И вдруг за пультом появился человек, которого я раньше видел только на YouTube. Угловатая голова, кривая ухмылка, причёска как у Чиполлино… Я даже глаза протёр. Ну да, точно! Это же тот самый Моргеншперн!
Ощущение радости, которое весь вечер копилось где-то внутри меня, мгновенно прорвалось в виде вопля восторга.
Внезапно из колонок ударила мощная волна звука, а электронный пол под ногами вспыхнул разноцветными огненными волнами, покатившимися от центра до краёв и обратно.
В обычных условиях мы бы обязательно расковыряли этот пол, чтобы понять, как он устроен. Но сейчас было не до этого.
Здесь собралось всё население лагеря – сто с лишним человек. Мы прыгали, толкались и изо всех сил пытались танцевать. Каждый шаг отзывался яркой вспышкой, которая затем плавно затухала. Мне достался ярко-фиолетовый огонь, а Ромычу – зелёный.
Под Жекой, конечно же, горело красное пламя. Её косички подпрыгивали в такт каждому движению. Она пела и кричала. Она размахивала руками и изгибалась с грацией дикой кошки.
Все вокруг прыгали, орали и дрыгались. Все, кроме Игоря. Он стоял почти неподвижно, тихо блестя очками. Его толкали со всех сторон, но он упрямо стоял, не отводя от Жеки пристального взгляда. Уж не знаю, о чём он там думал. То ли амплитуду прыжков вычислял, то ли радиус выгибания позвоночника прикидывал.
А я не мог даже на секунду остановиться, чтобы перевести дыхание. Пылающие огни под ногами просто не давали возможности тормозить и тупить. Моргеншперн что-то выкрикивал, бодрый ритм одного трека сменялся другим, не менее бодрым. И мы жили в этих ритмах. Хотя дыхания уже не хватало.
Видимо, Моргеншперн это понял и решил сделать небольшую передышку:
– А теперь, огарки, специально для вас я включу свой новый романтический медляк под названием «Не сдохни!». Будущий мега-хит, между прочим! – прокатился по округе его гнусавый голос.
Затренькало, задребезжало электронное пианино. Мы стояли, тяжело дыша и вяло переминаясь с ноги на ногу. Переглядывались. Вот зачем это всё? Кому, вообще, сдались эти дурацкие медленные танцы?
Но едва я собрался тихонько свалить в сторону, чтобы отдышаться, как вдруг кто-то уцепил меня под локоть:
– А ну-ка, не спеши!..
На меня смотрела смуглая Кудряшка из пятого отряда. Последние дни я на неё пялился каждый раз, когда встречал. А она делала вид, что меня не замечает. А теперь вот заметила, значит.
Кудряшка наклонилась почти к самому моему уху и прокричала:
– Я Даша! Потанцуем вместе? Ты ведь Боря, да?
Честно сказать, ВПЕРВЫЕ со мной знакомилась девчонка. Сама. Да ещё и девчонка на год старше меня. Да ещё и красивая: кудрявая и с хитрющими глазами. А я стоял, насквозь мокрый от пота, вонючий и раскрасневшийся. И несусветно тормозящий.
И я твёрдо решил: НЕТ! ВСЁ! ХВАТИТ! Сегодня я больше тормозить не буду! И тут же меня захлестнул кураж. Я почувствовал себя неправдоподобно ОБЩИТЕЛЬНЫМ ВЕСЕЛЬЧАКОМ (примерно как в сериалах про школу показывают). И, пока этот кураж не прошёл, я решительно схватил Кудряшку за рёбра.
Мы стояли близко-близко, рядом-рядом. Даша что-то спрашивала, типа из какого я города, какую музыку люблю, кем работают мои родители… А я отвечал разную чушь. А она делала вид, что это смешно и мило.
Медленный танец закончился так же резко, как начался. Из колонок шарахнул убойный ритм нового трека. Я вздрогнул и перевёл взгляд на Дашу. И едва не подпрыгнул.
Сложив губы трубочкой, она тянулась ко мне с явным намерением произвести слюнявый поцелуй. Караул, мы так не договаривались! В панике мой мозг заорал: «Спасайся, дурак!»
Дальше всё как-то само случилось. В лучших традициях тупых мультиков я с восторженным видом уставился куда-то за спину Даши. Удивительно, но она повелась и отвела слюнявый прицел в сторону. И я сразу же отскочил назад, пытаясь как можно скорее затеряться в дёргающейся и прыгающей толпе.
Правда, на полу за мной оставались предательски пылающие ярко-фиолетовым цветом следы, что изрядно напрягало. Поэтому я решил ускориться. Короче говоря, я просто позорно убежал. Рванул в лес. Причём на максимальной скорости.
Дискотека весело шумела где-то за спиной, бабахала музыка, кто-то визжал, а я стоял в сумерках среди старых ёлок и гудящих комаров, сдирал с лица липкую паутину и чувствовал себя ПОЛНЫМ ИДИОТОМ.
Ну и чего сбежал-то? Струсил, что ли? Это же просто дружеский поцелуй после медленного танца! Это как бы нормальная вежливость, вот! А может быть, Даша в меня ВЛЮБИЛАСЬ! Да, точно! Именно так!
Так я накручивал сам себя. И, накрутив, решительно зашагал обратно, спотыкаясь в темноте и размахивая руками. План сформировался такой: сейчас вот найду Кудряшку, строго прикажу ей обтереть губы, а потом Р-Р-РАЗ – и поцелую изо всех сил!
Музыка и вопли приближались. Среди деревьев уже мелькали переливающиеся вспышки танцпола. Идти стало легче, и я ускорился. А потом замер. Потому что под ближайшей сосной увидел Дашу. И не одну.
Задрав голову и сложив губы знакомой трубочкой, она тянулась к Михе Длинному.
И мне стало от всего этого ТАК тошно, что я развернулся и потопал домой. В смысле в нашу комнату в домике отряда. Да ну их к чёрту, этих даш, мих и всех прочих! Да мне вообще наплевать на них!
Растолкав тёплого и сонного щенка Пикселя, любимца всего лагеря, который после сытного ужина дрых без задних лап, я потащил его гулять.
Со стороны дискотеки долетали выкрики диджея, гулкие удары басов, радостные вопли… А мы с Пикселем играли в тёмном лесу, наслаждаясь вечерней прохладой. От нагретой за день земли медленно поднимался пар примерно на высоту моего роста, который затем величественно сплющивался в толстые пласты густого тумана.
Немного кружилась голова. Пропотевшая футболка противно липла к телу. Я кидал Пикселю палочки, а потом сам бегал и искал их среди мокрой травы, потому что глупый щенок не хотел понимать команду «апорт!». Вместо этого он гонялся за ночными мотыльками, смешно подпрыгивая и звонко щёлкая зубами.
И вдруг мне стало удивительно хорошо и спокойно. Такое ощущение накатывает, когда лежишь в уютной кровати и уже проваливаешься в сон. Даже комариные укусы чесаться перестали. Тёплая, мягкая волна абсолютного спокойствия и умиротворения…
Белый мяч тихо выкатился из темноты прямо ко мне под ноги.
Тот самый гац-мяч с пятнышком смолы в виде забавной рожицы. Пиксель тут же радостно боднул его головой. Мяч скрылся в тумане, а потом вновь выкатился обратно.
Я УЖЕ ЗНАЛ, кто притаился там, в ночном сумраке среди деревьев. Но отчего-то мне было совсем не страшно. Возможно, все мои эмоции уже обгорели за последние дни. Да и Пиксель не выказывал никакого беспокойства. Весело тявкнув, он закрутил хвостиком и снова боднул мяч.
И я разглядел БЕЛУЮ ДАМУ. Плотный сгусток тумана в форме древней старухи медленно выплыл из тьмы и замер метрах в десяти, зависнув над травой. Вокруг воцарилась полная тишина, словно весь мир накрыло толстым ватным одеялом. И вдруг призрак словно телепортировался, мгновенно оказавшись совсем рядом со мной.
Я даже не успел зажмуриться. А потом стало поздно.
Потому что фигура присела, вытянула белую руку, сотканную из клубящегося тумана, и попыталась погладить щенка. А тот попытался лизнуть её в ответ.
И я понял, что не нужно зажмуриваться. И бояться не нужно. Потому что никакая это не Белая Дама. И не злая старуха. И нет у неё никакого плаща и капюшона. Почему же мы раньше этого не видели?!
Это обычная маленькая девчонка-первоклассница в пышном, словно кукольном, платье! Обычная маленькая девчонка, просто призрак. Которая хочет играть и общаться!
Пиксель весело прыгал туда-сюда, крутил хвостиком, а девочка осторожно гладила его полупрозрачными пальцами. Широко раскрыв глаза, я стоял на месте и не мог решить – то ли я уже сошёл с ума, то ли по космолагерю действительно гуляет призрак, и это нормально.
Спустя несколько секунд девочка тихо растворилась в воздухе, улетев лёгким прозрачным облачком. Пиксель тявкнул ей вслед и продолжил гоняться за мотыльками. А я всё стоял и пытался осознать увиденное. И было мне тепло, спокойно и ничуть не страшно.
Конечно, вчера мне никто не поверил. А я разобиделся и лёг спать, чтобы ни с кем больше не разговаривать. И отлично выспался, между прочим!
Правда, теперь я и сам не уверен, что вчера был в адеквате. Дискотека эта убойная, слюнявая Даша, потом призрак… Всё какое-то странное… Может, это просто последствия контузии мозга, вызванной треками Моргеншперна?
Стоит жара и светит солнце – вот это реальность. А про остальное я потом подумаю.
Почему в жизни всё время происходит так, что вот только-только тебе стало хорошо, как сразу же «ХРЯСЬ!» – и опять всё плохо?..
Я совсем забыл, что… НАША СМЕНА ЗАВТРА ЗАКАНЧИВАЕТСЯ!!!
Как так-то? Я же только недавно познакомился почти со всеми в своём отряде. Я только недавно тут во всём разобрался. Я только-только привык к своей уютной кровати и неудобной тумбочке. Я даже ночью теперь ни обо что не спотыкаюсь!
Я уже в поезде. Еду домой. На соседней полке посапывает Ромыч. А Игорь до конца лета остался в лагере.
Так много событий произошло за последние сутки… Я уверен, что запомню их до конца жизни.
Я навсегда запомню, как вчера ночью мы купались в озере, а над зеркальной гладью нагретой за день воды медленно струился пар. Как мы ныряли в прозрачную тёмно-изумрудную глубину, а потом брызгались и дурачились. Как смеялась Жека, запрокидывая лицо к светлеющему небу, пока Игорь пытался что-то рассказать про поверхностное натяжение жидкости, погружая под воду свой конопатый нос и пуская пузыри.
Я запомню абсолютную тишину, которая царила над нами. И как тёплое озеро аккуратно придерживало нас своими мягкими ладонями.
А ещё я навсегда запомню щемящее чувство ГРЯДУЩЕГО РАССТАВАНИЯ, когда уже на рассвете мы возвращались в наш деревянный домик, ставший таким родным. Это так странно – идти в свой домик и понимать, что скоро покинешь его НАВСЕГДА.