ивавших порядок на Индейской территории и в недавно образованном штате Оклахома. Ему казалось, что Гардинеры погнушаются принять в свои ряды человека, получающего наслаждение, видя мучения своих жертв. Однако подобное притягивается подобным, и с течением времени сами Гардинеры становились все более жестокими и кровожадными.
Ванс Гардинер был хитрым и расчетливым преступником — одним из самых умных в стране. До последнего времени он и его семейка участвовали только в краже денег и припасов. Лоутон не сомневался, что целая серия бессмысленных убийств связана с появлением Айдахо Джо. До того, как он присоединился к банде, Гардинеры занимались только тем, что грабили поезда и банки, тщательно разрабатывая каждую операцию. Айдахо Джо, а с ним и еще один головорез по кличке Попрошайка Дик быстро испортили Гардинерам репутацию обычных грабителей.
Лоутон очнулся от своих мыслей, навеянных воспоминаниями о прошлом. Пребывая в рассеянности, он принес лопату и приступил к выполнению своей скорбной работы. На этот раз Лесной Птички с Гардинерами не оказалось. Этим прозвищем Лоутон наградил таинственную и совершенно неуловимую особу женского пола, которая, по его расчетам, имела непосредственное отношение к банде.
Лоутон видел ее только однажды. Это случилось год назад, когда он со своими товарищами в очередной раз преследовал банду. Они напали на след преступников к югу от владений племени чероки, но негодяи выставили часового и в результате успели уйти от погони и скрыться в ночи. Преследуя банду, Лоутон успел заметить в свете вышедшей из-за тучи луны копну светлых волос — Лоутону они показались белоснежными, — развевавшихся, как флаг, на ветру.
С тех пор, расследуя очередное ограбление, он всегда расспрашивал об этой женщине и давал ее примерное описание. Кое-кто из горожан припоминал, что накануне видел привлекательную молодую женщину, которая приезжала в город на поезде или в дилижансе и представлялась школьной учительницей, занятой поисками подходящей работы.
Услышанное натолкнуло Лоутона на мысль о том, что эта женщина выполняет роль информатора и шпионки, помогая преступникам. Он не знал, что связывает ее с бандой. Может быть, она — сестра или любовница одного из ее членов, а может быть, просто романтически настроенная девчонка, влюбившаяся в кого-нибудь из этих головорезов. Однако кое-что не вызывало сомнений — свидетели в один голос твердили о том, что незнакомка необыкновенно красива, в отличие от Ночной Звезды, Пастушки Кейт и некоторых других преступниц, о которых доводилось слышать Лоутону. Он не сомневался, что именно вмешательством таинственной особы объяснялась неуловимость Гардинеров, легко ускользавших от своих преследователей, Лоутон подозревал, что Лесная Птичка тщательно изучает местность перед каждым нападением банды и, почуяв опасность, подает тревожный сигнал. Однако сама всегда ухитрялась держаться в тени, и даже во время последней стычки ничем не выдала своего присутствия.
Продолжая копать могилу, Лоутон уже в который раз спрашивал себя, чем его так заинтриговала неуловимая красотка. Он даже ни разу не видел ее собственными глазами, а только слышал о ее поразительной красоте. И теперь он снова поймал себя па том, что в очередной раз пытается понять, что связывает эту, судя по всему, очаровательную женщину с шайкой отпетых головорезов.
— Красавчика я подлатал, — объявил Такер, выведя тем самым Лоутона из задумчивости. — Обычная царапина, но не исключено, что на пару недель она лишит его возможности совершать любовные похождения.
— Черт возьми, Так, если ты снова назовешь меня Красавчиком, я… — И Вуди, держа левую руку на перевязи, бросился вперед, но тотчас осекся, заметив, как Лоутон выкапывает осенний цветок, чтобы украсить им последнее пристанище несчастного Джорджа Тинзли.
Дружеская перепалка сменилась почтительным молчанием. Эта часть их работы — обязанность произносить последнее слово над невинной жертвой — была для всей троицы самой тяжелой. Когда-то, решив посвятить свою жизнь защите населения обеих территорий, Лоутон боялся превратиться в бесчувственного человека, лишенного какого-либо сострадания. Таковы были издержки его тяжелого, но необходимого ремесла. Однако опасения не оправдались — всякий раз, читая последние напутствия очередной душе, отлетевшей к небесным вратам, Лоутон не мог оставаться равнодушным.
Куда направится душа юного Билли Гардинера — на небеса или в преисподнюю? Этого Лоутон не знал и не собирался тратить время на поиски ответа. Гораздо больше его занимала судьба уцелевших Гардинеров — Ванса и Нейта, посылавших страшные проклятия на его голову. Но кто, как не они, виновны в гибели своего младшего брата? Встав на путь преступления, они прокляли самих себя и теперь переживают утрату близкого им человека. Смерть Билли на их совести.
Судья Исаак Паркер распорядился доставить Гардинеров живыми или мертвыми, а Паркер всегда подчеркивал, как дорожит своими судебными исполнителями. Встав на защиту невинных, они не щадили собственной жизни, и Паркер искренне скорбел о каждом страже закона, погибшем от пули преступников.
— Интересно, где прячется Лесная Птичка, — задумчиво произнес Такер и направился к лошадям, которых они с Вуди сумели поймать и успокоить.
— Наверное, поджидает своих дружков в укромном месте, чтобы окружить их заботой и снова поставить на ноги, — ответил Лоутон.
— Вот бы взглянуть на нее хотя бы одним глазком. За такое я не пожалел бы месячного жалованья, — заметил Вуди, пытаясь перехватить жеребца Лоутона за поводья. — Я столько раз слышал о ее красоте, что жажду увидеть ее собственными глазами.
— Насколько мне известно, Красавчик, ты и без того не обделен женским вниманием, — произнес Такер, вскакивая в седло. — Наверное, эта встреча станет для тебя последней, потому что, стоит тебе увидеть очередную юбку, ты тотчас влюбляешься по уши, к тому, же кто она, обладательница этой юбки — леди или преступница, юная девушка или старуха, толстая она или худая, — для тебя дело десятое…
— Я всегда считал себя достаточно разборчивым, — возразил Вуди.
Такер пожал плечами и покосился на мускулистого гиганта, молча покачивавшегося в седле.
— Вот Лоу совсем другой человек. Он не так падок па женские прелести и не допустит, чтобы его соблазнила эта красотка.
— То-то ты удивишься, если она разобьет даже каменное сердце Лоутона Стоуна, — ввернул Вуди и, насмешливо улыбаясь, покосился на своего молчаливого приятеля.
— Вряд ли, — возразил Такер. — Еще не родилась та женщина, которая сладит с Лоутоном Стоуном.
— Посмотрим, не вскружит ли она ему голову, если мы, конечно, вообще ее поймаем, — заключил Вуди. — Ставлю двадцать долларов на то, что даже у Лоутона дрогнет сердце, если ему придется передать эту красотку судье Паркеру.
— Судье! — воскликнул Такер. — Да на ее арест даже не выписан ордер, потому что ее никогда не обвиняли ни в чем противозаконном. Все, чем мы располагаем, — только догадки. Но я принимаю пари. Если она попадет нам в руки, я…
— Так! Вуди! — прервал его Лоутон. — Что?
— Успокойтесь. До Маскоги путь неблизкий, а нам еще нужно захватить фургон для заключенных. А до Форт-Смита еще дальше.
— Бог ты мой, похоже, мы тебя задели за живое, — поддразнил Такер своего не расположенного к шуткам товарища. — Наверное, тебе не впервой слышать, как преступники осыпают тебя проклятиями.
— Нет, он такой кислый потому, что поддался колдовским чарам этой бандитки, да только никак не может к ней подобраться, чтобы арестовать, — съехидничал Вуди. — Лоу ничуть не лучше нас с тобой. И точно так же боится, что не сможет устоять перед необъяснимой властью, которой обладает над мужчинами эта особа. Если вдруг выяснится, что именно она является мозговым центром банды Гардинеров, я нисколько не удивлюсь. Скорее всего именно она планирует каждый налет.
Лоутон закатил глаза к небу. Он очень любил Такера Магуайра и Вуди Холла, но бывали моменты, когда он предпочел бы патрулировать Индейскую территорию в одиночку. Эти болтуны могли кого угодно заговорить насмерть.
Чтобы заглушить их болтовню, Лоутон затянул «Спешу к своей Лу». Эту песню он пел всегда во время долгих переходов. Следовало поторопиться и поскорее вернуться в Форт-Смит, ведь Вуди был ранен, к тому же поход чересчур затянулся и все трое заслужили отдых и кое-какие развлечения.
К несчастью, на то, чтобы выследить преступников и заковать их в наручники, у «гончих судьи Паркера» ушло целых три месяца. И теперь, когда закон и порядок в штате Оклахома и граничащей с ним Индейской территории был восстановлен, Лоутон вновь задумался о том, не поселиться ли ему на какой-нибудь уединенной ферме, зарабатывая себе на жизнь сельским трудом. С тех пор, когда ему пришлось уехать с фермы своего отчима в Техасе, он не переставал мечтать о том, что когда-нибудь обзаведется собственным домом, в котором сможет наслаждаться покоем и мирной жизнью… конечно, если пуля какого-нибудь бандита не отправит его в места вечного упокоения…
Глава 2
Форт-Смит
Конец октября 1889 года
Многодневное путешествие через поросшие лесами холмы, горные кряжи и бескрайние прерии подошло к концу, и трое стражей закона остановились на берегу реки Арканзас, невольно залюбовавшись игравшими на воде солнечными бликами. Сколько ночей пришлось им провести под звездным небом, не выпуская из рук оружия даже во время еды. Они вступили в поединок с Гардинерами, заставив преступников убраться с территории, где им была знакома каждая тропинка и каждая расщелина, и в очередной раз доказали свое искусство отличных воинов и следопытов.
— Теперь мы можем смело утверждать, что с этой стороны Форт-Смиту ничего не угрожает, — с удовлетворением заметил Такер. — Как видно, известие о нашем возвращении дошло до города раньше нас самих, — добавил он, прожевав очередную порцию бобов и с улыбкой наблюдая за тем, как на противоположном берегу реки собирается толпа горожан.