Клинт снова вернулся к письму.
— Я согласен. Я не думаю, что это… — он снова поднес лист бумаги к свету, — имеет нечто общее с правдой.
— Тогда что ты думаешь? Ты же разбираешься в таких делах! Джейн в опасности?
— Я думаю, это можно считать угрозой, — ответил Клинт, глядя ей прямо в глаза.
Угрозой…
Медленно и тяжело в душе у Тары заворочался страх. Это было очень непривычно. Она стойко переносила крики боли, кровь и отчаяние пациентов. Она могла вытерпеть бессонные ночи. Но когда дело касалось чего-то неизвестного, чего-то, что она не могла контролировать, она терялась.
А это письмо было совершенно бессмысленным и невероятным. Почему кто-то хочет навредить Джейн? Зачем такие ужасные обвинения? Клинт, сдвинув брови, обернулся к ней.
— Ты очень бледна, Тара.
Та покачала головой и солгала:
— Я в порядке.
Он взял ее за плечи и обнял.
— Ты дрожишь.
— Ничего страшного.
— Зачем ты лжешь? Страх — нормальная реакция в подобной ситуации.
— Я вовсе не боюсь, — возразила Тара, пытаясь освободиться, потому что в объятиях Клинта ее действительно начинало трясти.
Но Клинт держал ее очень крепко.
— Не пытайся строить из себя неуязвимую, толстокожую медицинскую сестру. Я не один из твоих пациентов.
— Я ничего и не строю…
Он не дал ей продолжить, а с ласковой силой притянул к себе.
Таре стало невыносимо стыдно. Почему он не понимает? Это она должна успокаивать. Это ее работа. Она, а не ее — и не Клинт Эндовер.
Но она не могла сопротивляться его заботе. Не пыталась оттолкнуть его. У нее не было на это сил. Вместо этого Тара теснее прижалась к Клинту, наслаждаясь жаром его тела, твердостью мышц его груди. Рядом с ним она чувствовала себя защищенной. Такой защищенной, что даже не хотелось шевелиться, только стоять и вдыхать его запах. Притвориться, что они совсем одни, и…
— Все будет хорошо, — прошептал он в ее волосы.
Тара проглотила комок в горле. Так давно никто не говорил ей этих слов. И она действительно желала верить ему.
— Клинт…
— Клянусь, Тара, никто не причинит тебе вреда.
— Я беспокоюсь не о себе.
— Я знаю.
На мгновение она покинула безопасное укрытие его рук и посмотрела на него.
— Что мы будем делать…
— Шш… — Он прижал палец к ее губам. — Вы обе в безопасности. Клянусь.
Его объятия успокоили ее разум, но взбудоражили чувства. Как может женщина так сильно хотеть мужчину, думала Тара, пока он проводил пальцем по ее губам.
Она ощущала его прикосновения, сладкие и непривычные, на щеках, шее, ключицах, везде…
Тара потеряла голову и сильнее прижалась к нему.
Клинт замер.
— Тара… — хрипло проговорил он.
— Я хочу… хочу… — Она умолкла, не решаясь высказать свое желание Клинту…
Или даже себе самой.
Она видела вожделение, горевшее в глазах Клинта, чувствовала его дрожащую ладонь на своей спине. Он меня сейчас поцелует, промелькнуло у Тары в голове. От этой мысли у нее подкосились колени.
Но Клинт не двигался. Он по-прежнему крепко сжимал ее в своих объятиях, смотрел на нее опьяненным страстью взглядом, но поцеловать не пытался. Тара видела, что он борется с собой, но не могла понять, зачем.
— Мы должны быть очень осторожны.
Тара недоуменно заглянула ему в глаза. От нее не ускользнула двусмысленность его слов. Это унизительное предостережение вернуло ее с небес на землю.
Она высвободилась из его объятий и отошла на безопасное расстояние.
Тяжело переведя дыхание, Клинт присел на уголок кухонного стола и провел рукой по лицу, словно пытаясь стряхнуть неведомые чары.
— Прости, Тара. Наверное, я должен был с самого начала предупредить тебя обо всем, потому что теперь опасность может угрожать и тебе. Но я думал, будет лучше…
— Предупредить меня о чем? — перебила его Тара. Внезапный страх развеял остатки наваждения. — Какая опасность может мне угрожать?
— Несколько недель назад кто-то пытался тайком проникнуть в палату Джейн в больнице.
Тара едва не подпрыгнула.
— И что?
Клинт с досадой покачал головой.
— Я подоспел вовремя. Но не сумел задержать злоумышленника.
— О господи!
— Похоже, кто-то пытается выкрасть Отэм.
— Выкрасть малышку? — Тара даже вздрогнула от ужаса.
— Не волнуйся, на ранчо у Сорренсонов она под надежной охраной.
— Тара!
Тара вздрогнула при звуке голоса Джейн, донесшемся со второго этажа.
Все это никак не укладывалось у нее в уме: попытка похищения Отэм, анонимное письмо, несостоявшийся поцелуй с Клинтом — от всего этого голова у нее шла кругом. К тому же она не могла разобраться в собственных чувствах.
Тара чувствовала себя совершенно растерянной и насмерть перепуганной. Но сейчас было не время поддаваться панике. Она должна сохранить ясную голову и полное самообладание. Джейн все еще ее пациентка, и Тара обязана защищать и оберегать ее.
— Я здесь! Сейчас приду, — ответила она на зов Джейн самым спокойным и теплым голосом, затем повернулась к Клинту и холодно сказала: — Я должна пойти к ней.
— У меня тоже куча дел, — кивнул Клинт, но не двинулся с места. Он с видимым колебанием поглядывал то на входную дверь, то на Тару.
— Ты спокойно можешь идти. С нами все будет в порядке, уверяю тебя, — сказала она, пытаясь придать своему голосу твердость и уверенность, которых, однако, совсем не чувствовала. — В случае чего у меня же есть номер твоего мобильного. Я тебе позвоню.
Синие глаза Клинта полыхнули прежним мрачным и страстным огнем.
— Я не хочу уходить от тебя.
Сердце Тары замерло, дыхание тоже. Его слова могли подразумевать лишь служебный долг, но низкий взволнованный голос и этот огонь в глазах выдавали их истинный смысл.
Тара опять почувствовала, что весь ее мир закружился вокруг нее, но сказала твердо и отчетливо:
— Со мной и Джейн все будет в порядке.
Но Клинт по-прежнему не решался уйти.
— Понимаешь, мой помощник в отъезде, мне придется самому заняться этим письмом.
— Да, я понимаю. Нам нужно получить из него максимум информации, и как можно скорее, правильно?
— Нам? — переспросил Эндовер.
— Неужели ты думаешь, что после всего, что ты мне рассказал, я останусь в стороне?
Клинт снова помрачнел и холодно ответил:
— Да, именно на это я и рассчитываю. У меня хватает надежных и компетентных помощников.
Ну конечно, знаменитые и неотразимые члены Техасского клуба!
— Догадываюсь. Но не забывай, что Джейн и Отэм — мои пациентки. Я за них отвечаю. Если они в опасности, то это и мое дело, Клинт.
— Тара, послушай…
Но она не дала себя сбить.
— Нет. Тебе придется сотрудничать со мной. И если ты хочешь, чтобы я тебе не мешала, придется смириться с тем, что я стану тебе помогать. — Не дожидаясь его ответа, Тара повернулась и направилась к лестнице.
Но Клинт схватил ее за локоть и рывком притянул к себе.
— Если я захочу, то могу устроить так, что вас обеих под охраной и, если понадобится, насильно перевезут в мой дом! — пригрозил он.
— Но ведь ты этого пока не сделаешь, верно? — с победной улыбкой возразила Тара, героически преодолевая предательскую дрожь, опять нахлынувшую на нее при первом же прикосновении пальцев Клинта. — Ты же не станешь расстраивать Джейн. Представь, как она испугается, если узнает о письме. Одному богу известно, на что она решится со страха…
После долгих колебаний Клинт наконец отпустил ее руку и отступил.
— Ну хорошо. Хорошо. Твоя взяла. На данный момент. — Он пронесся мимо Тары и рывком открыл дверь. — И не забудь как следует запереться. Дом, конечно, охраняется, тут под каждым кустом по моему человеку, но ты же помнишь, в какой ты в опасности? Так что будь осторожна.
Тара в изумлении захлопала глазами.
— Под каждым кустом по твоему человеку?! Да с чего это вдруг?! И когда ты успел?
— Они тут с той самой минуты, как ты перевезла Джейн к себе, — злорадно парировал Клинт. — Спокойной ночи; Тара!
— Спокойной ночи! — крикнула она ему вслед. Теперь ей было досадно, что она отпускает Клинта, не выведав побольше о таинственном происшествии с Джейн и Отэм. Она догадывалась — Эндовер наверняка многое от нее утаил.
Но, если быть до конца честной, Тара радовалась тому, что ее охраняют люди Клинта. Так она чувствовала себя гораздо спокойнее.
— Увидимся завтра утром! — рявкнул Клинт, с грохотом захлопывая дверь.
— Увидимся! — отозвалась Тара тихо. И добавила, зная, что Эндовер ее уже не слышит: — Я ненавижу себя за это, но мне хочется, чтобы завтра наступило как можно скорее.
Не зажигая света, он сидел в полной темноте за своим рабочим столом и смотрел в окно на город, который начинал тихо ненавидеть и презирать. Люди здесь были простоваты, на его вкус, без малейшего проблеска светскости. Его здесь приняли вполне доброжелательно, но душу открывать не торопились.
А тут еще эти гламурные ковбои из Техасского клуба, которые вечно путаются у него под ногами.
Ладно, на этот раз он не будет полагаться на тупиц, находящихся у него в подчинении. Он сам сделает всю работу. И если все пойдет по плану, то за какие-нибудь две недели он выполнит свою задачу и уедет из этого паскудного городишки.
Он усмехнулся.
Медсестричка наверняка уже получила мое письмо.
Девчонка на редкость умна и проницательна, что может доставить мне кучу проблем.
Но, если придется, я живенько уберу эту глупую преграду со своего пути.
Черт возьми, я даже желаю, чтобы мне пришлось это сделать…
Праздники для Клинта Эндовера ничем не отличались от прочих дней: работа, спорт и снова работа. Это относилось и к Рождеству. Несчастье, случившееся три года назад, навсегда лишило его радости, желания что-либо праздновать и остатков религиозных чувств.
Тара будто прочитала его мысли и нетерпеливо спросила:
— Что там с Джейн?