пп, в то время как другие утверждают, что ингерманландцы – это вообще «смесь шведов и финнов».
При этом нельзя забывать и того обстоятельства, что финны многие годы были порабощены шведами. Это негативным образом не могло не отразиться в фольклоре. Вот только три финских анекдота об отношении финнов к шведам:
«Почему Христос не родился в Швеции?» – «Там невозможно было найти трех мудрецов и одну девственницу».
«Почему финны не летают в космос?» – «Если полетит финский космонавт, то Финляндия вымрет от восторга, Норвегия и Дания вымрут от зависти. Что, всю Скандинавию шведам отдать»?
Разговаривают два финна: «Ты знаешь, как спасти тонущего шведа»? – «Нет». – «Ну и хорошо».
Понятие «свеи», как в Древней Руси называли шведов, в научном мире толкуется как «свои», что объясняется тем, что «в этногенезе шведов участвовали финны и саамы». Согласно «норманской теории», именно шведские викинги «были причастны к образованию государственности на Руси». И более того, этим викингам Русь будто бы обязана своим названием, поскольку их-то викингов и называли «русью».
В старом Петербурге об этом очень хорошо помнили. Например, первоначально место для строительства единой лютеранской церкви было выделено одно для всего финско-шведского прихода Петербурга. Другое дело, что в середине XVIII века из-за разногласий между самими финнами и шведами приход раскололся на два самостоятельных, и впоследствии было построено два храма: финский – на Большой Конюшенной улице, и шведский – на Малой. Но так или иначе, в нашем повествовании мы будем говорить и о тех, и о других.
Появление финно-угорских племён в Европе относится к первому тысячелетию до нашей эры. Или, как осторожно говорят некоторые исследователи, не раньше третьего тысячелетия до нашей эры. В те далекие времена, как считает современная наука, они покинули свою прародину в предгорьях Алтая и двинулись на северо-запад в поисках более удобных мест обитания, охоты и земледелия. В науке существуют различные мнения о том, почему племена отправились на Запад. Интерес представляют два из них. Во-первых, это могла быть обыкновенная миграция, связанная с освоением новых территорий для охоты, и, во-вторых, допускается возможность их оттеснения какими-то завоевателями.
Так или иначе, примерно две тысячи лет назад, скажем мы так же осторожно, финно-угорские племена пересекли Уральский хребет и расселились на огромной территории Восточной Европы. Они выкорчёвывали леса, распахивали землю, охотились, налаживали рыбный промысел и не страшились непредсказуемой водной стихии. По преданию, первые обитатели прибрежья Невы не строили прочных домов, а только небольшие избушки, которые с приближением бурной погоды разбирали, превращая их в удобные плоты, складывали на них нехитрый скарб, привязывали к деревьям, а сами «спасались на Дудерову гору». Когда вода спадала, вновь возвращались в родные места. Дудеровы горы на северо-западе Петербурга сегодня считаются памятниками природы ледникового периода. По-фински они объединены одним названием Дудергофские высоты (Tuutarin mäet) и состоят из трех холмов: Кирхгоф, Воронья гора и Ореховая гора.
Расселяясь на пустынных необжитых местах, пришельцы навеки метили географические реалии нового ареала своего обитания топонимическими метами с финно-угорскими корнями. Напомним, что даже такие привычные и кажущиеся русскими гидронимы рек Москва и Волга, по мнению некоторых лингвистов, имеют угро-финские корни. А уж на территории современного Петербурга и Ленинградской области абсолютное большинство названий рек, озёр и возвышенностей имеет финское происхождение. Этимология топонимов Нева, Нарва, Охта, Вуокса, Ладожское озеро и Лахтинский залив, Пулковские, Лемболовские и Дудергофские высоты и многих-многих других, о чём мы будем подробнее говорить ниже, до сих пор напоминает о давнем финском присутствии в Приневье.
Сохранились и старинные геральдические свидетельства этого массового перемещения угро-финских племен. Так, на гербе финляндской Карелии на кроваво-красном фоне изображены две скрещённые руки под золотой короной. Одна из рук, та, что облачена в кольчугу, сжимает кривую азиатскую саблю, в другой руке, надёжно защищённой латами, зажат европейский меч. Некоторые исследователи склонны видеть в этом изображении символ многовековой битвы между Востоком и Западом. Будто бы одна рука, та, что в латах, символизирует Швецию, другая, в кольчуге – Россию. Другие считают, что этот герб символизирует общий для всех народов евроазиатский ареал обитания. Как нам кажется, правы и те и другие, о чём мы и будем говорить на страницах этой книги.
Мы родились, растём, стареем
В кругу друзей, в кругу семьи
Вблизи страны Гипербореи,
Почти что на краю земли.
Запрограммированы в генах
И наша кровь, и наша стать.
И кто из нас аборигены,
А кто пришельцы – не понять.
У нас в роду и те, и эти,
И различают нас с трудом.
А если кто-то нас и метит,
То только питерским клеймом.
Мы псковичи и витебляне.
У нас для всех один закон,
И нетерпимый голос брани
Нам изначально не знаком.
Мы финны, русичи, евреи.
Живем среди снегов и вьюг,
Надеясь, веруя и веря,
Как в Богоматерь, в Петербург.
Глава IIСледы языческого прошлого
Многочисленные напоминания о языческом прошлом аборигенов Приневского края и сегодня во множестве присутствуют в низовой, народной культуре Ингерманландии. Например, ещё в 1930-х годах среди местных ижорцев бережно соблюдался «старинный обычай брить наголо волосы жене перед первой брачной ночью». Этот необычный послесвадебный ритуал связан с памятью о легендарных предках современных ижорцев – гуннах, вождь которых, великий Аттила, по преданию, погиб от руки пленённой им готской девушки, задушившей его в первую брачную ночь своими волосами. Напомним, что ижорцы свято верят в то, что они прямые потомки тех самых гуннов, которые не раз одерживали блестящие победы над великим Римом. Современное название своего народа они выводят из безупречной, как они утверждают, лингвистической цепочки: хунны – гунны – угры – ингры – инкери – ижоры.
Аттила, вождь гуннов
В V веке Аттила был правителем кочевого племени гуннов, область расселения которых находилась приблизительно в районе современной Венгрии. В середине века Аттиле удалось объединить под своей властью тюркские, германские и другие племена, создав державу, простиравшуюся от Волги до Рейна. Кстати, по одной из версий, его имя восходит к тюркскому Итиль и означает «волжанин», или «человек с Волги». Есть и другие этимологии этого имени. Согласно им, оно означает «именитый», «прославленный», «отец» или «главный». Со смертью Аттилы империя гуннов распалась, а затем и вообще исчезла. Впоследствии его образ совпал с образом верховного бога германской и скандинавской мифологии Одина в скандинавских сагах. А память о нём, как мы видим, сохраняется в легендах угро-финнов.
О языческом прошлом угро-финских народов говорят и иные свидетельства, дожившие до нашего времени. Так, на берегу Невы, вдоль Шлиссельбургского тракта, в древнем урочище Красные Сосны была поляна, которая пользовалась особым почитанием у местных жителей. По легендам, финны в языческие времена совершали здесь ритуальные обряды, включая жертвоприношения своим богам Перкелю и Юмале.
Известный петербургский бытописатель Михаил Иванович Пыляев рассказывает, что на 10-й версте от Петербурга по Рижской дороге «собирались ижорки на Иванов день и проводили ночь при большом огне с плачем, пением и пляской; в конце собрания здесь сжигали белого петуха, делая заклинания».
Особый ритуальный смысл финно-угорские племена придавали камням. Так, в ночь на Иванов день, когда люди ждут предсказаний будущего, надо подняться «на крышу трижды перемещённого дома» или на камень, «который никогда не сдвигали с места», и, не двигаясь, терпеливо ждать видений. Но чтобы злые духи не помешали, нужно накануне вечером с Псалтырью в руках десять раз обойти дом или камень против солнца.
Почитание камня сохранилось до сих пор. Вблизи города Сосновый Бор ещё недавно был известен так называемый «звонкий валун». При ударе по нему другим камнем будто бы «исполнялись желания», надо только найти этот «звонкий валун», или «камень счастья», как их называли в народе. Видимо, такие валуны долгое время служили надёжными фетишами. Подобный камень был известен и в Кингисеппском районе. Согласно верованиям местных жителей, этот камень надо «ласково погладить ладонями и попросить о помощи». Тогда камень «запоёт и всё исполнит». Далее легенда приобретает характерный драматический оттенок. Однажды в этих местах появился «жадный русский» и, хотя в доме у него всего было вдоволь, стал требовать от камня золото. Но камень молчал. «Тогда русский развел огромный костёр и вылил на камень воды. Треснул камень и не поет». С тех пор, как у тверждает фольклор, «пропало крестьянское счастье на ингрийском берегу».
Фольклору известны и другие так называемые «акустические камни» на территории Ингерманландии. Один такой камень до революции находился в деревне Ильеши Волосовского района. Его называли «Пустой камень». При ударе по нему он звучал, как будто был пустотелым.
Сравнительно недавно в Карелии был обнаружен «Поющий камень». По легенде, этот валун поставлен древними карелами таким образом, чтобы днём и ночью он «пел разными мелодиями». В старину считалось, что этот «камень обладает лечебными и магическими свойствами».
Недалеко от Красного Села сохранился расколотый ударом молнии на три части огромный камень, известный в народе как Укко-киви (Укко – финно-угорский бог, киви по-фински – камень). Недавно на камне появилось современное изображение ингерманландского флага, будто бы нарисованное кем-то из последователей церкви Ингрии. У камня есть и второе название – Петров камень. По одним местным преданиям, так камень назван в честь Петра I, по другим – в память о Петровом дне. Возле камня и поныне финны отмечают Юханус, или Иванов день, – праздник летнего солнцестояния, который ежегодно приходится на 24 июня.