— Это мне решать, — обернулся Хайзиран и одарил сына убийственным взглядом. — Огненные до конца следуют выбранному пути. Я сказал — ты делаешь!
Воздух начал подрагивать. Я ощутила, как по виску скользнула капелька пота, и невольно передернула плечами.
— Я не готов, — твердо повторил друг, продолжая держать ладонь на моем плече. — И пришел к тебе не для того, чтобы выслушивать наставления и вновь возвращаться к старому разговору. Ты еще полон сил. Я же не вернул полностью память и сперва должен обзавестись супружескими связями, а уже потом заявлять права на место во главе клана Норт. Этот разговор неуместен, — глянул он в мою сторону и продолжил мягче: — Я пришел к тебе, чтобы познакомить со своей невестой.
— Что? — охнула я.
Желваки Хайзирана заходили ходуном. Его лоб исполосовали глубокие морщины. Кулаки сжались, тут же покрываясь пламенем.
— Представлю ее снова, раз уж сумел привлечь твое внимание к своей избраннице. Лика Самвилл! Она помогла мне выжить в мире людей. Я ей обязан и…
— Так засыпь ее золотом, — раздраженно отмахнулся отец Нила. — Не мне тебя учить, как поступать с простым людом.
— В ней течет кровь дракона.
— Я не чувствую, — процедил тот и повел головой, снова бросив на меня испытующий взгляд, словно пытаясь вспомнить, где встречал раньше.
— Она еще не обратилась.
«Нил», — мысленно простонала я, ощущая, что в буквальном смысле нахожусь между двух огней. Они распалялись. В комнате становилось душно. В груди закрутилось ощущение, что необходимо шагнуть назад и скрыться с поля боя. Одно неверное движение — и меня испепелят, не размениваясь на мелочи. Казалось, Хайзиран может! Стоит только показать свое неповиновение, и он выпустить в мою сторону столб магии, не скупясь вложить в нее смертельного пламени.
— Что тогда делала драконица в мире людей? — хлестал каждым словом отец друга. — Как попала сюда? Почему оказалась здесь в самый важный для нашего клана момент? Ты знаешь, что осталось совсем немного. Наша борьба скоро закончится, и тогда мы добьемся небывалых высот. Но она, — ткнул мужчина в мою сторону пальцем, — не поможет тебе в этом. Кто ты? — резко обратился он ко мне.
— Я…
— Кем бы она ни была, этой девушке уготовано место рядом со мной. Она рождена человеком. Однако по стечению обстоятельств в ней появилась магия, которая впоследствии привела меня в этот мир, к тебе. Хочешь сына, так к нему прилагается полукровка, которая, возможно, никогда не станет полноценным драконом.
— Ты с ума сошел? — взревел Хайзиран и направился к нам.
В нас дохнуло жаром. Я шумно втянула носом воздух и едва не закашлялась от внезапного жжения в гортани. Ноги задрожали. По спине побежал пот. Я даже отшатнулась, но ладонь Нила продолжала удерживать меня в том же положении.
— Этой девке не место в нашем замке. Я не позволю тебе совершить ошибку и связаться с грязной кровью. Ты слишком глуп, Нилларис, раз считаешь, что тебе позволено выбирать.
Я едва не осела. Голова закружилась. Перед глазами начали плясать черные кляксы, в то время как два представителя клана Огня прожигали друг друга взглядом.
— Отец, ты не умеешь слушать, — ухмыльнулся Нила. — Я не назвал ее магию.
— Огонь — это уже известно.
— Откуда? — послышались властные нотки, словно друг уже владел ситуацией и был уверен в своей победе над более грозным противником. — Наследничек цепи, Вурран Ардагрон Мивиррингарт, сам темнейший в былые времена положил на нее глаз. Но, замечу, она не Луниари. И ценна больше для нас, чем для него.
Я с трудом посмотрела на Нила. Нет! Почему так? Хотела бы возразить, начать упираться, однако не могла толком вздохнуть из-за источаемого ими двумя жара. Уже тянулась к своей магии, однако срывалась на полушаге, теряла нить, еще была не натренирована и не умела этого делать в мгновение ока.
«Нил, не надо», — мысленно шептала, едва держась за тонкие нити сознания. Почему снова? Зачем ему это? Разве нельзя остаться друзьями и не усложнять все подобными заявлениями?
— Истинную ценность имеют лишь Огненные, — высокомерно бросил Хайзиран. — Остепенись, сын!
В нас дохнуло Огнем. Настоящим, не преобразованным. Словно сырой стихией, которая срывает кожу и оголяет плоть. Я охнула, однако не была сожжена дотла, так как друг выставил перед нами щит и укрыл от гнева своего родителя.
— Вот именно, я твой сын! — тихий голос Нила прозвучал более устрашающе, чем гневный его отца. — Есть моменты, в которых я тоже не уступлю. И Лика — один из таких. Не потому, что она мне когда-то помогла выжить. Не потому, что лишь благодаря ей я попал домой. Не потому, что за ней увязался отпрыск Лунных.
— Не позволяй низменным чувствам управлять собой, — немного размягчился Хайзиран, убирая магию. — Привязанности ослабляют драконов.
— Эта усилит, — уверенно заявил Нил и, улыбнувшись мне, произнес сокрушающее: — Перед тобой представительница вымерших Дневных. Повторю еще раз, зовут ее Лика Самвилл, и пока что у нее нет клана.
— Дневных? — не поверил Хайзиран и посмотрел на меня уже с кровожадным интересом.
— Нет, — замотала я головой, не желая в этом участвовать и одновременно пытаясь вспомнить, когда же поделилась с другом своими предположениями о том, какая во мне течет магия.
— Да, Лиса, — кивнул Нил. — Не противься — это единственный способ защитить тебя от темнейшего.
Глава 7
— О какой защите идет речь, Нил?! — сокрушалась я, меряя широкими шагами комнату. — Что это сейчас было? Ты поступил, как эгоист, даже не удосужившись вспомнить о моих чувствах.
— Лисенок, остановись и подумай… — попытался перехватить меня друг.
— Да не хочу я сейчас думать! — сбросила я его руки и обняла себя за плечи. — Невеста? Ты серьезно решил, что вот так соглашусь на подобное заявление?
— А как ты иначе хотела? — лицо Нила стало каменным. В глаза засверкали огненные искры. — Ты словно до конца не осознала, в каком мире мы сейчас. Неужели пять лет не дали четкого понимания, что в одиночку ты не в состоянии что-либо сделать? Я забочусь о тебе, дуреха!
— Даже так? — обреченно села я на выступ под окном тех самых сапфировых покоев.
Меня больше не прельщала красота выделенных мне комнат. Не то чтобы раньше сильно волновала, но теперь весь этот шик, богатство, в которой они утопали, интересное архитектурное решение в виде переходящих с потолка, затем на стену, а потом на пол и даже мебель оранжевых линий, словно светящихся изнутри, казались пылью, пущенной в глаза. Все для того, чтобы задобрить. Смягчить. Отвлечь от насущного.
— Лиса, — нахмурился Нил, но сдержал порыв приблизиться. — Я долго думал, как оставить тебя рядом с собой, как провернуть все лучшим образом, как дать тебе то, что получил я.
— А мне это нужно?
— В каком смысле?
— Ты спросил, хочу ли я? Уточнил, согласна ли на брак с тобой? — дернула я плечами. — Поинтересовался хотя бы, что меня тревожит? Мы встретились спустя много времени, прошли через какие-то свои испытания, изменились.
— Я всегда считал, что наша дружба неизменна.
— Это так, но…
— Значит, я все сделал верно, — оставался глух к моим словам Нил, что было ему несвойственно.
Или свойственно, а я просто не замечала? Вдруг из-за потери памяти он скрывал свое истинное лицо? Рядом со мной был не тем, кем родился, а потому чувствовал себя не на своем месте и каждым поступком разрывал границы окружающей нас реальности, попутно хватаясь за единственного человека, который в самый сложный момент протянул ему руку.
— Пойми, Лиса, все непросто, — смягчил он тон, в то время как во мне уже боролись противоречивые желания.
Оттолкнуть, снова назвать эгоистом и сбежать. Или… принять его предложение. Может, вправду так будет лучше? Вдруг собственными силами я не смогу продержаться и снова окажусь в водовороте событий, из которых уже не выберусь? Что если попаду в очередную передрягу и просто сломаюсь из-за необходимости тянуть все на своем горбу?
Я нуждалась в поддержке, как никогда. Привыкла, что Нил — это моя опора. А сейчас, едва вновь ее обрела, она начала уходить из-под ног и шататься, приводя в дикое замешательство.
— Сегодня я должен был занять место отца, но остановил церемонию из-за твоего появления. Пойми, это очень важный для нашего клана момент, а я пренебрег им.
— Не надо меня винить, ты сам.
— Я не виню, — вздохнул друг. — Я осознанно так поступил. Пошел против воли отца, потому что сперва тебя нужно подготовить. Это важно! Нельзя спешить, но и медлить не стоит. Каждый день на счету. Поданные требуют смены правителя, им необходим молодой и сильный дракон, который в состоянии возглавить армию.
— Но при чем здесь я?
— А ты — часть меня, — шагнул мне навстречу Нил и взял за руки. — Лисенок, я хочу поделиться с тобой всем, что имею. Ты слишком для меня дорога, чтобы пренебречь твоим появлением.
Он потер большим пальцем тыльную сторону моей ладони. Заглянул в глаза. Посмотрел так открыто, что захотелось наступить на горло своему негодованию и просто поддаться его напору. Ведь он не сделает мне ничего плохого. Только не Нил! Если не упираться, то он единственный сможет дать мне то, чего я желала. Спокойствия, относительной свободы, чего-то четкого и незыблемого.
Наверное, сейчас следовало вспомнить, ради кого я стремилась попасть в этот мир. Почему хотела подружиться со своей магией? С каким посылом противилась Искре, едва не покинувшей мое тело? Все было направлено на то, чтобы вновь оказаться рядом с ним.
С моим Нилом!
И вот он здесь, а я с ним ругаюсь. Зачем? Разве стоит? Почему не отпустить ситуацию и не плыть по течению, позволяя проверенному человеку делать все ради моего же блага.
Возвращаться обратно мы точно не собирались. Мир людей и мою некогда уютную квартиру, видимо, нужно оставить в прошлом. Теперь предстояло просто узнать, что происходило вокруг, и влиться в эту новую жизнь. С ним!