ям, принятым в русском флоте во время минувшей войны.
Передо мной лежит тетрадь в кожаном переплете. Это, пожалуй, самая важная находка. В герметически закрытом отсеке тетрадь пощадило время. На обратной стороне обложки сохранилась часть надписи, которую мне перевел моряк, знающий русский язык:
«Сергей Самарин. Борт «С-716». В случае моей гибели отослать по адресу: Влад…».
Очевидно, это дневник. Необычайное волнение охватывает меня, когда я перелистываю его выцветшие страницы…
Как попала сюда таинственная субмарина? Сумеем ли мы приоткрыть завесу над этой трагедией минувшей войны?
27 апреля 196… г.
…Наших читателей, безусловно, взволнует трагическая находка в Стангер-фьорде. Вероятно, обращение к архивам военных лет и документам, найденным на борту корабля, позволит нам восстановить ход событий, приведших к появлению и гибели «семьсот шестнадцатой» у южных берегов Скандинавии.
Март 1943 г. База Полярное.
…В ночь на 13 февраля отряд в составе подводных лодок «С-711», «С-712», «С-713», «С-714», «С-715» и «С-716» находился вблизи побережья континентальной Европы. «С-716» шла головной, в четырех-пяти милях впереди основной группы. В 5 часов 00 минут по Гринвичу был очередной сеанс радиосвязи. Все лодки отряда находились в надводном положении. Командир «С-716» капитан-лейтенант Газиев в 5 часов 11 минут первым закончил передачу. На лодке все было в порядке. Горизонт в пределах ночной видимости чист. Лодка должна была продолжать движение на норд-норд-ост.
В 5 часов 58 минут флагманский радист, державший связь с «С-714», внезапно принял вызов «С-716» и обрывок радиограммы: «Замечен… Ухожу на…»
Затем связь оборвалась. Я приказал прекратить радиообмен и слушать на волне «С-716». Передача не возобновилась. На неоднократные вызовы подлодка капитан-лейтенанта Газиева не отвечала.
Я приказал отряду прекратить движение на норд, а сам, пользуясь густым утренним туманом, подошел на флагманской подлодке к месту нахождения «С-716». В 9 часов 15 минут мы достигли района, откуда была передана последняя радиограмма.
В течение двух часов мы обследовали район. Однако обнаружить «С-716» и установить с ней связь не удалось.
В 11 часов 10 минут ввиду наступления полной видимости и близости немецко-фашистской военно-морской базы был вынужден прекратить обследование района и перейти в подводное положение.
Отряду было приказано следовать прежним курсом. В районе исчезновения «С-716» осталась подводная лодка «С-714» под командованием капитана третьего ранга Зиновьева.
В 12 часов 20 минут гидроакустик флагманской подлодки Шмугляков доложил, что на зюйд-осте прослушиваются отдаленные взрывы.
Мы легли на зюйд-ост, однако взрывы не повторялись. Возможно, это был слуховой обман.
Периодически всплывая под перископ и вызывая по радио «С-716», подводная лодка капитана третьего ранга Зиновьева пробыла в указанном районе до рассвета 15 февраля. В 8 часов 00 минут 15 февраля ввиду невозможности установить связь с «С-716» командир «С-714» был вынужден отдать приказ о следовании на норд-норд-ост для соединения с остальным отрядом.
Имеющиеся сведения не дают возможности установить причину исчезновения «С-716». Зная капитан-лейтенанта Газиева как человека отважного и безгранично преданного Родине, не могу допустить мысли о невыполнении им до конца воинского долга. Боевое и морально-политическое состояние экипажа «С-716» во время похода было высоким.
Однако должен доложить, что во время последней стоянки краснофлотец рулевой Шухов подал мне рапорт с просьбой о переводе на другую лодку ввиду ненормальных отношений, сложившихся между ним и капитан-лейтенантом Газиевым. (Напоминаю: бывший капитан третьего ранга Шухов Константин Петрович был разжалован трибуналом в рядовые в сентябре 1942 года и направлен на «С-716» согласно настойчивой просьбе командира Газиева.)
В личной беседе со мной капитан-лейтенант Газиев доложил, что он отказался удовлетворить просьбу Шухова. Он был поддержан в этом и замполитом лодки старшим политруком Самариным. Не считая возможным действовать вопреки мнению командования лодки, я оставил рапорт краснофлотца Шухова без последствий…
Фамилия, имя, отчество: Газиев Фахри Мустафаевич.
Год рождения: 1917.
Место рождения: аул Гандых Дагестанской АССР.
Национальность: аварец.
Образование: общее — высшее. Специальное — Высшее военно-морское училище им. Фрунзе в Ленинграде. Окончил в 1939 г.
Присвоенное при выпуске звание — лейтенант.
Семейное положение: женат. Жена — Свиридова Ольга Николаевна, 1920 года рождения. Студентка.
Прохождение службы: Балтийский флот, подводная лодка «М-563». Должность — штурман.
1941 год, январь. Присвоено воинское звание «старший лейтенант». Назначен помощником командира «М-563».
1941 год, май. Переведен для продолжения службы на Тихоокеанский флот.
Тихоокеанский флот. Подводная лодка «Щ-612». Должность — помощник командира.
Май 1942 года. Откомандирован для приемки строящейся подводной лодки типа «С».
Июнь 1942 года. Присвоено воинское звание «капитан-лейтенант».
Июль 1942 года. Назначен командиром подводной лодки «С-716».
13 февраля 1943 года пропал без вести во время перехода отряда подводных лодок Тихоокеанского флота из Владивостока в Полярный.
Июнь 1941 года.
…Хвала аллаху и пророку его начальнику кадров ВМФ! Какая же здесь красота, Олежка! Мне было пятнадцать лет, когда я впервые увидел Каспийское море и думал, что не может быть ничего прекрасней в мире. Потом я приехал на Балтику. И считал, что наконец вполне познал море. Но теперь я убедился еще раз, что нет предела прекрасному…
Как бы я хотел, чтобы ты была сейчас здесь, со мной! Ты увидела бы горы… Ну, не такие, что вокруг моего родного аула, но все-таки горы. Ты увидела бы город, сбегающий с них, как весенний водопад. И океан. Великий океан. Я не хочу называть его Тихим…
Я уже был здесь в политехническом. Разговаривал с деканом факультета электротехники и связи. Они с удовольствием возьмут тебя осенью на третий курс… Скорей сдавай сессию и, не теряя ни одного часа, сразу сюда на «наш далекий, близкий Восток»… Помнишь, как поют в «Девушке с характером»? Не забывай, что сюда еще двенадцать дней пути… Очень долгих дней…
Торопись, Олежка, у тебя появилась новая соперница. Ее зовут «Щукой», но поверь — она прекрасна, как форель весной в горном озере… (Чувствуешь? Во мне заговорил голос родных гор. Я становлюсь ашугом!) Еще раз хвала аллаху и военно-морским пророкам его! Командир нашей «Щ-612» — капитан третьего ранга Константин Петрович Шухов — знаменит на весь флот. О нем здесь ходят легенды… Хотел бы я, чтобы когда-нибудь обо мне рассказывали хоть сотую часть того, что говорят о нем… Ну ничего, поживем — увидим. У нас еще с тобой в запасе вечность. Верно?
Завтра мы выходим в море. Учебный поход. «В тумане моря скрылась наша субмарина…»
Олежка! Мне так не хватает тебя, чтобы быть вполне счастливым! Когда уходят в поход корабли, на базе остаются жены и любимые… У меня сжимается сердце, мне кажется, я вижу тебя среди них. Ты тоже стоишь и ждешь, пока исчезнет корпус нашей «Щуки». Ну, ничего… В следующий поход ты обязательно встретишь меня на пирсе…
…В эти грозные дни подлого нападения на нашу страну я не могу оставаться в стороне от битвы, которая идет на западе. Прошу перевести меня на Балтику для использования на боевых кораблях Балтфлота…
Р е з о л ю ц и я: Перевод считаю нецелесообразным. Капитан третьего ранга К. Шухов.
РАПОРТ
…В связи с категорическим отказом капитана третьего ранга Шухова обращаюсь к Вам с просьбой перевести меня в действующий Балтийский флот. Напоминаю, в Ленинграде осталась моя семья…
Р е з о л ю ц и я: Перевод старшего лейтенанта Газиева нецелесообразен.
Капитан второго ранга (Подпись).
Ленинград. Декабрь 1941 года.
…Вчера шла домой мимо Казанского собора, не утерпела — подошла к «нашему» месту. И вдруг так ясно, так отчетливо увидела тебя, выходящего из-за колонны, в тот такой далекий теперь день.
— Вы ждете Олега? — спросил ты.
— Да…
Я растерялась при виде незнакомого курсанта с пижонскими усиками. Впрочем, я сразу заметила, что усы идут тебе.
— Я его друг, — сказал ты. — Олег очень извиняется — он немного задерживается и просил меня занять вас до его прихода.
И ты так стремительно увлек меня вниз по Невскому, что я не успела опомниться. Где же было догадаться, что ты никогда не видел в глаза Олега, даже не знал, как меня зовут, и встретил впервые час назад, случайно, возле телефона-автомата, когда я назначала свидание Олегу у Казанского собора!
Бедный Олег! Как он, наверное, недоумевал, не найдя меня в условленном месте!
Потом ты объяснил мне, что в тебе заговорил голос предков, веками умыкавших своих невест…
Помнишь, как в ту ночь мы совсем забыли о мостах и никак не могли попасть с Петроградской стороны обратно в город? Мы шли, шли вдоль Невы, и каждый мост начинали разводить, едва мы подходили к нему.