граф выглядел уставшим. Теперь он казался Леде еще более некрасивым, чем на сватовстве. Тени, царившие на обряде, придавали ему таинственности и во многом скрасили его на самом деле непримечательную внешность. Толстые темные волосы все так же перетягивала на затылке синяя лента, обнажая широкий лоб. Черный фрак сидел идеально, как и практически белые брюки, края которых прятались в сапогах до колена. Карие глаза смотрели сердито, сухие губы потрескались а горбинка на носу в дневном свете казалась совсем уж некрасивой.
Служанки и подружки Леды почтительно застыли. Граф вскользь глянул на свою невесту.
- Добро, хорошо постарались, - сказал он ворчливо. - Только обули ее зачем? Идите, вас ждут сани. Не побежите же вы за свадебным поездом. А ты разувайся.
Девушки подобрали юбки, похватали шубки и полушубки, и ушли. Оставшись наедине с графом, Леда растерялась. Она понимала - надо разуваться, их ждут - но не могла пошевелиться. Граф хмурился и ждал. Спасла положение Мурыська. Кошка прошла вальяжно к графу и принялась тереться об его сапоги. В глазах жениха мелькнуло удивление. Он наклонился и почесал кошку за ухом. Потом снова выпрямился и снова нахмурился: