Видимо, какие-то эмоции проскользнули по моему лицу или сверкнули в глазах, потому что парень удовлетворенно улыбнулся и сделал угол наклона экрана более удобным для моего просмотра.
И я пропал. Перед глазами проходили как красавицы, так и чудовища из различных звездных систем: пушистые и с гладкой кожей, русалки и девы птицы, всевозможных цветов, с рогами и без, с хвостами и без, с традиционной парой конечностей и более… Я ошалел от такого разнообразия. Да и со многими не смог бы заниматься сексом, чисто из привередливости или как с этой, что сейчас была на экране. Вот скажите мне, куда я должен засунуть свой член, чтобы мне было хорошо, если до пояса, это какой-то осьминог, а выше – прекрасная девушка? Нет, ну в принципе одно место я, конечно, знаю… но хотелось бы разнообразить процесс…
Ошалевший от предложенных вариантов я, наконец-то определился. Это была девушка из системы Сириуса.
– Вы сделали прекрасный выбор, – продолжил излучать радость и счастье секретарь, – последнее предупреждение, – и я напрягся, – вы не можете причинить какой-либо вред данной девушке, никаких травм или побоев. Она в любой момент может отказаться делать что-то, что считается неприемлемым в её мире, – моя челюсть отпала и с грохотом поскакала по дизайнерскому полу, вот так купил себе проститутку.
Но отказываться было не удобно и сделав морду кирпичом, только кивнул в знак согласия. Быстрый взмах рукой над моим браслетом, мельтешение цифр, букв, знаков, и около моей головы возник круглый металлический шарик, размером с теннисный.
– Это ваш проводник. Счастливо отдохнуть, – излучал позитив парень.
Вот только в его голосе проскользнули нотки сожаления, и я задался вопросом: "А если бы я, чисто теоретически, сказал, что хочу его, пошел бы он со мной, или встречающим гостей это запрещено?"
Пол у меня под ногами сверкнул голубым кругом, и вот я уже стою в коридоре с мягкой пружинистой поверхностью, а мячик летит вперед. Боясь потеряться, поспешил за ним. Мы остановились около третьей по счету двери, заставляя меня мысленно усмехнуться: “Символично. Третий день, третья девушка, третья дверь. Что ожидает за ней?”. Раздался тонкий свист из шарика и дверь открылась, впуская меня одного внутрь.
Переступив порог с любопытством огляделся. Что можно сказать о комнате? Минимализм. Полы все из того же пружинившего нечто. Противоположной от двери, стены нет. Даже не так. Она есть, но полностью стеклянная или из какого-то другого материала. У правой стены небольшой диван и пара кресел, похоже, что из того же материала, что и пол. Перед ними прозрачный столик. Слева неприметная дверь ведущая неизвестно куда, сейчас закрытая. Все цвета топленого молока. Довольно приятного и спокойного, тем более если сравнивать с тем футуристическим взрывом мозга и глаз в холле. Рассматривать комнату конечно было интересно, но где моя куртизанка?
Когда открылась эта неприметная дверь и появилась девушка, я не заметил, полностью поглощенный открывающимся видом из окна: огромные здания всевозможных форм и расцветок с переброшенными между ними прозрачными пешеходными мостами и маленькие разноцветные флаеры, кружащиеся вокруг, как бабочки или шмели около цветов.
– Господин давно ждет меня? – нежный голос, как перезвон колокольчиков, оборвал что-то внутри меня и сердце ухнуло вниз, а вернувшись назад, забухало о грудную клетку как ненормальное. Я медленно повернулся.
Передо мной стоял совершенно чистый и невинный ребенок лет семнадцати, в коротких шортиках и топике, с темно-русыми волосами ниже плеч.
– Сколько тебе лет? – голос получился глухим и хриплым. Горло пересохло, как и губы.
Я не мог оторвать глаз от этих невозможных, огромных, фиалковых очей и видел, как расширяется зрачок, затягивая чернотой, потемневшую радужку.
– Двадцать три, – прошептала она и облизнула свои нежные губы.
А я просто прикипел к ним. Желание впиться в них переполняло меня. Никогда не целовал девиц лёгкого поведения, считая что ни мне, ни им это не нужно. “Господи, зачем этот невинный ребенок занимается такой грязью?” – меня разрывало от эмоций: с одной стороны я хотел разложить её прямо здесь и без прелюдий, с другой – отшлепать по заднице и отправить к маме. Только почему я представил свою мать? Честно говоря, я не понимал, что буду с ней делать, тем более, что в ушах еще звучало предупреждение парня с ресепшн: всё только по её желанию. Поэтому стоял, как дурак и не шевелился.
Она медленно подошла ко мне и, прикрыв глаза, втянула воздух, принюхиваясь. Я дернулся, черт возьми, я каждое утро моюсь, от меня не должно пахнуть. А потом она открыла практически черные глаза, затянутые дымкой желания и я потерялся в них, а она обходила вокруг меня, уже снимая мою рубашку. Мое нетерпение явно выскакивало из штанов, а она не торопилась. Да и где эта долбанная кровать, на которой я хочу уже оказаться? Нет, я не привередливый, могу и на полу, но с ней хотелось на кровать на чистые, хрустящие простыни.
А девчонка усадила меня на пол, я потянул её за собой, но она ловко вывернулась и рассмеялась, словно легкие колокольчики зазвенели:
– Мой дари, сперва необходимо провести обряд, – и выскользнула в приоткрытую дверь, видимо спальню.
Я не понимал, какой, нах, обряд? Или у них тут, в будущем, какие-то ролевые игры приняты? Собрав волю в кулак, остался на месте. Сказано, что только по согласию, значит примем устав чужого монастыря.
Буквально через минуту девушка вернулась, неся в руках маленькую треногу с чашей. Чем дальше, тем интереснее становилось происходящее. Не понимая зачем всё это, лишь надеялся, что всё будет не как в ужастиках, и нимфа не превратится в самый ответственный момент в монстра. Некстати вспомнился взгляд парня с ресепшн. Усилием воли отогнал нарисовавшуюся в мыслях кровавую картинку со мной в главной роли: при угрозе жизни, у меня есть экстренная эвакуация. Значит: расслабляемся и получаем удовольствие!
А девушка продолжала удивлять. Встав передо мной на колени и установив принесенное "оборудование" между нами, разожгла какие-то травки. Они не горели, а только тлели, распространяя чуть пряный аромат. Дымок стелился по полу, словно живой.
Встав, она запела. Низкий, гортанный звук отразился во всем моем теле томлением и вдруг вскрик, удар пяткой по полу и она закружилась вокруг меня в танце. Он не был эротическим, скорее обрядовым. Но голова кружилась, и желание стирало последние разумные мысли. Следя за туманом, казалось, что это живое существо, кружащееся вокруг и ластящееся к нам.
И опять в голову полезли мысли: почему это невинное создание оказалось в этом месте, скольких уже обслужила, в каких позах и что позволяла с собой делать? Каждый вопрос вбивал нож в сердце и душу, проворачивая его там. Душу рвало в клочья от этих мыслей, а сердце плакало кровью. Желание вытрясти из неё душу и уволочь куда-нибудь подальше, перемешивалось с похотью: подмять под себя и драть её прям здесь, на полу, чтобы кричала от наслаждения и забыла всех, кто был до меня. Сколько их было?..
Господи, что со мной? Я никогда не принимал наркотики, ни в каком виде. Это удел рабов. Но сейчас я не был хозяином своего тела и разума. Чем одурманили меня, для чего? Я бы ещё это понял у нас: выкуп, шантаж и прочее… Но здесь? Я никто. Зачем?! А девушка кружилась все медленнее и голос её возвращался к нормальному. Я хотел уже подняться и уйти из комнаты, когда она надавила на плечи, заставляя сидеть.
Даже после хороших попоек с друзьями я не был в таком состоянии прострации, как сейчас. Сфокусировать взгляд получалось тяжело, тело казалось грузным и неуклюжим. Всё. Кажется, я попал конкретно. Это кому же отец так перешел дорогу, что меня достали даже здесь? Мысли метались испуганными бабочками. Я представил этих бабочек и пьяно хихикнул, стараясь поймать и погладить туман.
Подняв глаза, увидел нож в руках девчонки. Её пристальный, заинтересованный взгляд, немного отрезвил, но пошевелиться не получилось. В мыслях промелькнуло: “Пи*ец, котенку, больше срать не будет”, – как меня полоснули ножом по ладони. То же она сделала и со своей, тут же прижимая порезы друг к другу. Паническая мысль билась в висках: “Заразила. Какой-то дрянью инопланетной заразила. Это всё. Теперь точно смерть! Во, мне друзья подарочек удружили, это кому же из них, я так дорогу перешел?” – сердце бухало как ненормальное, стремясь выскочить из груди, а перед глазами вновь вставали кадры разных страшилок из последних голливудских фильмов.
Девчонка подползла ко мне на коленях практически вплотную, внимательно вглядываясь в глаза.
– Тшшш… успокойся, – маленькая ладонь погладила меня по щеке, – всё хорошо. Ты какой-то странный… Дари, ты что, никогда не слышал про обряд “Единения Сириуса”?
Понемногу паническая атака отпускала, и я смог даже ответить:
– Нет, – это был не мой голос, словно проводили наждаком по стеклу.
– Дари, то есть, ты даже не понял, что сейчас происходило? – её изумление, непонимание, обида и что-то еще непонятное, читалось огромными буквами на лице.
Губы девушки затряслись, а на глазах показались слезы. Я вообще не понимал этого театра абсурда. Что за нах, тут творится? И вот нафиг мне нужны все эти инопланетные заморочки? Мне что, своих, родных местных шлюх было мало? Она перевела взгляд на руку, которой продолжала сжимать мою ладонь. Я посмотрел туда же. Отпустив меня, она смотрела на абсолютно здоровую кожу. Оторопев от увиденного, я разжал ладонь и тупо уставился на неё. Это что, были глюки? Всё-таки наркотическая травка.
От этих мыслей стало жарко. Действительно, тут очень душно. Хорошо, что я уже без рубашки, а то бы сварился. Взгляд упал на потерянно сидящую девчонку. Это она виновата во всем. А если бы я от этой наркоты коньки отбросил? Злость на неё поднимала голову, возбуждая. Сидит тут, невинность корчит из себя… Продажная тварь, как их только красиво не называй, за деньги готовы на всё. Господи, это же не мои мысли! Но в штанах было уже больно от каменного стояка. Наркота вместе с афродизиаком. Точно! Во, я попал!