вать, что ты там решила. То, что ты была лучшей в своем гребаном Уиндермире, не значит, что и здесь удастся. Я отвечаю за все, связанное со школьный газетой, так что не суйся сюда, — сверкнула она глазами.
— Моя помощь будет полезна.
— Без тебя обойдусь, поняла? — Девушка демонстративно закатила глаза. — А теперь проваливай.
Агнес стиснула зубы, не желая продолжать бессмысленный конфликт.
— Чего стоишь? Иди отсюда, — без лишних церемоний произнесла рыжая, указав на дверь.
— Набор людей не входит в твои полномочия. Не тебе решать… — попыталась возразить Агнес, но Ева ее тут же уверенно ее заткнула:
— Я возглавляю школьный совет и являюсь старостой класса, так что очень даже имею. Я, — сделала она акцент, — ответственна за колонку и только я вправе выбирать себе помощников в редакцию. Однако повторюсь, я в этом не нуждаюсь. Особенно в таком… уличном сброде.
— Что я тебе сделала? — задохнулась Агнес от возмущения. — Если у тебя проблемы…
Ева вновь не дала ей договорить.
— Серьезно, строишь из себя святую? Не ты ли писала гадкие статьи в своей прошлой газетке о Данверсе, а? — Она самодовольно посмотрела на опешившую Агнес и продолжила: — Я читала все до одной. Вначале поливала южных грязью, а сейчас уже перешла на нашу сторону? Лицемерка.
Черт. А вот это было неожиданно.
— Я не писала ничего подобного, — попыталась возразить Агнес. — Некоторые статьи пишет моя мать, все работы районного масштаба лежат на ней…
— Без разницы. Я знаю правду. Там, на севере, вы ненавидите нас. И даже если перейдешь на юг, ты не заставишь нас забыть твои старые предпочтения. Ты навсегда останешься здесь чужой, слышишь? Даже не пытайся влиться. Ты лишняя, Уокер.
— Еще посмотрим! — воскликнула Агнес, смерив девушку раздраженным взглядом, и вышла из кабинета.
Уже на улице девушка прокрутила в голове все события сегодняшнего дня: все было не так плохо, как могло случиться. У нее появился знакомый, учебная программа оказалась вполне доступной. Осталось добиться редакторской должности. Агнес нахмурилась, отметив про себя, что в понедельник обязательно это сделает.
Чтобы сократить путь, порядком измотанная, Агнес завернула за угол.
На стуле сидел избитый до крови парень. Он лихорадочно оглядывался по сторонам, осматривая место, куда его приволокли силой. Полуразрушенная пристройка на заднем дворе школы.
Шаги. Мерные, тяжелые шаги. Парень поднял голову и испуганно вжал ее в плечи, когда заметил холодный взгляд голубых глаз, испепеляющих его. Человек приближался, пока он трясся от животного страха, понимая, что целым и невредимым отсюда точно не выйдет. Он был настолько напуган, что обреченно молчал, не моля о пощаде, потому что знал, что это бесполезно. Его не отпустят. Только не Марк. Ему бы повезло, если бы Стаймест отправил вместо себя кого-то из своей шайки, но на этот раз судьба отвернулась от парня, беспощадно кинув в лапы лидеру «Черных драконов».
Марк опустился на высокий стул, со скрежетом перетащив его и поставив прямо напротив жертвы. Чиркнув зажигалкой, он взял сигарету и поджег, втянув в себя едкий дым.
Марк выглядел невозмутимо, словно перед ним никого не было. Будто избитый до полусмерти мальчишка — совершенно обыденное дело.
Пленник дернулся — стул снова издал противный скрежет.
— Отпустите меня, — наконец тихо попросил он.
Пора было заканчивать.
— Заткнись, иначе вскрою тебе глотку прямо сейчас, — холодно сообщил он. От его уверенного властного тона сердце парня куда-то грохнуло, забилось жалостно в горле. Он зажмурился.
— Умоляю…
— Закрой пасть! — раздраженно приказал Марк. — Не заставляй меня выбивать тебе зубы. Я не хочу пачкать руки сейчас.
Юноша послушно умолк. Он понимал, что сейчас лучше не злить этого психа. Иначе все станет только хуже. У этого подонка отсутствует сердце, и все чувства, присущие обычным людям, — тоже.
Марк стряхнул пепел с сигареты.
— Знаешь, кого я ненавижу больше всего? — Его бархатный голос мог бы показаться приятным, если бы не сквозящие нотки угрозы.
— Кого? — срывающимся голосом переспросила жертва.
— Трусов, — оскалился он. — Предпочитаю, чтобы мне говорили в лицо, что думают. А не мелочно пакостили, полагая, что все сойдет с рук.
— Я ничего не сделал…
— Да неужели? — Марк улыбнулся, снисходительно и едко. — А знаешь что я ненавижу еще сильнее?
Тот молчал.
— Когда я задаю вопрос, ты открываешь свой гребаный рот и отвечаешь! — не выдержал он, потушив сигарету.
— Что?
— Ложь.
— Я не вру тебе!
Марк засунул руку в карман черной кожанки и вытащил предмет конусовидной формы с заостренным концом.
— Значит, ты не знаешь, что это такое? — терпеливо спросил он, словно вся эта ситуация его забавляла.
Парень побледнел. На его лице так и читалось: «Откуда он мог узнать, черт побери, что это был я?»
— Нет, не знаю. Я вижу эту вещь впервые, — произнес он дрожащим голосом.
— То есть это не ты разбил этой вещицей мой мотоцикл? — Марк с холодной улыбкой смотрел на него, испытывая отвращение к чужой слабости.
— Честное слово, это не я! Я не имею к этому никакого отношения. В тот день я всего лишь опоздал в школу, — невнятно пробормотал он.
— Слушай меня, Сэм. Ты ведь уже взрослый человек. Поэтому будь мужчиной, признай свою вину, и тогда я просто подумаю, как тебя наказать. Возможно, буду помягче, — усмехнувшись, произнес Марк.
— Нет, клянусь! Я ничего не делал! — продолжил упираться парень, что уже начало выводить из себя Марка.
— Ответ неверный.
Он с грохотом поднялся со стула.
— Твой страх тебя выдает. Ты трясешься, как маленький сукин сын. — Марк прищурился. — И поэтому я тебе не верю. Ты ведь знаешь, что я делаю с такими трусливыми ублюдками, как ты? — Заметив испуганный взгляд Сэма, Марк кивнул. — Именно. Несите ведро, — рявкнул он кому-то из друзей, и те кинулись выполнять его приказ.
Агнес услышала громкие крики. Она больше не могла делать вид, что ее здесь нет, не могла слушать, как кого-то убивают. Не думая ни о чем, она бросилась за угол пристройки и застыла от страшной картины.
Двое держали парня, опустив его голову в ведро с водой, пока третий из их шайки стоял чуть поодаль и задумчиво крутил в руке что-то напоминающее отвертку, с неприкрытым удовольствием наблюдая за жестокой картиной. Его лицо было не разглядеть.
Жертву держали за волосы; он пытался кричать, но крики превращались в бульканье. Кто-то вышел из темного угла, подошел к главарю и шепнул что-то на ухо, но тот отрицательно махнул рукой, приказывая не останавливаться.
Казалось, что чужая боль доставляла ему кайф. Это было дико. Агнес с ужасом наблюдала за страшной картиной, тяжело дыша от липкого страха.
— Прошу вас, хватит! — задыхаясь, вопил парень, когда ему дали глоток воздуха. Затем его снова не окунули лицом в ведро, крепко держа за волосы. Шли секунды. По ощущениям они казались вечностью. Агнес стояла, скрываемая в тени, боясь шелохнуться. В голове крутилась одна-единственная мысль. Здесь опасно. И она тут явно лишняя.
Марк сделал знак рукой, и парни отпустили жертву. Тот закашлялся и начал отплевывать воду.
— Я спрошу тебя еще раз. Ты испортил мой мотоцикл или нет? — хладнокровно спросил Марк.
— Нет! Я не делал этого! — Парень застучал зубами от страха или холода.
«Видимо, его топили в ледяной воде», — сделала вывод Агнес.
Лицо Марка исказила какая-то нездоровая улыбка.
— Хорошо. Тогда продолжайте, — безразлично прозвучал стальной голос, от которого и Агнес затрясло.
Они же убьют его. Убьют прямо сейчас!
Девушка услышала громкий всплеск и крики задыхающегося человека. Она вцепилась пальцами в лямку рюкзака, пытаясь успокоиться.
Черт, перед ней пытают человека, о каком спокойствии вообще может идти речь?!
В рюкзаке был газовый баллончик. Трясущимися от волнения руками она достала его и переложила в карман.
Защититься от группы головорезов баллончиком она, конечно, не сможет, а вот отвлечь и дать шанс сбежать — очень даже вероятно.
Агнес попыталась привести сбившиеся мысли в порядок, размышляя над тем, как лучше действовать. По-хорошему, надо бы поскорее убраться из этой дьяволом забытой пристройки и позвать на помощь, но Агнес боялась, что за это время с парнем может произойти непоправимое.
— Ты не оставляешь мне другого выбора, — заключил парень, поворачиваясь боком к Агнес. Непослушная длинная челка упала ему на глаза, но он не спешил ее убирать.
— Для того чтобы выжить, человеку будет достаточно и одного глаза, не так ли? — Марк приблизился к его лицу, сжимая в руке основание отвертки.
Парень в ужасе оглянулся в поисках хоть какого-то источника спасения и заметил Агнес, которая как вкопанная стояла у стены, пока никем не замеченная.
— Помоги мне! — Его глаза с бесконечной мольбой уставились на Агнес.
Дерьмо.
Девушка сглотнула, чувствуя, как по коже пробежали мурашки.
Ее застукали. Все плохо.
Нет. Все очень-очень плохо.
Глава 3
Ноги стали ватными, ладони вспотели. Какой бы Агнес ни была храброй, стычка с группой вооруженных бандитов априори не могла привести ни к чему хорошему.
— Ты еще кто такая? — послышался надменный голос, обращенный к ней.
Марк обернулся.
В горле мгновенно пересохло от ледяного взгляда. Встретившись с ним глазами, Агнес поежилась.
За многие годы она видела бесчисленное количество разных глаз. Обсидиановые, небесно-голубые, зеленые, кофейные, таинственные серые… Но ни один взгляд не поражал настолько. Что-то рвануло внутри, разлетелось на части. Разбилось, склеилось, застучало. Его глаза смотрели, не мигая, и, казалось, видели самые темные уголки ее души. Они были мертвыми, совершенно пустыми. Словно его обладателя давным-давно не было в живых.
Агнес стало трудно дышать. Его взгляд парализовал, сковал ее. Святое дерьмо. Девушка ошеломленно моргнула, прервав зрительный контакт.