И тут же следом на глазах у девушки показались слёзы. Однако быстро справившись с собой, она смахнула их на пол, после чего спокойно и твёрдо посмотрела на Киряк.
– Да бандит он был… самый настоящий бандит, – вновь подала голос старуха. – И поделом ему, гаду такому… Он Елене жизнь испортить хотел. А она уж почти как три месяца от Артёма в положении находится. А тут, откуда ни возьмись, появляется эта тварь, – совсем внучке прохода не давал. Он Артёма так избил, что тот потом в нейрохирургии три недели пролежал. А ваша, кстати, дорогая милиция ничего даже и предпринимать не стала… Приходил как-то к нам один ваш сотрудник. Заявил, что нет, оказывается, никаких прямых доказательств того, что Артёма именно Никитин избил. Нет, говорит, свидетелей преступления!.. И как вам это нравится, товарищи блюстители порядка?
Последние слова прозвучали уже довольно агрессивным тоном. К тому же, задавая вопрос, старая женщина в упор взглянула на стоявших у входной двери милиционеров.
– А вы, извините, кто будете? – неожиданно подал голос молчавший всё это время молодой участковый.
По всей видимости, нелицеприятные слова о коллегах его сильно задели. И теперь он стоял с раскрасневшимся лицом и в явном напряжении. Было заметно, что мужчина еле-еле сдерживает себя, видимо, настолько сильно ему сейчас хотелось отстоять честь милицейского мундира.
– Да, простите, забыла вам представиться – Хельга Генриховна Петерсон. Прихожусь родной бабушкой вот этой юной особе, Осиповой Елене. В настоящее время я на пенсии и проживаю здесь вместе со своей внучкой. Думаю, для вас этого будет вполне достаточно, – вызывающим тоном произнесла старуха, обращаясь напрямую к участковому Пикалину.
Тот раскраснелся ещё сильнее и с гримасой возмущения уже открыл было рот, чтобы сказать что-то ещё, но в этот момент в их перепалку вступила молодая блондинка.
– Ой, простите, пожалуйста, я так разволновалась, что совсем потеряла голову. Это всё из-за новости об этом убийстве… Вы проходите, проходите, пожалуйста, на кухню, я вам свежего чаю заварю. Вы же здесь, наверное, с самого утра находитесь, наверняка уже все продрогли. Я как только вышла из квартиры в подъезд, то первым делом обратила внимание, насколько сегодня резко похолодало. Проходите, проходите… не стесняйтесь… сейчас и пирог вишнёвый будет. Я его в честь сегодняшнего праздника испекла, как раньше это всегда моя мама делала, – проявила гостеприимство девушка.
Правда, после слов о матери у неё на глазах вновь появились слезы.
Участковый, который, очевидно, был очень упёртым молодым человеком и никак не мог простить старухе слов о работе милиции, вместо того, чтобы принять это любезное предложение, наоборот, попросил у Киряк разрешения покинуть расположение квартиры.
Олеся Сергеевна возражать не стала и, дав Пикалину распоряжение продолжить опрос местных жителей, сняла с себя верхнюю одежду и прошла на кухню.
Глава 6
Вот от чего угодно могла сейчас отказаться действительно немного продрогшая и проголодавшаяся Киряк, но только не от горячего чая с пирогом. К тому же впереди был почти целый день, а поговорить поподробнее о Геннадии Никитине и его отношениях с возлюбленным Елены было значительно проще за чашкой чая в непринужденной обстановке.
Зайдя в небольшую и довольно стандартную кухню, собственно, как и во всех девятиэтажных панельных домах, размером в девять квадратных метров, сотрудница уголовного розыска была крайне удивлена увиденной там обстановкой.
Все стены, кроме рабочей зоны около плиты и кухонной раковины, традиционно облицованных кафельной плиткой, были поклеены обоями явно заграничного характера в стиле лучших салонов Европы начала двадцатого века. Это были светло-коричневые в полоску обои с ярким золотистым тисненым орнаментом. В тон им на массивном оконном карнизе, обрамляя тончайший нежно-бежевый тюль, висели такие же светло-коричневые шторы, перехваченные посередине золотистыми декоративными веревочками с кисточками на концах.
Кругом царила идеальная чистота и порядок.
За небольшим кухонным столом, покрытым аккуратной клеенчатой скатертью, в старинном, но опрятного вида коричневом кресле восседала Хельга Генриховна.
На столе были аккуратно расставлены китайские фарфоровые чашки и точно такие же блюдца: всё строго в соответствии с количеством приглашенных на чаепитие людей. Рядом, отдельно на каждой салфетке, были разложены изящные антикварные серебряные ложечки. На столе, прямо по центру, на небольшом серебряном подносе источал аромат анонсированный ранее вишневый пирог, посыпанный сахарной пудрой и тёртым тёмным шоколадом. Поверх него, как по линейке, удлиненным ромбом красовались аккуратно разложенные засахаренные вишневые ягоды. Тут же рядом находилась стеклянная сахарница, облагороженная ажурным серебряным контуром. А завершала композицию довольно большая китайская пиала, с горкой заполненная прожаренным миндалём.
Олеся Сергеевна смотрела на такой изысканно сервированный стол, и ей казалось, что она попала на чаепитие в дореволюционную Россию начала нынешнего века. Немного робея от увиденного, она присела на предложенный ей старинный венский стул с подлокотниками. Сидеть на нём было очень удобно, к тому же теперь у неё появилась возможность немного расслабить ноги, немного ноющие после вчерашней интенсивной тренировке по каратэ.
На кухню вошла Елена и поставила на стол большой заварочный чайник явно из того же самого сервиза, что и чашки с блюдцами, после чего аккуратно присела за стол на свободное место. Она любезно разлила всем присутствующим ароматный зеленый чай по фарфоровым кружкам и, разложив по блюдцам кусочки вишневого пирога, пожелала всем приятного аппетита.
Хельга Генриховна так же пожелала всем приятного аппетита, но прежде чем начать чаепитие, отсчитала шесть штучек миндальных орешков и положила их себе на блюдце. И лишь затем, выполнив эту, по всей видимости, такую привычную для неё манипуляцию, отпила глоточек чая из кружки.
Заметив на себе любопытный взгляд сотрудницы уголовного розыска, старушка всё-таки решила проявить благосклонность и пояснительно произнесла вслух:
– Миндаль очень полезен. Особенно в моём возрасте… Он служит хорошим средством профилактики онкологических заболеваний. А вам, если не секрет, сколько уже лет?
– Тридцать два, – ответила капитан милиции, хотя ей вот-вот уже должно было исполниться тридцать три.
– Детей нет?
– Нет, – уже несколько смущаясь, произнесла Олеся Сергеевна.
– Что ж, тогда угощайтесь. И вам уже пора начинать, – категорично заявила Петерсон и съела ещё один миндальный орешек.
Не зная, что и сказать в ответ, Киряк послушно взяла из вазочки миндаль. Положив орех в рот, она осторожно его разжевала и запила свежезаваренным чаем.
Чай оказался просто восхитительным!
Олеся Сергеевна пила его вприкуску с пирогом и так увлеклась – настолько вкусным оказалось предложенное угощение, – что никак не могла начать служебный разговор на интересующую тему.
Неожиданно первой начала беседу молодая девушка.
– Олеся Сергеевна? Я правильно запомнила ваше имя? – уточнила она у Киряк и, получив утвердительный ответ, продолжила. – Я догадываюсь, о чем вы сейчас наверняка думаете. Предполагаете, кто бы мог убить Никитина. И вероятнее всего считаете, что это из ревности мог сделать мой жених Егоров. Но это не так. Артём учится вместе со мной в медицинском институте на четвертом курсе, и он в жизни не может никого обидеть. Он избрал себе самую гуманную в мире профессию – врач. Если бы вы его хорошо знали, то никогда бы не смогли на него подумать. Он очень добрый и хороший человек.
Киряк молчала и внимательно смотрела на студентку. Та же тем временем продолжила.
– Как вы уже слышали, Никитин чуть больше месяца тому назад жестоко избил Артёма, после чего стал угрожать и мне. Он говорил, что если я вновь стану встречаться с Егоровым, то в таком случае убьёт его, а труп никто и никогда не сможет найти. Только Артём его не испугался, и мы всё равно продолжаем встречаться. А ещё мы собираемся вскоре пожениться. Дело в том, что у нас будет ребёнок… – сказав это, Лена заметно смутилась и, скосив глаза в сторону бабушки, с виноватым выражением лица замолчала.
– Елена, на самом деле я пока что ещё никого не подозреваю. Мы с вашим местным участковым проводили положенный в таком случае поквартирный обход и не более того. Но раз уж мы коснулись этой темы, то позвольте, я начну задавать интересующие меня вопросы. Первое, что мне хотелось бы узнать – это то, приходил ли к вам домой вчера вечером Артём? Или может быть кто-то из ваших родственников или знакомых?
– Нет, Олеся Сергеевна, Артём вчера к нам в гости не приходил. Да он и не мог это сделать, чисто физически. Один раз в неделю Егоров подрабатывает медбратом на скорой помощи, а вчера у него как раз было плановое дежурство, – поспешно заявила Елена. – А что касается других вчерашних гостей, могу сказать следующее… Вчера вечером к нам приходил папа Артёма – Егоров Сергей Николаевич, а так же его родной дед – Рудольф Яковлевич Ланге. Они хотели поговорить с бабушкой о нашем с Артемом будущем, а заодно и обсудить предстоящую свадьбу. Отец Егорова ушёл довольно рано – он куда-то очень спешил, а вот дед побыл в гостях подольше – попил чайку и распрощался с нами уже после девяти вечера. Да… я совсем забыла, вчера к нам в гости заходил ещё один человек – старинный бабушкин знакомый, её бывший коллега по кафедре нормальной физиологии, а ныне её заведующий – Дмитрий Иванович Разин. Он сейчас как раз пишет очередную статью в медицинский журнал и довольно часто приходит к ней консультироваться по разным вопросам. Но именно вчера он зашёл поздравить её с Днем рождения. Ой, извините, я совсем забыла, представить мою бабушку… Это сейчас она на пенсии и живёт вместе со мной, а в прошлом она – бывший доцент кафедры нормальной физиологии нашего местного медицинского института, кандидат медицинских наук. У бабушки десятки научных статей и есть даже две написанные монографии по нейрофизиологии. В своё время она была довольно известна в определенных узких научных кругах… Благодаря её примеру, я также поступила в медицинский институт, – гордо объявила всем Елена.