Короче говоря, в итоге мы СТОПРОЦЕНТНО не выспались. И все сборы как-то сумбурно прошли. С кем-то прощались, как-то обнимались. Долго тискали ошалевшего от всеобщего внимания Пикселя. Девчонки плакали.
По-моему, окончательно я проснулся уже только в автобусе, когда мы от лагеря отъехали. Вернее, сначала я всё-таки крепко заснул, но почти сразу же дёрнулся. И так шарахнулся головой об оконное стекло, что оно аж загудело. И проснулся.
Ожидая, пока Ромыч закончит надо мной ржать, я сердито отвернулся к окну. И заметил полупрозрачную белую фигурку, быстро мелькавшую среди деревьев. Автобус ехал, а фигурка всё мелькала и мелькала. Словно попрощаться хотела. Ну да, точно! Конечно! Ведь мелькала же! Или мне это приснилось?
Надо будет потом спросить у Жеки. Вдруг она заметила? Она сидела впереди, прильнув к окну. Наверняка ведь всё видела! Я помню, как красиво подпрыгивали её косички в такт ухабам на дороге. А ещё почему-то мелко дрожали плечи.
Они с Игорем пропадали всё утро. Объявились уже прямо перед отправкой автобуса, неожиданно выскочив прямо из лесных зарослей. И вот Жека уехала, а Игорь остался. И вид у него был непривычно растрёпанный и ошалелый.
Такой, словно все физические константы внезапно поменялись местами.
Вера ГамаюнУжасы энциклопедий, или Многие знания – многие печали
На каникулах все оставляли Свету в покое. Дядя Стас или мама могли отвести разок в кино, в кафе или в торговый центр. Разрешалось гулять во дворе. Но большую часть времени Света проводила дома за просмотром фильмов и сериалов, которыми снабжал её дядя, и читая книги. А всем книгам Света предпочитала энциклопедии.
Главное отличие энциклопедий от художественных книг – всё, что в них написано, происходило, происходит или могло бы произойти на самом деле. По этой причине за то, о чём говорилось в энциклопедиях, Света переживала гораздо больше, чем за героев вымышленных историй, и безоговорочно верила каждому написанному слову.
Для энциклопедий нет запретных тем, даже если они называются «детскими». Никто не напишет в энциклопедии, что ты слишком мал, чтобы знать о том или ином понятии или явлении, не будет выбирать выражения и не станет стесняться в иллюстрациях. Правда, ты можешь не понять прочитанное. А ещё возможны приступы паники, нарушение сна, навязчивые мысли, боязнь самых простых вещей, на которые раньше ты не обращал никакого внимания.
Вот некоторые ужасы энциклопедий, которые произвели на Свету самое большое впечатление.
Геология – наука о планете Земля. О её устройстве, рождении, месте во Вселенной.
Земля под ногами только кажется неподвижной. На самом деле это огромные куски тверди, которые медленно плавают в океане раскалённой мантии. Куски называются литосферными плитами. Они постоянно сходятся или расходятся, сдвигаясь на несколько сантиметров в год. Например, Африка разваливается на две части. Учёные считают, что через пять миллионов лет между ними образуется новый океан. А другие учёные думают, что континенты, наоборот, слипнутся обратно в один большой материк, как случалось в истории планеты уже не раз. Они слипаются, а потом снова расползаются. Слипаются – и расползаются. И, хотя ты этого не чувствуешь, Земля, на которой ты стоишь, всё время куда-то движется у тебя под ногами, а не только вращается вокруг Солнца. Учёные спорят, куда направляются литосферные плиты. Пишут, что Крым движется к России, Россия едет в сторону Японии, а Санкт-Петербург плывёт в Иран, но это не точно. Всё происходит очень медленно, а то можно было бы бесплатно путешествовать в страны, на поездки в которые, по словам Светиной мамы, «в жизни не напасёшься».
На стыках литосферных плит случаются землетрясения и извержения вулканов. «Катастрофы несут гибель городам, людям, растительному и животному миру» – гласит надпись под картинкой, на которой из большой дыры в асфальте торчит автобус, а на заднем плане полыхает лес.
Фото вулкана помещено на обложку энциклопедии по геологии. Он может уничтожить целый город. Сначала поток лавы неудержимо бьёт из жерла вулкана на высоту пятнадцать – двадцать километров, а то и больше. Это длится не один час, и лучшее, что можно сделать в это время, – свалить как можно дальше. Во время выездного урока в Русском музее Света видела картину Карла Брюллова «Последний день Помпеи», герои которой заняты именно этим – они сваливают как можно дальше от вулкана Везувий.
Затем фонтан лавы обрушивается с высоты на склон вулкана, и образуется пирокластический поток – раскалённая до нескольких сотен градусов по Цельсию смесь вулканических газов и пепла. Эта чёрная туча, плюющаяся огнем, несётся со скоростью самолёта. У людей, попавшихся ей на пути, закипает и испаряется кровь, головы взрываются, после чего их накрывает слоем пепла высотой в двадцать метров.
Плюс такой смерти: останки сохраняются веками, и можно порадовать археологов через две тысячи лет, как это произошло с теми жителями городов Помпеи и Геркуланум, которые не успели свалить. Именно это случилось с Розой, подружкой Маленького принца (если верить изложению Светы, которое она написала по произведению Антуана де Сент-Экзюпери).
Однако Везувий – ещё ерунда по сравнению с супервулканами. Например, Йеллоустонским супервулканом в Америке.
Если такой вулкан рванёт, пирокластический поток выжжет дочерна целый континент. Ещё более обширную территорию завалит толстым слоем пепла, и там тоже всё погибнет. Другая часть пепла попадёт в атмосферу и сделает землю недосягаемой для солнечных лучей. Начнётся зима, которая будет длиться десятилетия. Выбросы прольются ядовитыми кислотными дождями, добив всё, что сумеет выжить. И это мы ещё не упомянули огромные цунами – они в общей картине и упоминания-то не стоят. В фильме «2012» из папки «На каникулы», который посмотрела Света, извержение оказалось сильно приукрашено, потому что закончилось довольно быстро, а потом герои увидели солнце. На самом деле никто после такого не увидит солнце годами, даже если будет кому смотреть (что вряд ли).
Примерно то же самое произойдёт, если на Землю упадёт большой астероид.
А ещё падение большого астероида может вызвать взрыв супервулкана, и получится двойной эффект.
Вся история человечества от самых древних обезьян уложилась в промежуток времени между великими катастрофами, о которых повествует энциклопедия по геологии. Так что теоретические последствия взрыва супервулкана и падения астероида учёные рассчитали на компьютере. Возможно, они чего-то не учли, и всё будет ещё хуже.
Динозавры могли бы рассказать о похожей ситуации, если бы не вымерли в результате. Раздел про них Света тоже читала в энциклопедии. Дойдя до вымирания, она отбросила книгу и прорыдала сорок пять минут.
В Древнем Египте медицина была не такой уж плохой. Египтяне превращали своих мертвецов в мумии и в ходе мумифицирования хорошо изучили строение человеческого тела. Через несколько тысяч лет это привело к неожиданной практике: в Средние века, когда все уроки древности забылись, люди ели растёртые в порошок мумии египетских покойников как лекарство. Правда, настоящих древних мумий на всех не хватало, так что широкое распространение получили подделки – наспех высушенные тела каких-нибудь казнённых преступников. Света никак не могла взять в толк, почему сырых людей они не ели, а высушенных – пожалуйста.
Операции проводились с древних времен – без обезболивания. Лучший наркоз в старину – это, конечно, сильный удар по голове, после которого человек надолго отключался и не мешал работать врачу своими воплями.
Из милого и приятного: средневековые врачи часто пытались вырастить в пробирке гомункула – маленького человечка. Они мешали всякую дрянь, что попадётся под руку, нагревали её, добавляли немного человеческой крови. Врач по имени Парацельс считал, что гомункула можно вырастить за сорок дней, и его рост будет около тридцати сантиметров.
Света не верила в гомункула, но его выращивание с добавлением капли человеческой крови – явно интересное занятие. Особенно для летних каникул! Точно не хуже, чем вырыть в песке яму, вылить туда ведро воды, а потом орать:
– Ка-ака-ава-а! – и прыгать, как это часто случалось летом на даче.
Сложно сказать, зачем средневековым врачам нужен был гомункул. Наверно, для того же, для чего современным учёным нужен человекоподобный робот с искусственным интеллектом, – чтобы созданное подобие человека помогло лучше узнать нас, людей.
Черви, а точнее гигантские (до десяти метров в длину) глисты с безжалостными названиями вроде «цепень» долгое время боролись с насекомыми и паукообразными за первое место среди Светиных страхов, но победили пауки.
Насекомые и пауки – разные классы, то есть пауки не насекомые. Пауки впрыскивают в свою жертву яд и пищеварительные соки. Через несколько часов, когда она переварится, паук высасывает её. В год все пауки на свете съедают несколько сотен миллионов тонн насекомых – это столько же или даже больше, чем весят все люди мира вместе взятые.
У паука нет ушей – он слушает волосками на ногах. И у него нет носа – запахи он тоже чувствует волосками на ногах. И вкусовые рецепторы у него во рту тоже отсутствуют – съедобна ли добыча, паук определяет волосками на ногах. В общем, если ты паук, то брить ноги не рекомендуется.
Кроме волос на ногах, у пауков есть характер. Однажды во время каникул Света с мамой попали в зоопарк насекомых. Прямо на стойке продажи билетов под календарём-домиком сидел большой мохнатый паук-птицеед по имени Анатолий. Вообще-то, птицееды ядовиты. Их укус не смертелен для человека, но может вызвать жар, боль и судороги. Анатолий, однако, имел такой покладистый характер, что посетители могли с ним фотографироваться без всякой защиты. Но нужно было быть очень осторожным – паук нежный, и его нельзя ронять.
В том же зоопарке в специальных террариумах сидели и другие ядовитые пауки, настолько злобные, что даже сотрудники зоопарка брали их в руки только в специальных перчатках.