Я осмотрелась — все разбойники валялись на земле. Многие из них не шевелились, некоторые стонали. В воздухе витал сладковатый запах крови, от которого меня стало мутить. Не выдержав, я согнулась пополам и вернула весь завтрак. Новая волна запаха крови ударила в нос, и я снова согнулась.
Кристиан протянул мне флягу с водой. Я сделала жадный глоток. В животе все скрутило. Да, я была ловкой, но одного не учла — я не умею убивать. Такому меня не учили. Я целилась ножом в ноги, руки, бока, не стараясь задеть жизненно важных органов. Демон же всехточными расчетливыми ударами убивал.
Что я наделала? Это не игра, не тренировка. Я захотела показать демону, какая я сильная, а в итоге стою среди кучи трупов и луж крови.
Глава 16
— Посмотри на меня! — приказал демон.
Но я даже не расслышала его приказ, меня ужасно мутило. Возненавидела саму себя, за свой дурацкий поступок. Все эти смерти, они на моей совести.
— Ты хотела быть правительницей, Лу. Вот, что значит править! Это не строить домики и объединять народы. Убийства, войны и кровь. Вот, что значит быть королем!
— Прости. Я так сглупила, — выдавила я, — мне сложно сопротивляться Фениксу. Раньше мы были как одно целое, но теперь я чувствую его больше и больше. Это сложно.
Это было единственным, на что меня хватило. Демон подошел ближе и, взяв за подбородок, приподнял мое лицо, заставляя посмотреть прямо в серые глаза.
— Прости, — повторила я. Кристиан провел подушечкой пальцев по мокрой щеке.
— Ты научишься его контролировать, — спокойно сказал он.
— Но какой ценой, Кристиан? Отец хотел, чтобы я вышла замуж. Если бы я его только послушала…
Неожиданно Кристиан подался вперед и прижал меня. я дала волю чувствам, чувствуя, как трясется все тело.
— Ты не виновата, — сказал он, проведя ладонью по волосам. — Нельзя винить себя в том, чего не знаешь заранее, Лу.
— Меня никто так не поддерживал как ты, — сказала я искренне и посмотрела в его глаза. Было в них что-то загадочное, темное.
— Это несложно, — ответил он. — Я верю, что из тебя получится достойная правительница, просто нужно время. Дерешься ты, по крайней мере, круче многих мужиков.
Кристиан улыбнулся, все внутри потеплело. И, полагаясь на неведомый порыв, я потянулась вперед и поцеловала его.
***
Кристиан
«Какого Ашшара тебе нужно?»
Со вчерашней ночи я принял решение, держаться подальше от Лу. Она заставляла думать, и эти мысли мне не нравились. Я еле заснул, и когда проснулся, принялся готовиться к дороге.
Выехали мы быстро. Дурацкий вопрос об Адриане вывел из себя. Он должен выжить, по-другому никак.
Единственный из братьев, кого я считал лучшим другом и советником. Сердце неприятно кольнуло. Я никогда не питал привязанностей к братьям. Все они были жестокие и считали меня последышем и ничтожеством. Только Адриан был мне дорог. Когда отец понял, что я единственный выживший ребенок, стратегию сменили. Меня все так же тренировали, но опасности мою жизнь подвергали меньше. Самой ужасной из всех тренировок была смена ипостаси. Вынужденная смена превратила мою вторую ипостась в уродливое нечто. Внешность не самое страшное. Самое страшное — боль. Когда я сменил ипостась впервые, казалось — точно сдохну. Чувствовал, как ломаются кости, как рвется моя кожа. Я тонул во тьме, но твердое желание жить вело меня на свет. Открыв глаза, оказался лежащим в крови, уродливый, среди тел моих умерших братьев. Должно быть, я сильно удивил своего учителя и отца, который считал меня самым слабым из отпрысков. С тех пор я был один. Возможно, я бы сошел с ума от боли, если бы не редкие встречи с Адрианом. Его учили вместе с обычными демонами, и ипостась он сменил, когда сущность сама потребовала этого. Я так сильно ему завидовал, и так же сильно его любил. Казалось, Адри был единственным, кому было до меня дело. В детстве я ненавидел отца. Ему было плевать на меня. Единственное, что его интересовало, были мои успехи в учебе. Но больше него я ненавидел учителя боевого искусства, который обзывал меня и бил. Каждый раз на тренировках безразлично смотрел, как я сдыхаю от боли, сменяя личину. Мне некого было любить.
С момента моего совершеннолетия отец разрешил мне выбрать несколько наложниц в гарем. Они по очереди утоляли мои мужские потребности, но были для меня лишь куклами: сначала интересными, потом привычными и скучными.
После, встретил Эллу и понял, что люблю ее. Я не встречал девушки прекраснее, чем эта демоница. Элла не была скромной. Как и все демоны, она имела огненный характер. Я мечтал обладать ею. Каждый раз в постели, когда она выкрикивала мое имя, я ею обладал. На следующий же день она могла выкрикивать чье-то другое имя, и ею обладал кто-то другой. Потом она возвращалась ко мне, и так по кругу.
«В жизни нужно попробовать все, — говорила она. — Ты же понимаешь, что я еще не твоя?»
Я понимал, и всего меня жгло желание свернуть шеи всем, кто дотрагивался до нее хоть пальцем. Вскоре она мне надоела, превратилась в такую же куклу, как и мои наложницы. Меня от нее тошнило. Но впоследствии, я смирился с нашей предстоящей свадьбой, мне уже было на нее плевать.
Единственный, кого я любил, был Адри. Он выживет. Он просто не может умереть там.
Встреча с разбойниками была прекрасной возможностью остудить пыл. Можно было бы сменить личину, но тогда Лу испугалась бы меня, а этого я не хотел. Да и с бандой разбойников справиться было несложно.
Дурацкий поступок принцессы вывел из себя: эта походка, это подмигивание. Разбойники сжирали ее взглядом даже в этом нелепом одеянии, и мне захотелось растерзать их и ее вместе с ними. Что она себе позволяет? Демоны — собственники и она принадлежит мне. Когда она схватила нож, и я понял, к чему все это было, стало легче. Я уложил их всех. Глупая принцесса не убивала. Неужели не понимала она, что, если оставить хоть одного, он позовет других. Когда с разбойниками было покончено, я поймал ее взгляд полный непонимания, и это ужасно меня разозлило. Она не осознает, что если хочешь править, нужно быть жестким. В конце она расплакалась и прижалась ко мне. Меня никогда никто не обнимал. Я вспомнил, как впервые увидел ее в том озере и решил, что она ребенок. Так и было. Ее трясло, и она прижималась ко мне всем телом, словно это было единственным, что ей поможет.
Она все храбрилась, старалась мне помочь, глупая девочка. Одинокая и теперь беззащитная, без покровительства родителей, она мне напомнила меня. Поэтому я и хотел держаться от нее подальше. Напомнила мне меня пятилетнего, когда я верил, что стану хорошим королем. Верил, что смогу править. Мир и процветание — вот во что я верил. Верил, что жизнь с принуждениями, смертями и навязанными невестами не для меня. Такое проявление чувств должно было меня от нее отвратить, но вызвало иное чувство. Я захотел ее защитить от всего, что заставляет этого глупого ребенка плакать.
Я считал, что Луна сможет править, она отлично сражалась. Не могла убивать, но, может, это и к лучшему. Может, это именно то, чего не хватало правителям? Сострадания?
Я сказал все как есть, чтобы успокоить ее. Она так смотрела, в ее огромных глазах отражалась уйма чувств, понять которые я не мог.
Но мне и не пришлось, всего одна минута, легкий шаг и вот уже я почувствовал сладкий вкус ее губ.
Понимая, что еще минута, и я не сдержусь, заберу ее, присвою себе, а этого никак нельзя было допустить.
Глава 17
Я поцеловала его. Сама. Мне хотелось почувствовать, что я кому-то нужна, что хоть кто-то меня любит, хотя и знала, что это не любовь. Его влечет моя сила. Внутри него она откликается на моего феникса. Когда-то меня это беспокоило, а сейчас мне было все равно. Он был сильный, он защитил меня.
Я чувствую его руки на своем теле, чувствую, что нужна ему. Так, какая разница зачем.
Мы целовались так страстно, что кружилась голова. Казалось, не осталось ни пяди на моем теле, куда не проникали его руки. Я хотела большего, но Крис отстранился — снова удар по моему самолюбию. Он меня хотел — чувствовала это и видела, но ему нужна была моя сила, а не я.
— Нам пора в путь, — сказал он так сухо, словно ничего и не было.
Я застыла, не в силах поверить, что он так просто уйдет. Но он ушел. Спокойно оседлал пегаса и забрался на него.
И пока я стояла ошарашенная, сказал:
— Поторопись.
Внутри все сжалось. Но заставила сделать вид, что мне плевать. Последовав его примеру.
«Демоны не умеют любить», — вспомнила я когда-то давно забытое выражение. Не стоит врать самой себе.
Всю дорогу мы молчали. Каждый в своих мыслях. Я в попытках усмирить феникса и прогнать ненужные чувства. А Кристиан… Я не знала, о чем он мог думать.
Наш путь пролегал через земли людей, именно поэтому мы и наткнулись на разбойников. Такие вот маленькие деревушки, как та, в которой мы оказались, была излюбленным местом охоты всякого сброда.
Земли людей были необширны. Удивительно, как они, вообще не имея магии, когда-то смогли отвоевать себе эти клочки. Столица людей находилась в горах, местоположение было настолько труднодоступным, что не каждый смог бы туда пробраться. А вот маленькие деревушки, типа этой, находились в лесах.
Люди не отличались талантами: не умели шить как эльфы, драться как демоны, торговать как гномы, но зато на их землях произрастал красный вьюн. Этим они и воспользовались. Вся людская экономика строилась на продаже вьюна и найме воинов других рас.
Также среди людей поощрялось смешение рас, люди неплохо наживались на этом. Если получилось заделать ребеночка от эльфа — хорошо, от демона — еще лучше. Чем сильнее, тем лучше. Дети эльфов или демонов обычно рождались с магией огня, воздуха или земли, и их называли магами. Маги земли могли отлично зарабатывать на полях, маги воздуха и огня становились приближенными короля. Дети орков, были редкостью, несмотря на соседство. Такие дети обладали большой физической силой и, обычно, вступали в ряды армии короля, или же становились стражами замка.