Купол, между тем, как только хозяйка покинула его пределы, начал мягко обволакивать Гоша чем-то невидимым, но приятным.
Вот если б он, Гош, захотел построить дом, а когда построил бы первый этаж, решил, что он ему надоел и хочется чего то нового, он снес бы его и начал заново? Нет, он, Гош, начал бы строить второй этаж — таким, как ему нравится…
Приятное вокруг него сгущалось …
А потом, когда построил бы, может иногда жил бы и на первом, чтобы вспомнить былое
Купол окончательно обволок Гоша мягким и теплым и нежно выплюнул его за свои пределы.
А это даже забавно, подумал Гош. Такое с ним было первый раз.
Ну да, о чем это он. Да в жизни он, Гош, не начнет строить дом…
Забавная штука, эти их купола. Что то такое и вчера было с ними связанное… Что-то важное. Но что?
Неважно, надо найти Джейн и сказать, что ее глупая подруга… то есть нет, нельзя так думать об Охотнице. Глупо думать, что охотница может быть глупой, вот что на самом деле глупо. Но что же еще ему думать, если Мари хотела вернуться туда, где была раньше. Или даже вообще куда-то, но только не туда, где она сейчас.
Это не было умным. Ведь здесь у нее был такой дом, который делал все, что она хотела. Здесь у нее было вообще все, чего она бы только не захотела.
И ей для этого не надо зарабатывать качики — не надо было возиться в земле и продавать выращенное, или собирать грибы и орехи в лесу, или строить, как другим жителям поселка.
Можно было бы предположить, что ей надо убивать кроликов — но все, что имела и могла бы иметь Мари, никак не зависело от того, убивает ли она кроликов. Или сколько она их убивает. Она убивает их просто потому, что ей нравится их убивать. Гош был уверен, что если бы охотников заставили зарабатывать кашики как всех остальных, а за охоту на кроликов надо было бы платить, то охотники день и ночь трудились бы в поте лица, лишь бы иметь возможность подстрелить пару тройку кроликов.
Но Мари сказала, что не хочет больше убивать кроликов. Может, она вообще больше не охотница?
Это все объясняло бы. И даже то, что она глупая в том числе.
Но об этом всем не обязательно говорить Джейн, а надо просто сказать ей, что ее глупая подруга ее толкнула…
То есть нет, сказать, что Мари ее не толкала…
А ведь похоже, Мари ее толкнула!.. нет, просто сказать, что Мари думает, что Джейн думает, что Мари ее толкнула…
Вот интересно, а он, Гош, ушел бы отсюда, если б мог? И куда он ушел бы? Нет, Гош не помнил, чтобы такое с кем-нибудь здесь случалось. И первым делом Гош зайдет не к Джейн, а к бабушке Нэн. Бабушка Нэн знает все. Он непременно зайдет к бабушке Нэн и все разузнает, и про то как выбраться отсюда тоже, а потом пойдет к Мари и разузнает, где она была раньше, и кто сказал про красоту, и кто толкнул Джейн, и вообще про все, раз уж Мари нынче так много рассказывает. А только потом он пойдет к Джейн и скажет, что ее глупая подруга… то есть что ее умная подруга сошла с ума.
Для ДЖЕЙН сегодняшнее утро выдалось ещё волнительнее, чем вчерашнее. Это было совсем не в стиле Джейн, но она проснулась с мыслью, что ее все бесит. События последних дней выбивались из всех рамок, но бесило даже не это. Прислушавшись к себе, Джейн поняла, что бесит то ее один единственный человек — виновник всего этого. Клар! Он преследовал тогда ее от охотничьего домика, а когда Джейн его заметила, изобразил фермерскую весеннюю озабоченность. Он предложил ей встретиться в баре, но, похоже, предложил это и другим. А когда Джейн пришла в бар, он устроил там это сумасшествие, и то, что они не перестреляли друг друга — это только счастливый случай. И ни малейшего желания рассказывать Джейн о чем он там собирался рассказать ей в баре он не проявил. И не он ли бродил тогда вокруг ее купола? Не он ли оставил ту стрелу, стрелу Жертвы, как назвал ее Гош? Ещё и кто-то толкнул ее на конкурсе. Джейн плевать лучшая там она охотница или нет, но она чуть не убила Кэт. Этого Клар не мог сделать, он стоял далеко, рядом с Кэт. Но каким-то образом получалось, что и из-за это он тоже бесил Джейн. А эта его вчерашняя выходка с Тишей? А охота на ее кролика? Внутри Джейн зарождалось необычное чувство. Ничего такого она раньше ни к кому не испытывала. И по всему, что Джейн когда-либо слышала о ненависти, получалось, что это именно она.
Впрочем, стоило Джейн выйти за купол, как все эти мысли испарились. Прямо у купола она увидела кроличьи следы. И пахли они — да, пахли они тем самым кроликом с Черным ухом.
Джейн выследила его довольно быстро, но оказалось, это не Черноух. Как она могла перепутать? И следы ведь у Черноуха намного крупнее… но запах — запах был его, тут сомнений не было.
Джейн прицелилась. Это не был Черноухий, но какого черта. Хватит нарушать собственные правила. Может, потому мир и начал меняться, что все стали делать не то, что они делают обычно.
Джейн бесшумно натянула лук. Кролик повел ухом, повел носом — хотя он не мог видеть ее, не мог чуять или слышать. Одна крольчиха так уже вела себя — эти мысли или следы мыслей пронеслись в ее голове в одно мгновение. Не вполне осознавая, что она делает, Джейн резко пригнулась, спрятавшись за холмом. Со свистом там, где она только что была, пролетела стрела. Кто-то стрелял в кролика, но чуть не попал в нее. Джейн издала предупредительный крик, и взобралась на холм в полный рост. Ну разумеется, Клар. Он стоял напротив, с луком в руке, горе-охотник. Да кто вообще сказал, что он охотник!
— Кажется, нам нравятся одни и те же кролики, — приветственно произнес он
— Ты чуть не убил меня, если ты не заметил
— Испорченный выстрел за испорченный выстрел
— Ты о своей выходке с фермершей? Я стреляла в твою стрелу, а ты стрелял в меня. Есть разница.
— На самом деле, я стрелял в кролика, а тебя здесь вообще не должно было быть. Охотники не охотятся там, где охотятся другие охотники. Дисквалификация и все такое
— Другие охотники? Это ты о себе? Ты втянул в охоту фермершу! Стрелял там, где нет кроликов!
— Ну, один то глупый кролик там был. И ты, между прочим, тоже там стреляла. Подожди-ка…То есть ты поэтому решила испортить мою охоту?
— Напоминаю! Это ты чуть не убил меня!
— Ты уже говорила. Я тебя не заметил, Джейн, ты слишком хорошо прячешься. Ты неплохая охотница. Хоть и не лучшая.
Неплохая охотница? Ему показалось, что Джейн недостаточно взбешена?
Клар уже был около подстреленного зверька — очевидно, в кролика он всё-таки тоже стрелял. Он поднял его и протянул Джейн.
— Возьми его, раз уж он твой.
— О, так ты умеешь попадать куда нужно -
— Разумеется. Поверь, я не планировал тебя убивать.
— Вот только как ты попал сюда. Пять минут назад тебя не было, ни здесь ни рядом. Значит ты воспользовался тоннелем. Прошел тоннелем, оказался ровно напротив моего кролика…
Как ты нашел тоннель, если ты здесь всего третий день? — Ну, я ведь говорил, что я особенный. Я быстро нахожу тоннели и особенных охотниц
— И устраиваешь стрельбу там, где стрелять нельзя!
— Ты про бар? Но я то ведь там не стрелял, правда? Дисквалификация грозит вам, девочки. Особенно той, чья стрела чуть не убила малышку фермершу.
— Что…
— В тот раз твоя стрела пролетела там, где только что стояла она, а сегодня — моя — там, где только что стояла ты…. забавная история… некая высшая справедливость…
— Но ты.. как ты мог такое рассчитать? Ты не мог знать, что я пригнусь.
— Кто ж такое может рассчитать. Я стрелял в кролика, ты в яблоки. И тебе трижды повезло — во первых, потому что Кэт спрыгнула тогда… во — вторых, потому что ты пригнулась сегодня… И в третьих, потому что я никому ничего не скажу…. Или хочешь, дисквалифицируемся вместе? — и он подмигнул Джейн.
— Кому-то точно сегодня повезло — мрачно заметила Джейн, — оставь его себе, — кивнула она на зверька, — и сделай так, чтобы тебя больше не было рядом с моими кроликами! И рядом с фермерскими девчонками тоже!
Но Клар лишь опять насмешливо приподнял шляпу.
Слишком многое здесь ты вдруг стала считать своим, Джейн. Но кролик принадлежит тому, кто его подстрелил, не так ли? Пожалуй, я и правда возьму его, — с этими словами Клар поднял кролика и исчез в зарослях.
КЭТ
Многое изменилось в жизни Кэт с тех пор, кок она ходила со стрелой в охотничий бар.
Некоторые охотники и охотницы теперь кивали ей при встрече. И Джейн тоже! Гош забегал поболтать. Хотя раньше он на такую малявку и не посмотрел бы.
В школе, правда, ничего не изменилось. Бабушка запретила строго-настрого рассказывать о том, что было, и история осталась незамеченной.
О Глазе с пирамидкой на Стреле Жертвы бабушка так ничего и не рассказала. Кэт же очень хотелось знать, что это, и она выспрашивала снова и снова.
Почему кому-то позволено стрелять стрелами, превращающими кого-то другого в жертву? И кто этот кто-то? И разве ему ничего за это не будет, совсем ничего? — приставала она к бабушке.
Но та только злилась, и, хоть и не ругала Кэт (ведь она все же была их спасительницей), но велела обо всем забыть
Расскажи тогда о Пирамиде и Глазе, — просила Кэт, — и я тут же все забуду.
И это бабушка обещала — вот только закончит с делами… А дела у бабушки не кончались, никогда, хоть Кэт и старалась помогать ей как могла. Кэт знала эту бабушкину хитрость, но не говорила ей ничего — ведь помогать ей все равно надо, а бабушка расскажет сама, раньше или позже, раз уж обещала.
А еще изменилось то, что теперь Кэт шпионила не только за Джейн, но и за собственной сестрой.
Вечером того дня, когда Тиша играла с Кларом в охотника, а Кэт и Джейн вмешались, Тиша сбежала из дома в первый раз.
Вернулась домой под утро, стараясь быть очень тихой. Но тихо наступить на домашнего ежика и прыгать на одной ножке, уколовшись, у нее получилось не очень. Кэт шипнула на сестру и снова заснула. Утром и весь день Тиша была какая-то совсем другая, странная и очень довольная. а еще местами поцарапанная, что совсем не в духе Тиши, и на ежика не похоже. Ходила как-то по-другому, и загадочно улыбалась, засыпая на грядках. А ближе к вечеру вдруг проснулась, оживилась и начала наводить красоту. Стар поглядывала на нее подозрительно. Интересно, заметила ли она вчера, что Тиша уходила? Тиша же взгляды Стар заметила, косметику спрятала, заплела косу на ночь, демонстративно зевнула и отправилась в постель. Кэт свернулась калачиком в своей, а скоро и Стар залезла под одеяло и выключила свет. Кэт дала себе слово, что глаз не сомкнет. Ну и естественно, вырубилась минуты через пол.