Я, конечно, знала об этом мало — то, что почерпнула из художественных фильмов и книг, но сомневалась, что амнезия Арда продлится долго. Для начала к нему вернутся воспоминания десятилетней давности, и он точно поймёт, что мы не то, что вместе не были, а и не встречались вовсе! И, чем больше он будет вспоминать, тем больше вопросов вызовет у него наша легенда.
И, вот, где были мои мозги, когда я поддерживала затею лисы и усугубляла всё своей ложью?! Впрочем, что теперь об этом сокрушаться. Нужно скорее пользоваться тем, что есть сейчас. Скорее всего, у нас есть считанные дни, за которые нам нужно будет сделать как можно больше из задуманного. А потом? Вот, когда это “потом” наступит, тогда и будем о нём думать.
— А если я скажу, что могу помочь? — вырвал меня из размышлений Ард, щёлкнув пальцами перед моим носом.
— С чем именно? — вздрогнув, уточнила я.
— Финансово, — пожал плечами мужчина, и мы все уставились на него с нескрываемым интересом.
— Сейчас, — бросил он и быстро вышел из кухни.
— Старайтесь не болтать лишнего, — пользуясь моментом, практически прошептала я, повернувшись к девчонкам. — Вечером ждите меня у Миланы в комнате, обсудим происходящее. И не оставайтесь с Ардом наедине. Он слишком хитёр, сами не поймёте, как сболтнёте лишнее, выдав нас с головой.
И я снова заинтересованно посмотрела на дверь. Вовремя, между прочим, потому что на кухню вернулся мужчина и бросил на стол небольшой, глухо звякнувший монетами, бархатный мешочек.
— Это то, о чём я думаю? — с опаской уточнила я, с трудом подавив желание заглянуть внутрь. — Прости, Ард, но я не могу это принять. Нам нечем отдавать долг, а когда отель начнёт приносить хоть какой-то доход — неизвестно.
И мысленно добавила то, что проверяющий сам нас четвертует, если мы потратим эти средства на то, чтобы нарушить его планы. Когда вспомнит об этом, конечно. Я, конечно, та ещё Нечисть, но инстинкт самосохранения мне не чужд. И пользоваться Ардом настолько — чрезмерно даже для меня.
— А если… — робко начала Милана, но я резко оборвала её:
— Нет, я сказала! Мы. Не возьмём. Эти деньги, — с нажимом повторила я, исподлобья уставившись на вмиг погрустневших девчонок.
— Но почему? — нахмурился Ард. — В тебе говорит гордость, да, Люба? Но подумай о дочери. Разве не нужнее ей дом, чем твои непонятные принципы?
— Именно об этом я и думаю! — фыркнула я. — Всё, тема закрыта. Мы придумаем другой способ заработать. А пока — принимайтесь-ка за дело. Есть куча всего, что мы можем сделать самостоятельно. Тебя это тоже касается, — обратилась я к мужчине, — если ты, конечно, ещё не передумал нам помогать.
И первой отправилась к одной из кладовых, извлекать оттуда инструмент и средства для уборки. В голове же у меня вертелась лишь одна мысль: “Уж не гонорар ли за наше устранение, пусть и не физическе, нам только что предложил Ард, сам того не зная?”
Мысль о том, что мужчине заплатили, чтобы он помог выставить нечисть из отеля, не оставляла меня весь день. Ни когда я увлечённо гоняла пауков из закрытых номеров второго этажа, ни когда драила комнату для себя, по соседству с той, что осталась Арду. Даже во время обеда и ужина я не участвовала в разговоре, а думала о том, кем проверяющий мог быть на самом деле, и Комиссия ли, вообще, его к нам прислала.
Сам Ард тоже был немногословен. Он всё больше хмурился, иногда потирая лоб и сквозь зубы поминая умников, что составляли список, но работал наравне со всеми, вполне сносно орудуя молотком и другими инструментами.
Его, как представителя сильного пола, мы приставили к тяжёлому труду. Разламывать совсем обветшалую мебель и таскать её во двор, снимать настенные панели в холле, которым требовалась замена, таскать нам воду из ванных комнат, в которых она либо текла слишком медленно, либо била с таким напором, что грозила смыть весь отель целиком.
В конце дня, не выдержав, Ард что-то замысловато колданул и свалился пластом у себя в номере, заявив, что его магия не предназначена для такого, имея слишком узкие параметры и другую направленность. Но я пропустила это мимо ушей, понимая, что это мне всё равно ни о чём не говорит. Куда больше эмоций вызывало то, что у нас нормально заработал водопровод на этажах и — о, счастье! — на кухне. Ура!
За это я даже принесла Арду ужин в комнату, правда, помня о прошлой ночи, сидеть рядом с ним не стала, шустро ускользнув для разговора с девчонками.
Милана и Эриада оказались понятливыми. Обсудив наши перспективы, мы дружно сошлись на том, что рассказывать правду сейчас было бы недальновидно. Вон, сколько пользы от проверяющего, тогда как изначально должен был быть один вред.
Поэтому мы наглухо запечатали комнату отца Миланы, чтобы не вызывать у мужчины ненужных вопросов, и договорились по очереди присматривать за Бобо, во избежание повторения нехорошей ситуации.
Лемур, как приклеенный, таскался за Ардом и сверлил его жутковатым взглядом целый день, словно, обдумывал очередную гадость. Удивительно, что проверяющий ещё не вспомнил все события, с Бобо связанные. Значит, нейтрализовать пушистого диверсанта тоже становилось одной из первостепенных задач.
— Столько дел, столько дел! — пробормотала я, спустя час-другой, открывая дверь в свою комнату.
После тяжёлого дня мне хотелось лечь и вытянуть гудящие ноги. И чтобы меня никто не трогал часиков двенадцать. В этот момент я даже была рада отсутствию интернета и телевизора, которые могли помешать здоровому сну в десять вечера. Правда, моему воссоединению с подушкой и одеялом всё равно помешали, вырвав разочарованный вздох из моей груди.
— Люба-а, — громогласный рёв с лестницы заставил меня выглянуть в коридор и удивлённо вскинуть брови.
Пошатываясь и благоухая сивушными парами, ко мне топал Кос, сверкая тёмными глазами и белозубой улыбкой. На миг я даже струхнула — настолько пугающе выглядела массивная фигура оборотня в этот момент. Но потом как-то расслабилась, вспомнив, что это же наш добродушный Кос, пусть и не совсем в адеквате.
— Ты чего это так набрался? — подозрительно спросила я, когда медведь оказался рядом, а у меня запершило в горле от ароматов, что он принёс с собой.
— Я… ик… Выполнял твою мис… ик… миссию, — гордо сказал он и снова пошатнулся. — Завтра жди пер-рвых раб…ов… Ра-бот-ни-ков, — старательно проговорил он заплетающимся языком и с ожиданием уставился на меня мутным взглядом. — Я — молодец?
— Ещё какой, — несколько ошарашенно похвалила я его и только пискнуть успела, когда Кос как-то сразу расслабился и рухнул на меня всей тушей, видимо, посчитав миссию действительно исполненной.
И быть бы мне расплющенной в блинчик под его весом, да только до пола мы не долетели. Точнее, долетела я до него одна, больно ударившись худосочным задом и острыми локтями. А вот Кос с грохотом, будто рухнуло не живое существо, а вагон товарного поезда, приземлился в конце коридора, чудом не улетев по лестнице, и затих.
Надо мной навис хмурый Ард, протянув руку, чтобы помочь подняться. Вот только принимать помощь я не спешила, с опаской вглядываясь в его глаза, которые полностью затопило чернотой. Бледная кожа покрылась бисеринками пота, а вены на руках вздулись от напряжения, намекая, что мужчина едва сдерживается — от злости или ещё чего, разбираться мне хотелось в последнюю очередь.
Что он там говорил? Что слаб после непривычного волшебства? И при этом отшвырнул здоровенное тело оборотня под двести килограмм, как вшивого котёнка?! На что же он тогда способен в ярости и полной силе?! Ой, нет… Пожалуй, этого я знать не хочу.
Я зябко передёрнула плечами и опасливо помотала головой, стараясь прогнать паническую мысль: “Мамочки, с кем мы связались?!”, а Ард устало вздохнул и просто вздёрнул меня на ноги, подтолкнув к дверям комнаты.
— Знаешь, Люба, — глухо сказал он, войдя вслед за мной, — у меня появляется всё больше сомнений в том, что у нас не получилось что-то по моей вине. Если и десять лет назад вокруг тебя постоянно ошивались такие экземпляры, — последние слова он едко процедил, покосившись в сторону коридора, — как эта пьянь или проверяющий, о котором вы говорили, я мог уйти, чтобы банально их не прибить. Признайся, так и было? Или это нововведение, чтобы вызвать мою ревность, отомстить за прошлое, которого я не помню?
— Что?! Да как тебе такое в голову пришло! — сразу же взвилась я, искренне возмущённая его словами.
— А что ещё я должен был подумать, увидев, как вы обнимаетесь рядом с моей комнатой? — снова начал заводиться Ард. — Впрочем, это уже неважно. Можешь ликовать — твой план сработал. Я, уж не знаю почему, всё-таки тебя ревную. И это бесит. Нереально. Но знаешь…
Он сделал шаг вперёд, а я замерла, как кролик перед удавом, глядя на него широко распахнутыми глазами.
— Пожалуй, я не хочу ничего менять. Но лучше тебе не забывать о том, что я — собственник, и не дразнить зверя такими безрассудными поступками, — вкрадчиво закончил он, глядя мне в глаза.
Я задохнулась от злости, собираясь тут же высказать всё, что думала о его безумных теориях, но банально не успела, потому что Ард сделал ещё один шаг, приблизившись вплотную, и впился поцелуем в мои губы.
Глава 5
Губы девушки оказались такими, какими я их помнил (или представлял?). Сладкие, удивительно нежные и немного робкие. Пахнущие малиной и солнечным летом — непередаваемо. Да что там, она вся пахла, как один большой соблазн!
Я касался её напористо, жарко, уговаривая поддаться, позабыв об обидах. Пил её прерывистое дыхание, с наслаждением зарываясь пальцами в шелковистые пряди огненных волос. Её тело было таким хрупким в моих руках, таким беззащитным, что из глубины души медленно поднималась волна щемящей нежности и немного эгоистичной гордости: моя девочка!
Правда, сама Люба так, по-видимому, не думала. Как и в большинстве случаев, со мной связанных. Кому бы ещё пришло в голову дразнить зверя и нападать в такой момент?