— Прошу пропустить! Я со мной! — властно покрикивал загадочный человек, проталкиваясь в первый ряд.
— А сами вы кто? — спрашивали его с почтением.
— Очень важная персона! Инкогнито из столицы! — многозначительно отвечал замаскированный.
— Гомо сапиенсы! — обратился робот Кузьма к людям. — Я его голос где-то слышал. Уж больно он мне знаком.
— Молчи, груда неразумного металла! У меня голос распространенный. Народный! — прикрикнул на него Инкогнито, отвоевав наконец место в первом ряду, рядом с главой города.
Теперь главе не мешал никто, и он беспрепятственно и в самых ярких красках описал обстоятельства, при которых исчез Продавец приключений.
В тот поначалу восхитительный, а затем печальный день Продавец и его прекрасная супруга беспечно веселились на собственной золотой свадьбе. Торжество проходило на седьмом этаже обычного дома, в квартире, где проживала эта образцовая семья. На праздник были созваны все давние друзья. Приглашение было послано и ему, Аскольду Витальевичу, однако, как впоследствии выяснилось, на почту тайно проник какой-то злоумышленник, изменил адрес на конверте, и письмо ушло на Марс. Отсутствие Аскольда Витальевича было единственным, что в первую минуту омрачило свадьбу. Но потом хозяева и гости сочли, что старого астронавта на этот раз увлекли особо важные воспоминания, и его простили. Пир покатился дальше, по своей легкой и веселой дороге. За столом не смолкали тосты. В бокалах пенилось вино и газированные фруктовые напитки. Золотые молодожены выглядели хоть куда: она была в кокошнике и сарафане, а он — в парадной шелковой косоворотке, подпоясанной серебристым витым шнуром, и новеньких лаптях. И вот застолье достигло апогея: казалось, еще мгновение и на балконе будет запущен обещанный фейерверк. Но именно в этот ожидаемый миг вдруг распахнулось окно, и в комнату ворвались клубы дыма. Все тотчас скрылось в густом черном мраке. В воздухе почему-то запахло подгоревшей гречневой кашей. Когда рассеялся дым, все увидели, что стул Продавца совершенно пуст! Зная озорной нрав юбиляра и его любовь к розыгрышам, супруга и гости обыскали всю квартиру, заглянули во все потаенные углы, однако Продавца не было нигде. Он словно растворился вместе с дымом.
— Мы долго ломали головы над столь странной загадкой, но так и не смогли ничего придумать. И потому, Аскольд Витальевич, решили обратиться к вам. Уж вы-то на вашем веку видели всякое, — такими полными надежды словами завершил глава города свой грустный рассказ.
— Нашли к кому обращаться, — презрительно фыркнул Инкогнито. — Этот Аскольд уже дряхл, как древняя черепаха, и ничем вам не поможет. Он и раньше был дутой фигурой.
— Продавец не исчез. Он похищен! — проигнорировав обидный выпад, произнес Аскольд Витальевич, еще раз доказав, что его не зря в прошлом считали великим.
— Как вы догадались?! Так сразу?! — ошеломленно вскричали все. Кроме замаскированного человека.
— Очень просто, — сказал старый астронавт, не сдержав невольной улыбки. — Этот способ похищения был описан еще Александром Сергеевичем Пушкиным. Вспомните его «Руслана и Людмилу». Именно так, напустив полную комнату дыма, злой карла Черномор умыкнул красавицу Людмилу. И тоже со свадьбы.
— Как мы не сообразили сами?! — снова поразились горожане, дружно хлопнув себя по крутым звонким лбам.
— Проклятье! — процедил сквозь зубы Инкогнито, словно вспомнил, что, уходя, где-то забыл выключить свет. И, вымещая досаду на старом астронавте, вновь напал на него: — Он пускает вам в глаза всякую пыль, а вы развесили уши. У Черномора была волшебная борода. А как, интересно, удалось придуманному вашим Аскольдом похитителю влететь в окно на седьмом этаже, надымить и вынести Продавца по воздуху?
— Да, Аскольд Витальевич, как? — растерялись горожане.
— Он проделал это с помощью подгоревшей гречки, — веско отрубил старый астронавт.
— Дедушка Аскольд прав! Все дело в гречневой каше, и это была ядрица высшего сорта! — послышался ломкий юношеский басок.
В дверях, почти упираясь головой в притолоку, стоял черноглазый, румяный, очень высокий молодой человек, похожий на Петеньку и Марину той поры, когда им было по восемнадцать. Это и был их сын Аскольд-младший. Или попросту Асик. Он только что закончил школу, но его уже успели пригласить на работу в Институт физики на должность… молодого сыщика. Ибо Асик еще в детские годы прослыл необыкновенно проницательным ребенком. Сие бесценное достоинство помогло ему в первые же дни раскрыть несколько громких научных дел. Юный детектив тотчас нашел неизвестную элементарную частицу, за которой годами гонялись все физики, и, задержав ее, передал в руки ученых. Поэтому никто не удивился, когда Асик возник на пороге с репликой, достойной Мегрэ и Пуаро.
— Как показало мое личное расследование, — продолжал между тем сыщик, гроза элементарных частиц, игреков и иксов, — в квартире, что этажом ниже, кто-то насыпал в бак для белья десять пачек крупы, поставил его на огонь и будто бы забыл об этом. Часа через два, в разгар свадьбы, по словам очевидцев, из окна на шестом этаже повалил черный дым.
— Но в этой квартире сейчас никто не живет! Ее хозяева уехали в отпуск. Кто в их отсутствие зажег плиту? И кому понадобилось столько каши? Целый бак! — удивились горожане.
— Похитителю! — коротко произнес старый астронавт.
— Похищение! Каша! Бак! Какая между ними связь? — заволновались сбитые с толку горожане.
— Никакой! — быстро ответил за Аскольда Витальевича Инкогнито.
— Связь самая «какая», — возразил Аскольд Витальевич. — Что вам напомнит бак с подгоревшей кашей, если его перевернуть дном вверх, а столбом дыма вниз? — спросил он, прищурясь лукаво.
— Реактивный двигатель, — сказали горожане.
— Так вот, похититель, ухватившись за ручки этого двигателя, влетел в окно, где гуляла свадьба, подхватил Продавца и был таков. Признаться, я и сам нередко пользовался таким способом передвижения.
— У меня есть свидетель, — вмешался сыщик. — Он видел, как над городом пронесся бак для белья с двумя людьми. Первый из них одной рукой держался за бак, а другой обнимал за талию второго. За баком тянулся черный шлейф, похожий на бороду Черномора.
— Интересно, а что было дальше? — незаметно для себя увлеклись горожане.
— А дальше злодей вместе со своей несчастной жертвой поднялся на орбиту Земли, где у него был спрятан небольшой космический кораблик, — пояснил Аскольд Витальевич, будто присутствовал при этом сам.
— Я обследовал все орбиты, которые опоясывают нашу планету, — снова вступил Асик. — И на одной из них обнаружил отпечатки космического мотоцикла.
— Проклятье еще раз! — вскричал Инкогнито и с досады топнул ногой.
— Вот именно! — подхватили горожане. — Похищен наш друг, а мы ждем чего-то! Мы должны сейчас же снарядить экспедицию и немедля броситься в погоню за… Но за кем? Как и где его искать, если нам о нем ничего не известно?! — спохватились они и впали в отчаяние.
И тут прозвучал уверенный голос старого астронавта:
— Вы ошибаетесь. Мы о нем уже кое-что знаем, и притом весьма существенное. Преступник допустил роковую ошибку. Он не читал «Руслана и Людмилу»! — Это сообщение Аскольда Витальевича прогремело, будто выстрел из самой оглушительной пушки посреди сельской тишины. — О том, что проделал Черномор, он знал только понаслышке!
— Такого не может быть! Что вы, Аскольд Витальевич?! Что вы?! — придя в себя, замахали на него руками горожане. — Нет во Вселенной такого человека, кто бы не читал «Руслана и Людмилу»!
— И все же один такой нашелся, — сурово возразил старый астронавт. — Вспомните, кого похитил Черномор в древнем городе Киеве? Невесту! А наш злодей все перепутал: украл жениха! Следовательно, если вам попадется тот, кто не читал «Руслана и Людмилу», он и будет тем, кого вы ищете. Впрочем, лет двадцать назад, я бы прямо сейчас назвал имя этого человека. Сказал бы, что Продавца похитил Барбар. Только он мог бы умудриться не прочесть эту увлекательную и весьма поучительную поэму. Однако…
— Безобразие! Чуть что, так сразу виноват Барбар! — возмущенно перебил Инкогнито.
— Вы правы: он здесь ни при чем, — согласился Аскольд Витальевич. — Как утверждает молва, Барбар давно исправился и, став отшельником, может быть, в эти минуты размышляет о добрых делах.
— Размышляет, еще как размышляет! И днем, и ночью, — горячо заверил всех Инкогнито, но затем это ему почему-то показалось забавным, и он хихикнул.
Да, об удивительном превращении, которое произошло с Барбаром, было известно всем. После того как героический экипаж звездолета «Искатель», отыскав Самую Совершенную во времени и пространстве, вернулся на Землю, бич Вселенной Барбар, собрав журналистов, объявил: он-де порывает с преступным прошлым, начинает новую жизнь. Мол, он удаляется от мирской суеты на пустынный астероид, где предастся размышлениям о светлом и возвышенном. Отныне любой турист, пролетая мимо астероида, который теперь именовался Барбаровой Пустынью, видел недавнего злодея облаченным в холщовое рубище. Вот уже двадцать лет он и впрямь с утра до вечера сидел на камне и, подперев кулаком подбородок, размышлял о высоких материях.
— Значит, поэму не прочел кто-то другой, — твердо решил старый астронавт.
— Отыскав его тайное логово, вы найдете и нашего бедного Продавца.
— Вы нам очень помогли, — сказал глава города Аскольду Витальевичу и, вздохнув, добавил: — Ах, как жаль, что вы не можете возглавить нашу спасательную экспедицию. У теперешних искателей приключений на уме лишь одно: звездные войны да прочие космические боевики.
— Куда уж мне теперь! Я свое отпутешествовал, — горестно подтвердил старый астронавт.
Он попытался встать, опершись на ручки кресла, но не сумел. Старость пригвоздила его к сиденью похлеще притяжения самой большой звезды. Аскольд Витальевич машинально глянул на кисть правой руки. Когда-то там красовалось гордое имя «Стремительный», вытатуированное в честь славного космического эсминца, на коем он в молодости служил лейтенантом. Теперь это звучное слово совершенно поблекло, от грозной надписи осталось несколько слабых голубоватых точек.