Как же захотелось ответить на всё это положительно, но я чувствовала, что с каждым его, словом, движением его умелых рук, я теряю себя, душа рвётся к нему, чтобы переплестись с его душой, для того, чтобы стать единым целым. А его голос, он как сладкая патока с примесью яда, обволакивает мой разум, и, проникая, в тело отравляет каждую клеточку им. Ещё немного, и я потеряю себя навечно, растворюсь в нём без остатка. А он продолжал искушать, — Какие сочные губы, — чуть, касаясь, их прошептал он, — хочу испробовать их на вкус.
И ведь сделал это, от его поцелуя перехватило дыхание, нет, он не пробовал мои губы на вкус, это был предлог. Он пил мою душу через поцелуй, а затем я почувствовала, что в меня стало проникать что-то тёплое, разливаясь по телу принося ощущение невероятного блаженства. И самое страшное, мне не хотелось это прекратить. Я чувствовала, что это только начало, а это ощущение станет для меня словно наркотиком, без которого я не смогу более жить. Я попыталась остановить это, но…
— Руслана, птичка моя, не сопротивляйся, ты будешь счастлива купаться в неге удовольствия, доверься мне, подари мне сердце своё…
Сердце? Одно это слово подействовало на меня, как ушат ледяной воды, и я словно вынырнула из глубин океана, в котором чуть не утонула. У меня перед глазами промелькнули лица жертв зверя, у которого не было сердца. Совпадение, не знаю, но я рада, что это привело меня в чувство. Я схватила пистолет со стола, тут же приложила дуло пистолета к голове Азерота. В надежде, что эта выходка приведёт его в чувства, но мня, не доведёт до эшафота.
— Владыка я, конечно, дико извиняюсь, но ваша лошадь быстро скачет, — тот ошарашенно смотрел на меня, а в его глазах полыхало пламя, но как ни странно гнева в них не было, вот и чудненько подумала я, и продолжила защиту, — ваше предложение хоть и соблазнительно, но вынуждена от него отказаться, ибо у меня, есть дракон которого люблю. — на этот раз решила прикрыться Ревисом, так как, если я скажу, что люблю земного мужчину, то это не поможет. Плавали, знаем.
— Давно любите? — задал он странный вопрос.
— Неважно сколько, главное, как! И ещё, я могу беспрепятственно покинуть ваши колени? Знаете, как-то жестковато на них сидеть?
— Не оригинально, — усмехнулся он, а насчёт вашего вопроса, попробуйте, — я не разрывая, зрительный контакт попыталась покинуть его колени. Но тут же была схвачена одной рукой за талию, и он сильнее прижал меня к себе. Второй же рукой, незаметным для моего глаза движением выхватила у меня из руки пистолет. Я испуганно посмотрела на него, ожидая расправы.
— Страшно? — усмехнулся он коварно.
— Если честно, то очень, — не стала я отрицать.
— Это хорошо, так как за свою выходку будешь наказана, и ещё, какого ты там дракона моя радость полюбила?
— Ревиса, — подставила хама.
— О как, забавно, возможно, я дам добро, и ты завтра станешь его, — начал он.
— Подождите, что значит его? — разволновалась я.
— Но ведь ты же его любишь, так почему бы вам, на озеро не сходить, я препятствовать не буду, — невозмутимо ответил он.
— А зачем нам на озеро идти, утопиться там от «счастья»? — не поняла в чём суть.
— Как зачем? Там такие как ты, сочетаются узами брака, ведь для тебя необходимо это сделать в озере, — Ты посмотри, какой козёл, только что меня лапал, и тут же другому отдаёт.
— А такие как вы? Что делают, бегают вокруг озера в этот момент, и стучат в бубен изображая массовку? — не удержалась я, — И, вообще, такие как я, в загсе регистрируют брак, и ещё по желанию, в церкви.
— Как интересно, тогда озеро отпадает, вступишь брак по нашему обычаю.
— Слушайте, я, конечно, Ревиса люблю, но не настолько, так что я пока не готова к такому серьёзному шагу. — упёрлась руками в мощную грудь владыки.
— Врушка, ты не любишь Ревиса, — развеселился он, — хочешь докажу?
— Нет, я уверена в своих чувствах, и доказывать мне ничего не нужно, — опять начала паниковать я.
— Хорошо, — освобождая от своего захвата, как-то равнодушно ответил он. — можешь сесть в кресло, продолжим. Мне дважды повторять не нужно было, и я мигом покинула опасное место дислокации. Только я села на вновь появившееся кресло, к нам в кабинет зашёл Дариил.
— Владыка, Вам это передал Ревис, — протянул он какой-то футляр для украшений, и пергамент. Быстро пробежался по тексту глазами, он вдруг строго посмотрел на меня.
— Оставь нас, — попросил он Дариила удалиться, а я с завистью посмотрела вслед удаляющемуся брату Азерота.
В это время владыка, открыл коробочку, и вынул оттуда кольцо, а затем положил его на стол, задал вопрос, которого я точно не ожидала услышать.
— А теперь птаха, жду объяснения, при каких обстоятельствах, мой брат надел на тебя вот это украшение, — положил на стол предмет из футляр и я увидела, что это кольцо которое с меня сняли сегодня ночью. А Азерот продолжил-советую не лгать мне, ибо игры кончались!
— Так значит, это был Ревис, вот гад! — не произвольно вырвалось у меня, — а я то думаю, что этот козёл сутра пораньше припёрся, убью! — продолжала я, бушевать забыв про владыку, но он всё-таки напомнил о себе.
— Что любовь кончилась? — ехидненько поинтересовался он.
— Что Вы, наоборот, разгорелось с новой силой, — сквозь зубы процедила я.
— Рад за вас, а теперь вернёмся к моему вопросу, как глубоко зашли Ваши отношения с моим братом Семуэлем?
Глава 7
— Отношения? С вашим братом? — удивилась я вопросу.
— Да Руслана, с ним, и не нужно врать, я прекрасно осведомлён о ваших отношениях, — слово «отношениях» он произнёс с какой-то долей злости, и продолжил меня удивлять, — но, мне хочется услышать твою версию.
— Я, конечно, дико извиняюсь, но я знать вашего брата не знаю. Да и знать не хочу, ибо, как мне известно, он ещё тот, подонок. Поэтому, на Ваш вопрос не могу дать никаких показаний.
— Вот тут ты ошибаешься, ты не только его, знаешь, но и была с ним в близких отношениях. Поэтому я спрашиваю, как далеко они зашли? — ошарашил он меня.
— Каких отношений? Близких? Я не ослышалась?
— Могу тебя заверить, что нет, ты не ослышалась. А также когда мы одни, прошу называть меня Азерот и обращаться на «ты», сама понимаешь, что при сложившихся обстоятельствах, «Вы» как-то глупо звучи, как и владыка тоже.
— Нет у нас никаких обстоятельств, как и близких отношений с вашим братом! — уже я начала злиться и приподниматься в стойку кобры.
— Если тебе нравится заниматься самообманом, то делай это, только хочу тебя заверить, что скоро у тебя это не получиться. Своего решения я не меняю! Или я и отбор, или завтра ты будешь петь для Ревиса, так что, выбирай птичка, что для тебя предпочтительней. И заметь, я тебе предоставил выбор, чем не великодушие с моей стороны?
— Знаете, выбор что-то не особо впечатляет, куда ни глянь, сплошная печаль, может, есть третий вариант? А то как-то два варианта негусто, да и желание в сказках всегда три, — озвучила ему своё мнение по этому поводу, и внесла предложение.
— Что-то я не заметил, что ты печалилась в моих объятьях, — уколол-таки меня владыка. Но и я не кисейная барышня, могу тоже достойный ответ дать, в мужском коллективе работала, да и общение с уголовниками тоже дало о себе знать.
— Ну, извините, от физиологии никуда не денешься, мужчина обнял, женщина возбудилась. — перешла я в наступление, — Учитывая ваш возраст, то это не так и сложно. А если ещё, добавить ваш богатейший опыт на этом поприще, дабы гарем содержать, это не баран чихнул, тут работать нужно на износ. Мыслимо ли дело, удовлетворять такое огромное количество женщин, Вы прям передовик на поприще секса! — так и хотелось ещё спросить, не износился ли он? Но, это было уже прямое оскорбление, и вопрос я решила не озвучивать. — Так вот, учитывая вышеперечисленное, я думаю, как профессионал, вы заводите женщин с пол-оборота, без каких-либо усилий с вашей стороны. Мое возбуждение, это только физиология, плюс Ваш богатый опыт.
— Не вижу причин для сарказма, драконам, это необходимо, и не сравнивай нас с земными мужчинами. А также радоваться должна, что у твоего дракона, такой опыт.
— Простите, но от радости по этому поводу я как-то воздержусь, не вижу причины для этого.
— Это потому что, ты маленькая ещё, и ничего не помаешь в этом, — снисходительно ответил он. Ну а я всё-таки не удержалась и приняла стойку кобры.
— Так, если я, по-вашему, маленькая, то какова чёрта вы руки распускаете?!
— Для этого самый раз, — отвечал он настолько равнодушно, что, казалось, мы обсуждаем погоду, точно у дракона сердца нет! — а также, Руслана не стоит злиться по поводу других женщин, они ровным счётам ничего не значили, с тобой это иное. Посмотри с другой стороны, я прекрасно изучил женщин, и ты останешься только в выигрыше, ибо это знание принесёт массу приятных моментов тебе.
— Знаете, Ревиса тоже неплохо с этим справляется, а учитывая, что его неглиже видело гораздо меньшее количество женщин, то я предпочла бы его, а то, знаете, не очень приятно жить с мужчиной, зная, что масса женщин побывали в его постели.
— И всё же, ты злишься птаха, нехорошо, — сделал неверный вывод из сказанного мной, само равнодушие. И хоть кольца уже не было, но изменение в моём поведении никуда не делись, посему я взорвалась.
— Да кто сказал, что я злюсь по этому поводу! Меня зло берёт, оттого, что вы в упор меня не слышите, не нужны мне Вы, и ваш хвалёный опыт. Я хочу домой, меня уже тошнит, от всего этого, нервов осталось, кот наплакал, я превратилась в истеричку, и это всего лишь за несколько дней! Вы хоть представляете, что со мной станет через месяц! Я больше не могу слышать про Вас, отбор, и Ревиса. Мне противно, что вы оба лапаете меня, как будто имеете на это право, или я продажная девица! Где поймали, там зажали, это грязно, мерзко! — чуть ли не крича, высказала ему, всё то, что у меня накопилось, но взяв себя в руки, продолжила более спокойно, — Я человек, и имею право на свободу выбора, право решать, кому позволено ко мне прикасаться, а кому нет. А вы захотели, и не спрашиваясь, взяли, так не должно быть, так нельзя… — на последнем слове у меня голос предательски дрогнул и я чудом не разрыдалась от безысходности, понимая, что для дракона мои доводы ровным счётом ничего не значат. У него есть цель, и он к ней идёт, и мои чувства ему безразличны! — Да что я зря душу, открываю, Вы же бесчувственный эгоист! — и всё же я не выдержала и глаза защипало он слёз, чтобы не разрыдаться у него на глазах, я соскочила с кресла и бросилась к выходу, но мне этого не позволили, меня сзади обхватили железные тисни его рук, и он, прижимая меня к се