Выступая от имени народа Коста-Рики, я передаю приветствия нашего народа героям Apollo 11 и всем тем, кто сделал его исторический полет возможным.
Не могу утверждать, хотел бы или нет Нил Армстронг, чтобы я так поступил, – а скорее всего, он не захотел бы, – но мне кажется правильным в завершение этого юбилейного предисловия дать слово самому Нилу.
За месяц или около того до старта экспедиции Apollo 11 Армстронг по просьбе журнала Life поделился своими мыслями о предстоящей высадке на Луну, и это был один из самых продуманных текстов, выходивших из-под его пера:
«Было бы самонадеянно с моей стороны во всей этой истории выделять нечто, что могло бы называться результатом этого начинания. Но я сказал бы, что оно расширит возможности человечества и поможет нам понять, что мы являемся частью Вселенной гораздо большего масштаба, чем она обычно видится нам, когда мы смотрим на нее через дверной проем собственного дома. Я надеюсь, этот полет поможет людям во всем мире приобрести мысленную перспективу, в которую впишутся различные начинания человечества в целом. Может быть, не так уж важно просто слетать на Луну и обратно. Но это станет большим этапом, который даст людям новое измерение мышления, своего рода озарение.
Ведь, по сути, сама Земля – это космический корабль. Очень, конечно, странный, потому что команда его находится снаружи корабля, а не внутри. Но он довольно маленький. И постоянно курсирует по орбите вокруг Солнца. Солнце же движется по своей орбите вокруг центра Галактики, а она сама совершает движение по еще какой-то неведомой орбите в неопределенном направлении с неизвестной скоростью, но это заставляет быстро меняться наше положение в пространстве и окружающую среду.
Нам трудно удалиться от места, где творится это действо, достаточно, чтобы со стороны увидеть происходящее. Если вы находитесь посреди толпы, вам кажется, что толпа простирается всюду, куда хватает глаз. Придется отойти в сторону и посмотреть с высоты, скажем, монумента Вашингтона, чтобы понять, что вы не так уж далеко от края толпы людей и что сверху все выглядит не так же, как когда вы находитесь между людьми.
Мы на Земле, и нам трудно видеть отсюда, где же сама Земля и куда она движется, а также куда ее путь может лежать в будущем. Надеюсь, если нам удастся удалиться немного от Земли, как в буквальном, так и в фигуральном понимании, у нас получится помочь некоторым людям сделать шаг назад и заново понять свою миссию во Вселенной, осознать себя командой корабля, движущегося сквозь космос. Если вам требуется управлять космическим кораблем, вы будете осторожно относиться к тому, как вам распорядиться остающимися ресурсами, как вести себя с командой и с самим кораблем.
Надеюсь, что путешествия, которые мы совершим в ближайшую пару десятилетий, приоткроют нам всем глаза. Если смотреть на Землю с расстояния между ней и Луной, земная атмосфера вовсе незаметна. Атмосфера настолько тонка и является такой незначительной деталью Земли, что ее присутствие там нельзя ощутить. Подобное на любого произведет впечатление. Атмосферы у Земли мало, и она ценный ресурс. Нам нужно будет научиться сберегать ее и использовать ее разумно. Тут, внизу, среди толпы, вы ощущаете атмосферу, и вам кажется, что с ней все нормально, вы, в общем, не беспокоитесь о ней. Но если вы поглядите на Землю с совсем иной точки зрения, то, быть может, легче осознаете, что повод для беспокойства о ней есть».
Все те, кто (ошибочно) считает Нила Армстронга простым инженером-«зубрилой» или обычным пилотом разных летающих машин, который не был способен к полету мысли или глубоким умозаключениям, должны просто внимательно перечитать вышеприведенный отрывок, чтобы в полной мере понять, какими выдающимися были способности этого человека.
Нила нет с нами уже шесть лет. Время проходит, и те, кто его хорошо знал, сейчас еще лучше понимают, каким редким человеком он был, насколько уникальны его характер и его достижения и как нам его не хватает. Оглядываясь назад, мы можем не только попытаться воссоздать его жизнь, пристально рассмотреть ее события, оценить их и отдать дань уважения (в первых двух изданиях книги «Первый человек» жизнь Нила Армстронга освещалась лишь до 2005 года, а в предисловии ко второму изданию я упомянул о его кончине через несколько месяцев после смерти Нила), но и коснуться всего того, что стало его непреходящим наследием.
Всю свою жизнь, во всем, что он делал, Нил воплощал собой самые важные качества и исконные ценности человека наивысшей пробы: ответственность, целеустремленность, надежность, тягу к знаниям, уверенность в своих силах, закаленность, решительность, честность, изобретательность, верность, позитивное отношение к жизни, самоуважение, уважительное отношение к другим людям, целостность натуры, склонность полагаться на свои силы, благоразумие, осмотрительность и многие другие. Никакой другой представитель человечества, который мог бы шагнуть на иное небесное тело, не смог бы так же хорошо представить наилучшие качества, как Нил. И никто другой не сумел бы лучше совладать с ослепительным сиянием огней сцены, на которой сосредоточено внимание всего мира, или пережить внезапное превращение в историческую фигуру уровня культурного кумира лучше, чем Нил. Скромность и мягкость, присущие его личности, заставляли его избегать излишней публичности и заниматься реальным делом в рамках выбранной им инженерной профессии; он просто не был тем, кто стал бы выжимать незаслуженные, как он считал, выгоды из своего имени или репутации.
Анализируя, какую тихую и незаметную жизнь Нил вел после возвращения Apollo 11, как он избегал общественного внимания и корреспондентов, нельзя не отметить, что Нилу была свойственна особая чуткость, неотъемлемая часть основы его характера: это выглядело так, будто он предчувствовал, что его заслуга в деле, ставшем для его государства достижением лета 1969 года, – легендарная первая высадка людей на Луну и их благополучное возвращение на Землю – будет неумолимо измельчена отпетым духом торгашества современного мира, атакована сотнями не имеющих отношения к делу вопросов и утоплена в пустой болтовне. Глубоко внутри себя Нил понимал и принимал не только славу, которая пришла к нему, когда он и Баз Олдрин совершили свою посадку, а Майк Коллинз ожидал их на орбите над их головами, но и славу, которая в тот момент снизошла на весь мир, на каждого человека.
Нил Армстронг находился в переднем ряду коллектива, который сумел обеспечить первые вылазки человека в глубокий космос, и он всегда подчеркивал, что успех программы Apollo не стал бы возможен без коллективного труда 400 тысяч американцев. Да, он стоял на вершине этой пирамиды, но не было никакой предопределенности в том, что именно ему предстояло стать командиром первой экспедиции на Луну или первому сделать шаг на ее поверхность. Как он всегда объяснял, таково было случайное стечение счастливых для него цепочек различных обстоятельств. И все же он совершил то, что совершил, и он понимал, благодаря каким великим жертвам, целеустремленности и творческим талантам многих людей он сумел сделать свой шаг. Он безмерно гордился той ролью, которую сыграл в первой высадке на Луну, и для него она так никогда и не стала цирковым представлением или источником личной наживы. Во многом справедливо решение Армстронга, что этот этап его жизни должен стать предметом изучения историков в их трудах. Это похоже на то, как знаменитый игрок в гольф Бобби Джонс перестал принимать участие в каких-либо соревнованиях после того, как выиграл Большой шлем[3], или телеведущий Джонни Карсон, решивший оставить карьеру на телевидении после окончания шоу «Сегодня вечером». Неправда, что Нил вел жизнь затворника после Apollo 11: это легенда, созданная журналистами, которым не удавалось получить от него разрешения на интервью. Возвратившись с Луны, он занимался множеством дел, и с большим для себя успехом – был учителем, исследователем, бизнесменом, работал в области производства и научных изысканий. Что бы он ни делал, он занимался этим с честью и принципиальностью.
Выбирая эпиграф, чтобы предварить книгу «Первый человек», я взял мудрое высказывание из книги «Размышления об искусстве жить», написанной американским специалистом по мифологии Джозефом Кэмпбеллом. Оно таково: «Привилегия в том, чтобы прожить жизнь, оставаясь самим собой». Нилу Армстронгу выпала именно такая привилегия, и все мы должны быть счастливы, что это оказалось справедливо для него – и для нас.
Джеймс Хансен
Март 2018 года
Пролог. Старт
Привилегией жизни является возможность быть тем, кто ты есть.
После того как полет на Луну закончился и астронавты Apollo 11 вернулись на Землю, Баз Олдрин сказал Нилу Армстронгу: «Нил, мы с тобой все пропустили!»
От 750 тысяч до миллиона человек – самое большое количество публики, присутствовавшей при космическом старте, – собиралось на мысе Кеннеди во Флориде в дни, предшествующие дню 16 июля 1969 года. Почти тысяча полисменов, сотрудников полиции штата и патрульных водного базирования, охранявших запретную зону, всю ночь перед стартом боролись за то, чтобы распределить примерно 350 тысяч машин и лодок по дорогам и водным путям. Один предприимчивый автоинспектор взял в аренду у производителей апельсинов больше трех километров обочины дороги и брал по два доллара с человека за право посмотреть на старт с этого места. Еще один предприниматель продавал по полтора доллара поддельные сертификаты якобы на пергаменте, написанные шрифтом, копирующим староанглийские буквы. За дополнительные 2 доллара 95 центов можно было купить псевдокосмическую ручку.
Никакой пикник на багажниках автомобилей болельщиков на какой-либо футбольной игре не мог сравниться с этим летним фестивалем перед стартом космического корабля, который должен был сесть на Луну. Зрители разжигали огонь под грилем, открывали пиво или газированную воду, смотрели сквозь бинокли и телескопы, проверяли, под каким углом лучше разместить камеру и как ее настроить. Каждая полоска песка, каждый нефтяной причал, каждый мол были заполнены людьми.