ас не успеют раскопать – раздавит раньше.
Осознание, что мы оба скоро умрем, вот так, раздавленные весом трех этажей, накрыло с головой. Но я собрала волю в кулак. Не истерить. Это бесполезно. Буду держаться до последнего. И держать полог, когда силы Сьера иссякнут.
Но пока быстрее магии из него вытекала кровь. Я разодрала свою рубаху, чтобы перетянуть рану на бедре и руках Сьера. И, чтобы не делать этого в молчании, которое выматывало, спросила:
– Ты ведь знал, кого мы ищем? Этого Черепа.
– Да. Я за ним охотился в Темных землях до того, как он решил перебраться в Йонль и осесть здесь на дно.
– Громкую кражу мет ты называешь «осесть на дно»?
– Да, это был не его уровень. В Тайре этот наемник славился тем, что его кражи отличались куда большим размахом.
– И что же он такого натворил, что ему пришлось податься в Йонль?
– Тебе этого лучше не знать, – произнес Лунь.
– Угу. Ты, Санночка умрешь сейчас, но я тебе даже не скажу, за что именно, – взбешенно прошипела я и выразительно посмотрела на потолок.
– Не могу сказать. – Темный отвел взгляд. – Я дал клятву на крови о неразглашении, которая будет действовать даже после моей смерти. Чтобы ни один некромант не смог…
– Хорошо, – кивнула я, перебив Сьера. – Тогда зайду с другой стороны: кто, – это слово я выделила особо, – поручил тебе найти этого Черепа.
– Император…
«Твою ж Эйту…» – едва не вырвалось у меня. Значит, речь о каких-то государственных тайнах, в которые мне не стоило совать нос, если хочу жить. Хотя… жизни этой осталось на пару дюжин вздохов.
– Санни, я действительно не могу объяснить тебе ничего больше, но в состоянии сделать кое-что…
Я вопросительно посмотрела на темного.
– У тебя есть муж? Дети?
Не понимая, куда клонит Сьер, замотала головой. Нет.
– А родственники?
– Бабушка. Еще мама с отцом, но они сейчас на раскопках. А что?
– Выходи за меня замуж, – вдруг произнес некромант.
И я поняла: все, начался предсмертный бред. И путь темный пока, как и я, сидел на коленях, максимально склонившись, чтобы уменьшить радиус сферы, стало очевидно: он вот-вот упадет и надо срочно плести контур для моего барьера.
– Нет, я не сошел с ума, – словно прочитав мои мысли, возразил он и пояснил: – Мы оба скоро умрем. У меня пусть и нет титулов, но зато за свою жизнь я успел сколотить неплохое состояние. А вот наследниками не озаботился. Семьи не завел, детей нет. Родителей тоже. Я подкидыш, сирота.
– Но мы же оба умрем, – не понимая, как темный может думать о деньгах, когда вот-вот…
– Но если умрем женатыми, то все мое состояние перейдет к твоим родителям и бабушке. Ты обеспечишь их на всю оставшуюся жизнь…
– Слушай, как вообще те, кто найдут наши тела под завалами, поймут, что мы женаты? – Выверты логики темного доконали мою светлую психику, но зато я перестала думать каждый миг о том, что на нас вот-вот рухнет груда камней.
– А кто из нас двоих ритуалист? – возмутился темный. – Вспоминай. Наверняка есть какой-нибудь очень очевидный и неоспоримый обряд… чтобы только глянули на наши сцепленные руки – и поняли: эти два трупа успели пожениться…
– Ты еще что-нибудь посложнее не мог придумать? – возмутилась я, а мозг меж тем помимо моей воли начал лихорадочно перебирать варианты. Ведь когда собственная кончина неизбежна, но есть возможность позаботиться о близких… Выплаты по потере члена семьи от отдела правопорядка, конечно, будут. Но не столь большие, чтобы обеспечить ба достойную старость…
– Обет крови подойдет? – спустя несколько ударов сердца спросила я у Сьера.
– Вполне. У меня этой крови сейчас… – попытался пошутить некромант, намекая, сколько из него вытекло.
Я не стала медлить. Подхватила камешек, что валялся под ногой, и его острой гранью рассекла себе ладонь. И прислонила ее к ране Сьера, которая рассекала все правое предплечье темного.
– Вообще-то традиционно ладонь к ладони, но, думаю, тебя и так достаточно посекло.
– Что дальше? – деловито уточнил темный.
– Повторяй за мной слова клятвы.
И я начал зачитывать заклинание. Оно было долгим и витиеватым, как и вязь, которая от каждого слова начинала прорастать на наших с темным запястьях. Алый узор обвил наши руки, распустившись, потянувшись выше и ниже, покрыв всю тыльную сторону моей ладони, словно ажурная перчатка. Точно такой же рисунок появился и у Сьера.
Когда этот немыслимый свадебный ритуал закончился, полог вдруг мигнул.
«Сейчас обрушится», – успела промелькнуть мысль. Я зажмурилась, вспоминая плетения барьера и готовая выпростать руку, чтобы его активировать, как…
Темный меня поцеловал. Коротко. Отчаянно. Горячо. Я ошарашенно распахнула глаза.
– Кажется, именно это должен сделать муж после брачной церемонии? – невинно уточнил он.
– Может, тебе еще и супружеский долг отдать прямо тут? – сверкая глазами, уточнила я.
– Тут не нужно. Но в целом ход твоих мыслей мне нравится…
– Ты труп, – прошипела я, имея в виду, что льерны лысой этот некромант дождется первой брачной ночи.
– Конечно, – согласился он и хитро добавил: – Но не сегодня…
И только тут я услышала над нами какой-то шум. А спустя совсем немного времени увидела над собой свет. Он исходил от сотни магических шаров.
Оказалось, что, пока я тут прощалась с жизнью и выходила замуж, завалы успели разобрать. И сейчас, когда отодвинули глыбы, что были сверху, мы оказались словно сидящими под половинкой яйца цыплятами. А вокруг были камни и разруха.
Когда наконец удалось выбраться наружу, я увидела, что доходный дом превратился в руины. Было больше дюжины пострадавших. Кого-то сильно ранило, но, слава богам, не смертельно.
Но потом я повернула голову в сторону Сьера, и… кажется, одним трупом Черепа сегодня все же не обойдется.
Но темный, увидев мой кровожадный взгляд, тут же заявил, что он смертельно ранен. Хотя… как выяснилось позже, и тут Сьер подстраховался, надев облегченный вариант кольчуги без рукавов. Потому-то его грудь клинки и не задели. Но руки и ноги порезали все же сильно. Так что шансы истечь кровью у Сьера были отличные.
Отряд лекарей, прибывший на место происшествия, это тоже понимал. Потому целители принялись усиленно бинтовать и накладывать мази – единственное, чем они могли помочь темному, не используя заживляющих заклинаний.
Мне же хотелось его прибить за то, что он заставил меня выйти за него замуж. Причем заставил в лучших традициях сынов Мрака: подкупом, шантажом и обманом! В общем, я смотрела на Сьера и мечтала о том, как его придушу. А потом подниму труп и еще раз придушу… И плевать, что из нас двоих некромант – это темный… Но это завтра. Сейчас я слишком устала для этого.
Я вернулась в жилой корпус злая и голодная. Умылась и решительно легла спать. День и ночь после выдались тяжелыми. Но как только я оказалась в постели, требовательно заурчал живот. И стало очевидно, что есть я все же хочу больше, чем дремать. Прикинула, что почти сутки у меня во рту ничего не было, выругалась и, переодевшись, отправилась в офицерскую столовую, благо та работала и днем, и ночью.
Вот только, оказавшись в шумном зале, поняла: тут я есть не хочу. Слишком много народа. И взяла навынос завернутый в пергамент бутерброд. Два. Еще один – для Сьера. Сама не знаю почему. А затем отправилась к темному. Исключительно поговорить.
И когда вошла к темному, который уже успел переодеться и щеголял в одних домашних штанах и бинтах, без обиняков спросила:
– Зачем ты это все… с обрядом?
– Это был самый быстрый и эффективный способ уговорить тебя выйти за меня замуж, – как само собой разумеющееся, ответил Сьер.
– Зачем? – не поняла я.
– Просто я встретил свою ведьму. Ту самую, которая мотала бы мне нервы всю оставшуюся жизнь, и я радовался этому…
– А меня спросить, хочу ли я этого…
– Ну под завалами ты же согласилась, – пожал плечами темный.
– Только из-за наследства!
– Это уже мелкие детали… – возразил Сьер.
Рука сама потянулась огреть темного, но… один некромант оказался быстрее. Сверток с хлебом и котлетами упал на пол, а я сама оказалась в объятиях Сьера.
– Я просто не хочу тебя потерять. Упрямую, своенравную, колкую, внимательную к деталям. А когда темный чего-то хочет, он добивается этого любым способом… А чего хочешь ты?
– Почувствовать, что живая и все это закончилось…
Договорить я не успела. Губы Сьера коснулись моих, и… мир сошел с орбиты. Потому что как бы я ни пыталась уверить себя, что этот темный мне безразличен, – все было напрасно. Меня тянуло к нему.
Или я просто сошла с ума от всего пережитого. Мы оба едва не погибли сегодня, еще до того, как здание начало рушиться. Череп мог нас обоих убить. И сейчас я хотела убедиться, что жива. Сама не поняла, как вцепилась в мужские плечи, как начала отвечать на поцелуи Сьера. Это было как сумасшествие. Одно на двоих.
Мы любили друг друга. Отчаянно и нежно. До моих стонов, до смятых простыней, до шепота «любимая ведьма»…
А утро подкралось как-то быстро и незаметно. Я проснулась и, осознав случившееся, почувствовала себя воришкой, который украл эту ночь. Вот только смыться мне не дали. Сьер, словно что-то почувствовав, проснулся.
А я смогла наконец в лучах взошедшего солнца рассмотреть его мету. Та впечатляла: крылья ворона начинались на лопатках и доходили по середины икры.
– Нравится? – хитро спросил Сьер.
– Ты сам впечатлил меня сегодня гораздо больше.
– Это я еще только начал и собираюсь продолжить… – коварно произнес темный. Мой темный.
Вот только, как оказалось, даже самой страстной любви может помешать голод. Еда, которую я принесла вчера, сегодня уже отдавала душком, поэтому пришлось ее выкинуть и отправиться в офицерскую столовую.
По дороге мы столкнулись с Дюком. Оборотень что-то процедил сквозь зубы о готовых на все ритуалистках. Но так, чтобы услышала только я.
Постаралась сделать вид, что не услышала и не обращаю внимания. А зря. Потому как уже вечером перевертыш баюкал сломанную руку. Срастить оную целители отчего-то не смогли, а хваленая регенерация оборотней почему-то замедлилась. Так что Дюку оставалось лишь дожидаться полнолуния, чтобы обернуться и излечиться. И вот так, с лубком, перевертыш и подошел ко мне в коридоре и начал просить прощения. За все сразу. Даже за то, чего не совершал. И напирал на то, что не знал о моем замужестве.