— Кусрам, можно я тебя поглажу по макушке?
Он усмехнулся.
— Зачем тебе это?
— У нас на Земле любят гладить котов.
— Ладно, валяй.
Моё сердце заколотилось от нетерпения. Я поднесла ладонь к его макушке и начала его гладить. Его шерсть была такой гладкой, чистой и мягкой. «Охренеть! Как же круто!». Он глядел на меня с неким недоумением, переглядываясь с Хамиилом, а потом кивнул мне.
— Вы как будто созданы для любителей фурри, — подметила я. — У меня такое ощущение, что вся история человечества вела к этому великому моменту, когда мы наконец-то сможем погладить разумных котов-гуманоидов.
— Рад был сделать тебе приятно, — улыбнулся мне Кусрам.
Я убрала руку в страхе, что продолжать будет невежливо.
— Спасибо, — сказала я и чуть не прослезилась.
— Моя очередь, — объявил Келвин.
Глава четвёртая. Хэйли
Многое произошло за эти дни, и я, пожалуй, расскажу об этом вкратце. Данные события начались полторы недели назад, когда мы с Друли улетели с Хакензе, а Говард нас предательски бросил двоих.
— Дру, кто-то идёт, — сообщила я, вглядываясь в окно через горизонтальные пластины жалюзи, что я приоткрыла своими отбитыми пальцами.
Мы с Друли остановились в одной из гостиниц Нового Рима. Денег у нас было немного — из тех, что нам оставил Кусрам ещё до того, как отбыть в Румпер и отправить нас на Землю — те же деньги, на которые мы с Чандрой гуляли в Сонвен-Исте. Этот кот был невероятно щедрый. Конечно, как тут не расщедриться, когда у тебя такие богатые родители. Я увидела подозрительных людей в чёрных деловых костюмах; тогда мне казалось, что это была лишь моя паранойя, однако они двигались в нашу сторону. Я была уверена, что это агенты Альянса, но правда оказалась несколько иной. Они постучались в дверь и выбора у меня не осталось.
Позже выяснилось, что Ангельский Союз всё ещё существует; и не только существует, но они ещё и умудрились уничтожить весь главенствующий совет Альянса изнутри. «Хайль Райли!» — смерть президента Ангельского Союза оказалась инсценировкой, и всё это время он был под прикрытием. А вот смерть главы корпорации EWA (собственно, Альянса) случилась крайне неожиданно — это было предательство со стороны его жены, которая всё это время была, вы не поверите, близкой подругой самого Райли, а возможно даже его бывшей возлюбленной (хотя, это не точно). Её звали Вивьен Горрети. Сначала я подумала, что это совпадение, но она и вправду оказалась матерью того итальяшки Келвина; и, мало того, муж её, Серхан, оказался отцом той самой турчанки Бильге. Получается, они действительно были братом и сестрой, пусть и сводными. Как им удалось это скрыть от всех — я понятия не имела. Фамилию главы Альянса я, конечно же, в силу своей скудной эрудированности, не знала до сих пор; однако я была уверена, что, например, такой прошаренный человек, как Дуанте О’Брайан, об этом непременно должен был знать: почему он это от всех скрыл — это тоже было для меня загадкой.
Меня привели прямиком к самому президенту Райли, и он мне всё объяснил; я была в крайнем изумлении, что он был ещё жив и успешно скрывал это целых полгода. Это был американец с южным акцентом, белобрысый, голубоглазый, довольно симпатичный для своего возраста. Он навёл обо мне справки, похвалил мой вклад в войну против Альянса и даже наградил медалью за выдающуюся службу в военных силах AUR. Не была уверена, что заслуживаю эту медаль, но я действительно была в нескольких горячих точках и, наверное, что-то делала — с этим я поспорить не могла; но, возможно, он так хотел компенсировать все те неудобства, что я пережила: моё попадание в плен, ссылка меня на другую планету и всё такое.
Всю неделю мы с Друли проживали, буквально, у президента Райли, в бывшей штаб-квартире EWA в Новом Риме. Я отвечала на все вопросы, что он задавал: про Хакензе, про Келвина, и даже про Чандру и про корабль пришельцев, что приземлился в Румпере, и про своего брата, что остался там, и про Селин и Дуанте. Вивьен Горрети так же слушала нас с интересом. Я просила Райли отправить меня обратно; однако, к сожалению, путь на Хакензе был закрыт по приказу самого Райли до тех пор, пока на Земле не закончатся массовые беспорядки. По сути, война всё ещё продолжалась, пусть и совета Альянса больше не было. Вернее, как «война»? Репрессии, движения сепаратистов и всё в таком духе. Мне было крайне плевать на всё это — я лишь раздумывала над тем, как мне вернуться обратно на Хакензе за своим братом, что так нагло меня кинул.
Неожиданно ко мне обратилась Вивьен Горрети с очень занятной для меня темой. Она пообещала, что поможет мне и Друли вернуться на Хакензе, если я выполню её просьбу. Мы спустились на лифте в самый низ штаб-квартиры, на самый нижний этаж, находящийся уже под землёй. Мы шли всё дальше и дальше вниз, через тёмные тайные проходы, как в старых фильмах ужасов, и, как в приключенческих фильмах, открывающиеся нажатием плит на полу в правильной последовательности. Тогда я ещё не знала, о чём Вивьен собирается меня попросить, но такая секретность меня слегка пугала. Друли тоже был напуган и держался за мою руку, как ребёнок. Вивьен шла впереди и освещала путь фонарём.
— Никому об этом ни слова, — предупредила она нас.
Глубоко, в самом низу была темница — иначе её никак не назвать. Она была будто прямиком из середины второго тысячелетия — каменная и мрачная. Свет фонаря Вивьен пробежал вдоль ржавых прутьев — в одной из камер я заметила заключённого. Я подошла к решётке и разглядела его. Очень высокий, необычайно красивый, крепкий мужчина средних лет с чёрной, аккуратной бородой и гордым взглядом; возникало ощущение, будто он сидел здесь по своей собственной воле. Невзирая на то, что он был в клетке, я испытывала какой-то первобытный страх перед ним.
— Серхан Башаран, — сообщила мне Вивьен. — Бывший президент EWA.
Мужчина ухмыльнулся, но ничего не сказал.
— Я хочу, чтобы ты курировала доставку его на Хакензе, — продолжила Вивьен, обращаясь ко мне.
— Как вам удалось скрыть то, что он ещё жив? — удивлённо спросила я.
— У нас с ним… что-то вроде договорённости. Членов совета Альянса я приказала отравить смертельным ядом во время их публичной пресс-конференции, но я устроила так, чтобы Серхан принял снотворное. Когда он очнулся здесь, я ему сообщила, что инсценировала его смерть — он признал своё поражение взамен на сохранение своей жизни. Я собираюсь отправить его на Хакензе, чтобы, во-первых, защитить его от текущей войны на Земле, а во-вторых, чтобы он начал новую военную кампанию против интерфекторцев. И ты, дорогая моя Хэйли, будешь свидетельствовать перед тамошними агентами из AUR, что я ему доверяю и, от лица президента Райли, назначаю его комиссаром; если кто-нибудь будет сопротивляться, обратись к Чандре Бехл — она безоговорочно последует приказу.
— Чандра? — спохватилась я. — Она работает на вас?
— Чандра — андроид. И да, она работает на меня.
Я была в шоке от таких новостей. Конечно, теперь слова Чандры насчёт того, что она что-то скрывает, имеют смысл. Но андроид? Серьёзно? Я взглянула на Друли — тот тоже был крайне изумлён, но продолжал молчать, словно скучный, бесполезный персонаж, добавленный только ради того, чтобы создавать толпу.
— А что же правительство Хакензе? — спросила я, придя в себя после её слов. — Они ведь подчиняются Альянсу. Неужели они последуют за AUR?
— Для правительства на Хакензе Серхан выступит как президент Альянса, якобы ещё действующий. Короче, не волнуйся — мы с ним договорились; он пообещал, что всё сделает, как надо. — Она тут же взглянула на заключённого. — Тебе же нужно только его туда доставить, выполнять его поручения и там уже подтвердить, что я самолично его отправила к ним. Понимаешь?
— Кажется, да, — кивнула я.
— Сегодня мы оформим все бумаги и подготовим шаттл к отправлению.
Поздно вечером Вивьен вывезла нас далеко за город на поле, где стоял шаттл; вылететь через космопорт в Новом Риме мы не могли из-за включённых систем противовоздушной обороны города. Серхану сняли наручники, и он вошёл внутрь шаттла. Несколько человек погрузили внутрь коробку чуть больше роста среднего человека; что в ней — я не знала, но Серхан должен был знать.
Одну ночь мы летели на том самом корабле с орбиты Земли, курсирующем между двумя планетами, а затем прибыли на шаттле в космопорт Сонвен-Иста — единственный космопорт на всём Хакензе. Серхан сходил на местный авторынок и выкупил пикап, а затем попросил нас с Друли погрузить в него коробку из шаттла. Мы отправились в штаб-квартиру AUR, местонахождение которой Серхану сообщила Вивьен Горрети перед полётом.
И вот мы здесь. Нас встретили оружьем, но тут же отвели к Селин О’Брайан. Я рассказала ей обо всём.
— Итак, вы хотите сказать, что Вивьен назначила своего мужа комиссаром AUR? — удивлённо спросила Селин, после моего рассказа.
— Да, вот, посмотрите, — ответила я и передала ей письмо, подписанное Вивьен.
Селин угрюмо читала письмо — её явно это не очень сильно обрадовало.
— Что ж, спорное решение, но если такова воля Вивьен, то, видимо, мне придётся подчиниться.
У меня отлегло. Было страшно, ибо Чандры рядом не оказалось. Слава богу, что Селин сама согласилась, иначе бы нам пришлось туго. Хотя, с другой стороны, здесь был Дуанте и пристально наблюдал за своей сестрой.
— Где Говард? — твёрдо спросила я.
— А? — спохватилась Селин. — Ах, да, ваш брат. Он теперь работает на нас. Сейчас он в казарме.
— Отвезите меня туда.
— Непременно, мисс Лич, так и сделаем.
Я собиралась вломить в челюсть своему брату, однако перед тем как уйти я остановилась, когда…
— Селин, — обратился Дуанте, — так что там насчёт корабля?
Она передала ему письмо. Дуанте нахмурился и сосредоточено прочёл сообщение.
— Вот чёрт, — сказал он, а затем отдал приказ: — Приведите сюда Серхана Башарана. Селин, поговори с ним.
— А ты чего не хочешь говорить с Серханом? — возмущённо спросила она. — Ты ведь старше меня по званию, да и просто старше.