И хотели они одного, чтобы я как-то решил все их проблемы. Они даже не знали, что за этой бледной личиной скрывается по факту… молодой парень, который и сам не знает, что творит. Всю свою жизнь я играл в игры, чем продолжил заниматься и на посту короля. Я не был правителем, я играл в правителя и делал это херово, ведь ничего умнее, чем развиваться одну войну, другую, третью я и не придумал.
Даже вон, в Теократии и то гамбит куда более хитрый провернули. А я даже индоктринации время не уделял, потому что… потому что слабо представлял, что это такое и думал лишь о том, чтобы мечей побольше выковать, да замков больше захватить. И что я должен сделать теперь? Чего они от меня хотят? Я же только и могу, что разрушать, захватывать, но не создавать что-то новое.
— Дракенхольду нужен король, — произнесла Лира, видя что я продолжаю смотреть на чертёж своей кривой ветряной мельницы, которая будет построена на скале, если конечно конструкция не окажется слишком хлипкой. — Мы проигрываем войну. С каждым днём всё больше мужчин уходит на защиту границ, промышленность умирает, соседи запуганы, гномьи королевства вводят ограничения и все ресурсы уходят на их внутренний рынок, ведь война идёт и к ним. Всё вокруг скоро вспыхнет словно факел и… мы можем сгореть первыми.
Как иронично, но даже Лира всё понимала. Понимала, что по факту Дракенхольду нужна не какая-то моя мудрость, а просто моя сила. Грубая и жестокая сила. Врать не буду, это ранило мою гордость невероятно сильно. Как и раны оставленные Алым Мудрецом из-за этого начинали ныть ещё сильнее. Ведь он тоже был прав, я ничего из себя не представляю и ничего не добился. И с короной Дракенхольда на голове я всё равно останусь всё тем же нелюдимым неудачником-социофобом, что мнит себя социопатом и романтизирует своё положение.
Правда была очень неприятна и хотелось продолжать рубить деревья, складывать из них примитивные избы, чтобы не обращать на неё внимание и игнорировать свою проблему.
— Десять дней. Продержитесь ещё десять дней, — произнёс я, после чего убрал руки со своего стола с неудачным чертёжом.
И развернулся, чтобы направиться в горы. Даже не посмотрел ни на Лиру, ни на толпу, что выстроилась среди деревьев и ждала от меня какого-то чуда. Но всё же правда была таковой, что трусливо поджав хвост бежать я не мог. Так и остатки самоуважения растеряю, ведь раз кашу всю эту заварил, то пока не расхлебаю её, то Дракенхольд бросать нельзя. Нельзя, потому что поступок этот лишь докажет всё то, из-за чего я себя ненавижу.
— Что ты будешь делать? — тем временем на горной тропе меня уже ждала Шалтир. — Зайдёшь к Владыке? Он хочет поговорить лично.
— Зайду, но не сейчас, — ответил я, ведь всё ещё не знал, что мне сказать Момонге, как и сам не мог определиться с тем, как вижу своё будущее в этом мире. — Мне нужно прокачаться. Апнуть хотя бы сороковой уровень. Также прокачать старые навыки, статы подвинуть и… и пора бы решиться с ещё одним классом.
— И хочешь всё успеть за десять дней?
— Нет, за десять дней я хочу найти врага, что был сильнее того, кого я побеждал в последний раз.
— О-о-о, знаешь, есть тут одно местечко… вот если бы ты к Момонге сходил и объяснил бы ему свою проблему, то он бы тебе очень сильно помог.
— Нет. Я ещё не решил, что скажу ему.
— Как с тобой сложно… — вздохнула Шалтир, поднимаясь в гору за мной. — Впрочем… думаю я тебе помогу и так.
— С чего бы это?
— Ну ты же мне помогаешь. Даже дела лучше немного пошли. Тебя пока на моих землях не было, но я подумала… подумала и решила, что пора бы выходить на новый уровень. И… возможно поспешила, но… в общем, у меня теперь есть первый подданный. И вроде его устраивает, а я даже ни разу на нём не сорвалась, хотя порой терпение и подходило к концу.
— Ого, подданный?
— Да-да, ты наверное скажешь, что спешка излишня, что стоило всё обдумать куда серьёзнее и…
— Нет, не скажу.
На это Шалтир ничего уже не ответила, а я добавлять чего-то не стал. Горы же тем временем становились всё круче и в какой-то момент мы остановились перед одним из туннелей. Назарик ещё до создания Дракенхольда уже провёл здесь разведку и установил контакт с гномами. Также здесь были обнаружены и племена кваготов, кротов зверолюдов.
Кваготы питались минералами, из-за чего их шкуры становились словно стальная броня, а порой и прочнее. Аналогичная ситуация становилась с когтями и в результате броня у них было чудовищная. Популяция тоже была огромной и королевство гномов оказалось под угрозой. Назарик в свою очередь протянул руку помощи гномам.
Момонга понимал, что ему тоже пригодится промышленность, как и в целом Назарик хоть и являлся сверхдержавой, но должен был делать всё, чтобы ей оставаться. А с учётом ускорившегося прогресса… уже создавались свитки заклинаний пятого ранга и открывались школы магии, где простые люди пытались взять планку заклинаний шестого ранга. Всё это говорило о том, что рано или поздно Назарик могут подвинуть, а значит ему тоже надо мчаться вперёд в гонке прогресса.
В результате гномы совершенствовались и становились всё лучше, обгоняя на данный момент даже Предргана, который хоть и был гением-конструктором, но всё же не имел такой огромной материальной базы. Как и проблемы у него было просто куча. Но на этом Назарик не остановился, ведь идея повысить потенциал рас была присуща не только Теократии.
Большинство игроков правителей пыталась создать конвейеры по фарму опыта. И пока Теократия делала это в масштабах мира, то Момонга уже куда раньше устроил свою ферму с кваготами и гномами, что воевали каждый день и совершенствовались. Взращивались новые герои-гномы, беря тридцатые и даже сороковые уровни. Также гномами помогали и другие армии, например зверолюдов и некромантов.
Впрочем, даже так популяцию кваготов было трудно сдерживать, они плодились будь здоров и было их реально много. Поэтому порой подключались и другие силы, например рыцари-смерти, которые прокачиваться практически не могли. Вроде какой-то прогресс косвенно и имелся, но он был на уровне погрешности и поэтому поднятая рядовая нежить считалась не прокачиваемой в принципе.
Так или иначе, именно туда меня и хотела отвести Шалтир. Ведь врагов там куча, а заодно можно будет и договориться с местными о сотрудничестве, ведь мы с ними как-никак соседи. Впрочем, договариваться надо будет всё равно через Момонгу, но пока можно хотя бы глянуть и подумать о том, о сём, под грохочущие бараны войны.
Глава 102
На момент первого контакта Назарика и племён кваготов численность последних насчитывала более восьмидесяти тысяч особей. В учёт не шли мелкие племена, речь только о кваготах, которых объединил нестоящий упоминания имени вожак. Также в это число входили самки и детёныши, которые не являлись полноценными боевыми единицами.
Шестнадцать тысяч кваготов осадили столицу гномов, по заверению главнокомандующего для захвата столицы и последующего уничтожения расы гномов хватило бы и тысячи кваготов. Подобные оценки сил северных гномов говорят не столько о слабости гномов как расы, сколько о слабости государства. Хотя также стоит учитывать тот факт, что кваготы были крайне сильны.
Они питались рудами и минералами, которых в этих горах было в достатке. И благодаря такому рациону питания их шкуры становились подобны доспехам. У них не было развитой цивилизации, они не строили городов, не использовали даже инструменты ручного труда, да и зачем? Их когти рвут латы, а удары молотов отскакивают от шкур. Самые сильные особи и вовсе превращаются в машины для убийств.
Однако теперь популяция кваготов увеличилась, как и популяция гномов. Рождаемость, несмотря на войну, превышала смертность в разы. Сами гномы удерживали стены и производили осадные машины. На первой линии стояла нежить, чуть дальше другие силы Назарика. Кваготы дохли быстрее, но также в разумных количествах. Полем боя выбирался северный туннель, где сражение происходило стенку на стенку. Не очень тактично, но удобно.
Кому это было выгодно? Гномам и Назарик, первые получали защиту, вторые контролируемый конвейер опыта. У кваготов же по факту не было выбора. Благо их агрессивность во многом упрощала контроль войны, как и с Назариком они также заключили договор, пусть и через актёра Пандоры, прикинувшегося какой-то могучей сущностью.
Одно из сражений как раз уже было в самом разгаре, когда к нему присоединился я. Тщеславие моё хоть и наносило много урона, однако все кваготы имели огромный резист к физ. урону и почти максимальный резист к режущему урону. Из-за этого даже атаки моей булавы резались и порой не убивали с одного удара рядовых воинов-кваготов.
Поэтому в ход шла магия, как крови так и тьмы. Воплощение смерти было одним из моих козырей, которое я использовал лишь в сражении с паладином Аларионом. Это был скилл из вампирской ветки и являлся он аурой. Если аура страха могла лишить боеспособности всех кто был ниже тридцатого уровня, то Воплощение смерти уже можно было оценивать как магию пятого ранга.
Дебаффы почти на всё вешались на всех врагов вокруг меня. Лучше всего работал навык на тех, кто был слабее меня. Всякие рядовые кваготы десятых уровней теряли чуть ли не треть статов. Тех кто был равен мне по уровню, дебаффоло хуже, однако как пассивная аура навык всё равно хорош. Правда на тех, кто уже сильнее меня, он работает невероятно ужасно, на тех кто выше пятидесятого уровня и имеет иммунитет, дебафф вообще может не наложиться, а если и наложится… то будет меньше процента.
Также по кругу я активировал и всю теневую ветку, которая в моей попытке спасти Асенару, была прокачена. Облик тьмы позволял буквально игнорировать весь физ урон. На некоторое время я превращался в бесплотную тень, однако в такие моменты лучше не попадать под магические атаки и под огненную магию или магию света. Против кваготов навык очень помогал.
А вот Затмение уже было менее полезным, ведь его суть было в борьбе как раз с магами света. Заклинание к слову с потенциалом аж шестого ранга, однако раскроется он не раньше, как сам навык качнётся до шестидесятого уровня. На данный момент я его использовал по КД, но удалось лишь качнуть до 25, то есть оно было на уровне 2–3 ранга.